Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Религия

Клайв Стейплз Льюис - Размышления о псалмах

Скачать Клайв Стейплз Льюис - Размышления о псалмах

   Клайв Стейплз Льюис
   Размышления о псалмах


---------------------------------------------------------------
   Clive Staples Lewis "Reflections on the Psalms", 1958
   Переводчик: Н.Л.Трауберг, 1994
   Печатный источник: Клайв Стейплз Льюис, собрание сочинений в 8 томах. т.8
   OCR and spellcheck: Ф.Н.Шерстюк
---------------------------------------------------------------


Размышления о псалмах

                                     Остину и Катарине Фаррер

I. ВВЕДЕНИЕ
     Это не ученый труд. Я не гебраист, не экзегет, не археолог,  не историк
Древнего мира. Я  пишу для неученых о том,  о чем и сам не  много знаю. Если
мне надо  просить за это прощения, я прошу его примерно так: очень часто два
школьника могут помочь друг другу лучше, чем учитель. Сообщи они ему о своих
затруднениях, он, как все мы помним,  будет объяснять то, что они и без него
знают,  и то,  чего они знать не хотят,  но ни слова не скажет им в ответ. Я
видел это с обеих сторон -- я ведь учитель и  сам пытался отвечать ученикам,
но быстро замечал по их лицам, что и я, как мои учителя, потерпел поражение.
Соученик поможет лучше, потому  что он знает меньше. Он сам недавно  думал о
том же, что  и его друг. Учитель думал об этом так давно, что все перезабыл.
Теперь  он  видит  предмет совсем  по-иному и просто понять  не может, в чем
затруднение. Видит он и десятки других затруднений, ученику неведомых.
     И  вот я пишу как  любитель любителю. Я расскажу о трудностях, вставших
передо мной, и о моих догадках, надеясь, что это поможет неопытным читателям
псалмов или хотя бы тронет их. Я не учу, я  просто показываю тетрадь. Кто-то
сказал  мне,  что  псалмы  для  меня  --  вешалки,  на  которые  я  развесил
собственные  мысли.  Не вижу,  какой  от этого  вред; и  если кто-нибудь так
прочитает книгу, я не огорчусь.  Но писал я ее не так. Все  мысли, какие тут
есть, вызваны чтением псалмов. Я думал о том, что вы прочитаете, и радовался
тем или иным строкам или встречал строки, которым радоваться не мог.
     Разные поэты слагали псалмы и  в разное  время. Насколько мне известно,
некоторые псалмы разрешено относить ко временам Давида, а псалом 17 (который
мы встречаем в  немного ином виде, читая 2-ю книгу Царств,  глава 22) сложен
самим царем.  Но  есть и псалмы, сложенные  после плена (который  сейчас  бы
назвали  "депортацией  в  Вавилон").  В ученом  труде  пришлось  бы уточнить
хронологию; в такой книге, как эта, я не должен и не вправе о ней говорить.
     Зато я должен сказать, что псалмы -- это  стихи, причем  такие, которые
пели  вслух. Не  трактаты, даже  не проповеди, а стихи.  Те,  кто предлагает
читать Писание "ради его литературных достоинств", хотят, вероятно, чтобы не
обращали никакого внимания на его суть, сердцевину, центр. Мне  кажется, это
бессмысленно. Однако их совет можно толковать иначе: Писание -- это книга, и
потому,  читая его,  мы поневоле  входим в  область словесности.  В нем есть
разные  жанры. Псалмы --  это лирика со всеми  ее условностями, гиперболами,
внелогическими  сочетаниями  слов.  Если  об  этом  не  помнить, псалмов  не
поймешь; увидишь в них то, чего в них нет, и проглядишь главное.
     Очень важную особенность их формы  можно  сохранить в  переводе. Это --
так  называемые  параллелизмы:  одно  и  то  же сказано дважды,  по-разному:
"Живущий на небесах посмеется, Господь поругается им" (2:4); "И выведет, как
свет, правду твою, и справедливость твою, как полдень" (36:6). Если читатель
не видит, что  это -- прием, он станет  думать, в чем же разница, и в  конце
концов ее  выдумает (так делали в старину  многие  проповедники), или просто
устанет, или удивится.
