Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Научно-фантастическая литература

Геннадий ПРАШКЕВИЧ - КОСТРЫ МИРОВ

Скачать Геннадий ПРАШКЕВИЧ - КОСТРЫ МИРОВ

   1.
   Хенк был счастлив.
   Под его ногами лекала настоящая земля. В его лицо упруго давил  настоящий
воздух. Терпкий запах настоящего металла, кислых почв, горячего песка жестко
щекотал ноздри... Земля все еще отделена от него миллиардами световых лет?..
Неважно!.. Теперь неважно! Теперь он среди людей. Пусть  их  немного,  пусть
они все, как он, Хенк, заброшены на далекую  планетку  делами,  пусть  Симма
столь же не похожа на Землю, как Крайний сектор на Внутреннюю  зону,  -  он,
Хенк, вернулся к людям!
   Его так и подмывало поднять голову и взглянуть на Стену. Но голову он  не
поднимал. Спирали металлической травы  елозили,  скрипели  под  ногами,  как
часовые пружины, ржавые  стебли  искрили,  словно  щетки  генераторов.  Хенк
мысленно прикинул, какое напряжение вырабатывают заросли там, где  их  корни
уходят на милю в глубь  кислых  почв  Симмы,  и  присвистнул.  Он  привык  к
удивительным вещам, но не отвык удивляться.
   - Снимай шляпу и топай в бар, - сказала ему Шу.
   - Надо говорить: нахлобучь шляпу! - засмеялся  Хенк.  Со  своим  бортовым
компьютером он обращался как с человеком и нередко его поправлял.
   - Я ведь  никогда  не  видела  шляп,  -  возразила  Шу.  -  Я  могу  лишь
представить их геометрию. Не больше.
   - Увидишь, - пообещал Хенк. - На Земле я покажу тебе шляпу.
   Это было час назад.
   За шестьдесят минут Хенк успел законсервировать  "Лайман  альфу",  Прошел
сквозь Преобразователь, ничего не получив, но ничего зато и  не  потеряв,  и
сдал хмурому диспетчеру данные для расчета будущего курса к Земле.
   Диспетчер не скрыл недоумения:
   - Из зоны протозид? Странно. Мы не ожидали гостей...
   Помедлив, он все же спросил:
   - Оберон?
   - Человек! - возразил Хенк. - Разве не вы вели на посадку "Лайман альфу"?
   - Это делают у нас автоматы... - Диспетчер, похоже, не верил Хенку.
   - А Преобразователь? - счастливо рассмеялся Хенк. -  Разве  я  изменился,
пройдя сквозь его горнило?
   - Нетипичная зона... Здесь мудрит даже эта штука, - диспетчер хмуро ткнул
кулаком в широкую панель, украшенную мутными экранами. - В любом  случае  мы
имеем дело с квазилюдьми.
   - Не в любом! - возразил Хенк. Он имел в виду себя. Человека.
   - А есть и такие, - не слушал его диспетчер, - что сразу  начинают  вести
себя как люди.
   Хенк засмеялся:
   - Я из таких!
   Диспетчер  не  улыбнулся.  Он  привык  держаться  официально,   положение
обязывает... Весь его вид говорил: я занят, я при деле, а вот кто ты  -  мне
пока неизвестно. Может, ты и вправду  человек,  тогда  я  найду  возможность
извиниться, если же ты оберон, извинения не имеют смысла...
   "Что ж, - сказал себе Хенк. - На то она и нетипичная зона... У диспетчера
нет особых оснований мне доверять. Они не  ждали  земного  корабля  из  зоны
протозид, закрытой для представителей Межзвездного  сообщества...  Побуду  и
обероном. Не так уж это много - трое земных суток...  Понятию  оберон  много
больше..."
   Это было так. Термин вошел в обиход еще до выхода Хенка в космос,  в  год
пуска    сразу    семи    Конечных    станций    Вселенной,    оборудованных
Преобразователями. Принцип Преобразователя был, кажется, не  до  конца  ясен
даже самим авторам, ходили слухи, что Преобразователь просто  заимствован  у
протозид. В объемистое горло  Преобразователя  могло  войти  любое  разумное
