Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Научно-фантастическая литература

Станислав Лем. - Ананке (Пиркс на Марсе)

Скачать Станислав Лем. - Ананке (Пиркс на Марсе)

   Что-то вытолкнуло  его  из  сна  -  во  тьму.  Остались  позади  (где?)
багровые, задымленные контуры (город? пожар?), противник, погоня,  попытки
отвалить скалу - скалу, которая была этим (человеком?).  Пиркс  безуспешно
пытался догнать ускользающие воспоминания; как всегда в такие  минуты,  он
подумал, что в снах нам дается жизнь более интенсивная и естественная, чем
наяву;  она  освобождена  от  слов  и   при   всей   своей   непредвидимой
причудливости подчиняется законам, которые кажутся бесспорными -  но  лишь
там, во сне.
   Он не знал, где находится, он ничего не помнил. Достаточно  было  рукой
шевельнуть, чтобы выяснить, но  он  злился  на  бессилие  своей  памяти  и
подхлестывал ее, добиваясь сведений. Он сам себя обманывал: лежал-то вроде
неподвижно, а все же пытался по фактуре постели отгадать,  где  находится.
Во всяком случае, это не была корабельная койка. И вдруг -  будто  вспышка
все озарила: посадка; пламя в пустыне; диск луны,  словно  бы  поддельной,
слишком большой; кратеры - в пылевых заносах; грязно-рыжие струи  песчаной
бури; квадрат космодрома, башни.
   Марс.
   Он лежал, теперь уже вполне по-деловому стараясь  сообразить,  что  его
разбудило. Пиркс доверял своему телу; оно не проснулось  бы  без  причины.
Правда, посадка была довольно трудная, а он порядком устал после двух вахт
подряд, без передышки: Терман сломал руку - когда автоматы включили  тягу,
его бросило  о  стену.  После  одиннадцати  лет  космических  полетов  так
шлепнуться при переходе к весомости - ну и осел! Надо будет навестить  его
в госпитале... Из-за этого, что ли?.. Нет.
   Пиркс начал теперь поочередно  припоминать  события  вчерашнего  дня  с
момента посадки. Садились в бурю. Атмосферы тут  всего  ничего,  но  когда
ветер - двести шестьдесят километров в час, тут прямо на ногах не  устоишь
при таком ничтожном давлении. Подошвы ничуть не трутся о грунт; при ходьбе
надо  зарываться  ногами  поглубже  в  песок  -   увязая   по   щиколотку,
приобретаешь устойчивость. И эта пыль, что с леденящим  шорохом  скребется
по скафандру, забивается в любую складку... она не очень-то красная и даже
не рыжая - обыкновенный песок, только мелкий: за несколько миллиардов  лет
успел перемолоться.
   Капитаната здесь не было -  ведь  не  было  и  нормального  космопорта.
Проект "Марс" на втором году  своего  существования  все  еще  держался  в
основном на времянках; что ни построй, все песком засыплет;  ни  гостиницы
здесь, ни общежития хотя бы, ничего. Надувные купола, огромные,  величиной
с десяток ангаров каждый,  -  под  сверкающим  зонтиком  стальных  тросов,
заякоренных  на  бетонных  колодах,  еле  заметных  среди   дюн.   Бараки,
гофрированная   жесть,   груды,   кипы,   штабеля   ящиков,   контейнеров,
резервуаров, бутылей, связок,  мешков  -  целый  городок  из  грузов,  что
сваливаются сюда  с  лент  транспортеров.  Единственным  вполне  приличным
помещением, налаженным, прибранным, была диспетчерская  -  она  находилась
вне "зонтика", за две мили от космодрома; здесь Пиркс и  лежал  сейчас,  в
постели дежурного контролера Сейна.
   Он сел на кровати и босой ногой  нащупал  комнатные  туфли.  Он  всегда
возил их с собой и всегда раздевался на ночь; если утром не удавалось  как
следует побриться и умыться, он чувствовал себя не в форме. Он не  помнил,
как выглядит комната, и  на  всякий  случай  выпрямлялся  осторожно;  чего
доброго, башку расшибешь при здешней экономии на материалах  (весь  Проект
по швам трещал от этой самой экономии; Пиркс кое-что знал об этом). Тут он
снова рассердился на себя за то, что забыл, где находятся выключатели. Как
слепая крыса... Пошарил по стене -  вместо  выключателя  нащупал  холодный
рычажок. Дернул.
   Что-то  тихо  щелкнуло,  и  со  слабым  скрежетом  раскрылась  ирисовая
диафрагма окна. Начинался тягостный, смутный, пропыленный рассвет. Стоя  у
окна, похожего скорее на корабельный иллюминатор, Пиркс потрогал щетину на
подбородке, поморщился и  вздохнул:  все  было  как-то  но  так,  хотя,  в
сущности, непонятно почему. Впрочем, если  б  он  подумал  над  этим,  то,
может, признался бы, что понятно. Он терпеть не мог Марса.
   Это было его сугубо личное дело; никто об этом не знал, да никого это и
не  касалось.  Марс,  по  мнению  Пиркса,  был  олицетворением  утраченных
иллюзий, мечтаний развенчанных, осмеянных, но близких сердцу. Он предпочел
бы летать на любой другой  трассе.  Писанину  о  романтике  Проекта  Пиркс
считал сплошной чепухой,  перспективы  колонизации  -  фикцией.  Да,  Марс