существо - на выходе вы всегда  получали  человека,  точнее,  квазичеловека,
обладающего довольно приличным словарным эапасом и навыком  смысловых  схем,
достаточным для деловых объяснений. Это сразу и навсегда  избавило  Конечные
станции типа Симмы (Хаббл, Селевк, Оорт, Козырев, Бете,  Фридман)  от  массы
хлопот - запасы продовольствия, газов, воды, биологически  активных  веществ
свелись к стандартным, к тому - контакт с представителями самых  отчужденных
звездных рас предельно упростился. Что же касается термина  оберон,  к  нему
скоро привыкли...
   Планету под Конечную станцию предоставили Цветочники. Симма - самый малый
маяк на краю света. Обращенная Северным полюсом к Вселенной,  Южным  полюсом
Симма всегда смотрела прямо на Стену. За нею  был  только  квазар  Шансон  -
гигантский сгусток перевозбужденной магнитоплазмы, непрерывно  преобразующий
гравитационную энергию в свет, в радио- и в  ультрафиолетовое  излучение,  в
яростное вращение и  турбулентность.  Мощно  пульсируя,  выкинув  над  собой
чудовищный голубой выброс, квазар  Шансон  одиноко  пылал  на  фоне  полного
мрака. Это был истинный мрак, истинная тьма - за квазаром не  лежало  ничего
материального. Тьма, стены тьмы...  Хенк  так  и  говорил  себе  -  Стена...
Разумеется, никакой реальной стены там  не  было,  просто  с  одной  стороны
мерцали, сливаясь в тусклые шлейфы, мириады  далеких  звезд  и  галактик,  с
другой же не было ничего. Мрак. Пустота. Абсолют мрака и  пустоты.  Но  этот
мрак, эта пустота воспринимались Хенком именно как стена,  и  с  этим  своим
представлением Хенк ничего не мог поделать... Стена. Почему нет?.. Он  молча
топал по космодрому Симмы, не поднимая глаз к небу. Впрочем, если бы он их и
поднял, Стену бы он не увидел - Конечная  станция  занимала  Северный  полюс
Симмы.
   "Трое суток, - повторил про себя Хенк. - Трое земных суток, и мне  вручат
карту курса. Мне - Земля, Стеной пусть любуются обероны..."
   Слабые разряды легко покалывали ноги Хенка. Его  это  не  раздражало.  Он
ступал по металлической, но траве, он ощущал чужие, но запахи.  Сам  воздух,
поступающий не из  ограниченных  резервуаров,  а  просто  извне,  радовал  и
тревожил. Хенк радовался, Хенк знал: через час, через сутки он  вернет  себе
навыки настоящего человека, через час, через сутки он, может быть,  порадует
Шу, разыскав для нее шляпу.
   Он всегда называл свой бортовой компьютер этим древним женским  именем  -
Шу. Слов нет,  тахионные  корабли  сделали  достижимыми  любые,  даже  самые
отдаленные точки Вселенной, но без машин типа Шу это было бы невозможно. Он,
Хенк, дошел до нетипичной зоны, видел Стену -  благодаря  Шу.  Он  плавал  в
энергетических безднах квазара, был огненным шаром, разумным огненным  шаром
- благодаря Шу. Он дрейфовал в звездных течениях нетипичной  зоны,  принимал
формы, невозможные в любом другом случае, - благодаря Шу. Если он,  Хенк,  у
первого встречного на Симме выпросит шляпу, это явится лишь данью уважения к
Шу. Недоумение, даже усмешку предполагаемого первого  встречного  он,  Хенк,
снесет без усилий. Радость Шу того стоит...
   Хенк был счастлив.
   Шу его ждет. "Лайман альфа" готова к выходу. Данные для расчета  будущего
курса к Земле отправлены диспетчером в Расчетчик Преобразователя. Через трое
земных суток он, Хенк, получит разрешение на выход  из  нетипичной  зоны,  а
значит, явится на Землю незадолго до начала заседания  редакционного  совета
Всеобщей энциклопедии, посвященного проблеме протозид. Неважно, что по часам
Симмы заседание это  закончилось  несколько  столетий  назад,  курс  "Лайман
альфы" будет вычислен по той кривой пространства-времени, что в любом случае
приведет Хенка к точно назначенному времени, ни минутой раньше,  ни  минутой
позже. Самая грубая ошибка никогда еще не превышала десятых  долей  секунды.
Для сотрудников Всеобщей энциклопедии все будет  выглядеть  так,  будто  он,
Хенк, отсутствовал два с половиной месяца  и  вот  вернулся  с  необходимыми
дополнениями к одному из  самых  сложных  отделов  Всеобщей  энциклопедии  -
отделу протозид. Основная статья этого отдела принадлежала пока что ему  же,
Хенку,  -  обширные  компиляции,  составленные  по   мифам   и   наблюдениям
Цветочников,  Арианцев,  океана  Бюрге,  тех  немногих  звездных  рас,   что
когда-либо  соприкасались  с  протозидами.   Увлекательные,   обширные,   но
компиляции... Были ли они верны, соответствовали ли действительности?  Можно
ли, изучая отчужденную расу, опираться на  мифологию  и  наблюдения  рас  не
менее отчужденных? То, что протозиды никогда не  заглядывали  во  Внутреннюю
зону Вселенной, то,  что  они  упорно  не  хотели  замечать  своих  звездных
соседей, - все это, по мнению Хенка, не давало оснований относить протозид к
цивилизациям абсолютно неконтактным. Цивилизация - понятие, вообще  довольно
туманное, его не так-то легко определить или истолковать, тем более что путь
развития звездных рас мало где был достаточно схож, а истолкователи  понятий
сами живут внутри определенных цивилизаций, что, конечно  же,  не  может  не
вносить в их суждения ту или иную  долю  предвзятости.  Туп,  как  протозид.
Темен, как протозид. Жесток, как протозид. Он, Хенк, никогда не соглашался с
подобными формулировками, но мифы Цветочников, Арианцев, океана  Бюрге  были
битком набиты подобными перлами.
   Протозиды... Они же - первичники. Они же - истребители звезд... Время  от
времени  собираясь  в  гигантские  скопления  (а  масса  каждого  отдельного
протозида вполне соответствовала массам таких планет, как Земля или  Симма),
протозиды пытались прорваться  из  нетипичной  зоны  к  какой-либо  одинокой
звезде. Им было все равно, обитаемы ли те системы, в которые они входили так
неожиданно: мифология Арианцев, Цветочников, океана Бюрге  сохранила  память
примерно о пяти подобных прорывах, после которых и Цветочникам,  и  Арианцам
слишком  многое  приходилось  начинать  почти  сначала.  Падая  на   звезду,
протозиды доходили ее до взрыва,  гибли  сами,  но  вместе  с  ними  в  море
раскаленной  плазмы,  заливающей  Крайний  сектор,  гибли  солнца,  планеты,
населенные станции, радиобуи и, разумеется, разумные существа.  Являлось  ли
все это осмысленными ударами по соседям, не объявленной, но все же войной  с
ними?.. Никто не мог на это ответить, ибо протозиды ни с кем  не  входили  в
контакт.
   Но сейчас Хенк был счастлив. Кое-какую информацию, и весьма  немаловажную
для многих членов Межзвездного сообщества, они с Шу собрали.
   Он машинально провел ладонью по  лбу,  будто  снимая  невидимую  паутину.
Широкий шрам, вертикально опускающийся к переносице, был привычен для  него,
как морщина. Еще один шрам, только шире, страшнее, прятался  на  плече,  под
рубашкой, зазубренным острием уходя к левой лопатке. От  этого  левое  плечо
Хенка казалось чуть опущенным. Впрочем, он давно не помнил об этом,  привык.
А сейчас его вообще занимала другая мысль: "Найдется ли на Симме шляпа?.."





 
 
Страница сгенерировалась за 0.0715 сек.