обманул всех; он обманывал всех уже второе столетие. Каналы. Одно из самых
прекрасных, самых необычайных приключений в  истории  астрономии.  Планета
ржаво-красная: пустыни. Белые  шапки  полярных  снегов:  последние  запасы
воды.  Словно  алмазом  по  стеклу  прочерченная,  тонкая,   геометрически
правильная сетка от  полюсов  до  экватора:  свидетельство  борьбы  разума
против угрожающей гибели, мощная ирригационная  система,  питающая  влагой
миллионы гектаров пустыни, - ну конечно, ведь  с  приходом  весны  окраска
пустыни менялась, темнела от пробужденной растительности, и притом  именно
так, как следует, - от полюсов к экватору. Что за чушь! Не  было  и  следа
каналов. Растительность? Таинственные мхи, лишайники,  надежно  защищенные
от морозов и бурь? Ничего подобного; всего  лишь  полимеризованные  высшие
окиси углерода покрывают поверхность  планеты  -  и  улетучиваются,  когда
ужасающий холод сменяется холодом только ужасным. Снеговые шапки?  Обычный
затвердевший СО2. Ни  воды,  ни  кислорода,  ни  жизни  -  растрескавшиеся
кратеры,  изъеденные  пыльными  бурями  скалы,  унылые  равнины,  мертвый,
плоский, бурый ландшафт под бледным, серовато-ржавым небом. Ни облаков, ни
туч - какая-то неясная мглистость; по-настоящему темнеет лишь при  сильных
ураганах. Зато атмосферного электричества - до черта и сверх того...
   Что это? Сигнал какой-то подавали? Нет,  это  пение  ветра  в  стальных
тросах ближайшего "пузыря". В тусклом свете (песок, несомый ветром, быстро
справлялся даже с самым твердым стеклом, а  уж  пластиковые  жилые  купола
сразу помутнели, как бельма) Пиркс включил  лампочку  над  умывальником  и
начал бриться. Пока он кривил лицо на все лады, ему  пришла  в  голову  до
того глупая фраза, что он невольно усмехнулся: "Марс - просто свинья".
   Однако это и вправду свинство - столько надежд на  него  возлагалось  и
так он их обманул! По традиции... но кто ее, собственно, установил?  Никто
в отдельности. Никто не выдумал  этого  сам;  у  этой  концепции  не  было
авторов, как нет авторов у легенд и поверий; значит,  из  общих,  что  ли,
вымыслов   (чьих?   астрономов?   мифов   созерцателей)   возникло   такое
предоставление.  Белая  Венера,  звезда  утренняя  и  вечерняя;  укутанная
плотной облачной пеленой, - это планета молодая, там повсюду  джунгли,  да
ящеры, да вулканы в океанах; одним словом - это  прошлое  нашей  Земли.  А
Марс  -  высыхающий,  заржавевший;  там  полным-полно  песчаных   бурь   и
удивительных загадок (каналы нередко раздваивались, канал-близнец возникал
за одну ночь! И ведь масса усердных,  бдительных  астрономов  подтверждала
это!); Марс, чья цивилизация героически борется против угасания  жизни  на
планете, - это будущее Земли. Все просто, ясно, четко, понятно. Только вот
неверно все - от А до Я.
   Под ухом торчали  три  волоска,  которых  не  брала  электробритва;  но
обычная безопасная бритва осталась на корабле, и он  начал  подбираться  к
волоскам то так, то этак. Ничего не получалось.
   Марс. Эти астрономы-наблюдатели все же  обладали  буйной  фантазией.  К
примеру, Скиапарелли. Какими неслыханными именами он  -  вместе  со  своим
заклятым врагом Антониади - окрестил то, чего _не видел_, что  ему  только
казалось! Хотя бы эту местность, где строится Проект: Агатодемон. Демон  -
это понятно, а Агато? Может, от агата - потому  что  черный?  Или  это  от
"агатон" - мудрость? Космонавтов не обучают древнегреческому; жаль.  Пиркс
питал слабость к старым учебникам звездной и планетарной астрономии. Какая
трогательная уверенность в себе:  в  1913  году  они  утверждали,  что  из
космического пространства Земля  кажется  красноватой,  ибо  ее  атмосфера
поглощает голубую часть спектра и, естественно, то, что  остается,  должно
быть по меньшей мере розовым. Прямо  пальцем  в  небо!  А  все  же,  когда
разглядываешь эти великолепные  карты  Скиапарелли,  просто  в  голове  не
укладывается, что он видел несуществующее. И, что самое странное,  другие,
после него, тоже это видели. Это  был  какой-то  психологический  феномен;
впоследствии он никого уже не интересовал. Сначала в любой книге  о  Марсе
восемьдесят процентов текста отводилось на топографию и топологию каналов;
ну, а во второй  половине  XX  века  нашелся  астроном,  который  проделал
статистический анализ сети марсианских каналов и  обнаружил  ее  сходство,
именно топологическое, с сетью железных дорог,  то  есть  коммуникаций,  в
отличие от естественных трещин или водных артерий. После этого словно  кто
снял чары; от каналов отделывались одной фразой: "Оптическая иллюзия" -  и
точка.




www.msk-devki.com - московские девушки.

 
 
Страница сгенерировалась за 0.0639 сек.