     На  самом же  деле этот  прием воплощает суть искусства. Кто-то сказал,
что искусство --  это  "то же самое,  но иначе".  Танцуя народный  танец, вы
делаете три прыжка  вправо и три  таких же прыжка влево. Если в здании  есть
левое крыло, в нем есть и  правое.  В музыке можно  сказать ABC, потом  abc,
потом  альфа/бета/гамма. "Параллелизм"  --  характерная  для  древних евреев
разновидность "того же самого, но иначе"; однако  встречается он и в Англии.
Очень хороший пример -- в детской  рождественской песенке: "Иосиф -- старик,
он старый человек".
     Конечно, прием  этот не  всегда выступает в  таком простом виде. Иногда
его заметишь не сразу, как прикровенную симметрию хорошей картины. Но сейчас
мне важен сам факт, само  наличие такого  приема. Какая  удача, нет -- какой
дар  Промысла, что  у стихов, которые должны были прозвучать на всех языках,
сохраняется в переводе главная особенность формы!
     Если  вы хоть  немного  чувствуете стихи, эта особенность вас обрадует.
Если же  не чувствуете, то ощутите  к ней почтение:  она радовала Христа, Он
любил ее и употреблял. "Ибо каким судом судите, таким будете судимы; и какою
мерою  мерите,  такою и вам будут  мерить" (Мф. 7:2). "Просите, и дано будет
вам; ищите, и найдете;  стучите,  и отворят  вам" (Мф. 7:7). Можете считать,
что  цель  тут -- практическая, учительная: Господь  облекает Свои речения в
такую ритмическую, почти напевную форму, что их просто невозможно забыть. Но
я  думаю, что это  не все.  Когда Тот,  Кто  замыслил Себе и  нам на радость
прекрасный,  как  стихи,  мир,  умалился  до  человеческой  речи,  речь  эта
неизбежно стала подобной стихам. Ведь поэзия --  малое Воплощение, она  дает
плоть невидимому и неслышимому доселе.
     И   еще,   я  думаю,  нам   не  повредит,   если   мы   вспомним,  что,
вочеловечившись,  Иисус  принял  благое  бремя  наследственности  и  детских
впечатлений.  Он  перенял  эту  поэтическую  форму  хотя бы от Своей Матери.
Смотрите:  "...призрел Он на  смирение  рабы Своей...  сотворил  Мне величие
Сильный... явил  силу мышцы Своей;  рассеял надменных... низложил сильных  с
престолов" (Лк.1:48-52). Прием этот применен здесь тоньше, чем в псалмах, но
он есть. (Скажу,  наконец: только ли в этом Он  был похож на Нее? Не кажется
ли вам, что в трогательном Magnificat есть и суровая сила Деворы, которой не
найдешь в наших нежных Мадоннах? Я думаю часто,  что жизнь Святого Семейства
была, конечно, и мирной, и кроткой, но не совсем в том смысле, какой придают
этим словам авторы церковных гимнов. Не было ли в ней  и напряженной печали,
и резкой деревенской прямоты, неприятно поражавшей иерусалимских горожан?)
     Даже на своем, любительском уровне я не собираюсь "охватить предмет". Я
буду говорить только о том, что задело меня самого.  Об исторических псалмах
я ничего не скажу  --  и потому, что они меньше для меня значили, и  потому,
что  они,  наверное, вызывают меньше вопросов. Начну же я с того, что больше
всего отталкивает современного  читателя  Псалтири. Наше поколение  приучено
получать все готовеньким, как дети; добрые, старинные няни давали сперва то,
что есть труднее, а сладкое -- в самом конце.
     Всякому читателю станет ясно,  что это -- не так называемая "апология".
В этой книге я не убеждаю неверующих в истинности нашей веры. Я  обращаюсь к
верующим  или хотя  бы к тем, кто  открыл Псалтирь,  чтобы  подкрепить  свою
зарождающуюся  веру. Нельзя непрестанно защищать истину, надо  и насладиться
ею.
     И последнее: я  старался, как мог, избежать конфессиональных распрей. В
одном месте мне пришлось объяснить, в  чем я не согласен и с католиками, и с
протестантами; надеюсь, читатель не подумает, что я  "вообще против" тех или
других. Еще я надеюсь, что ни тех ни  других не обидел; но здесь, собственно
говоря, бояться нечего. Опыт  показал  мне, что обижаются  и оскорбляются не
сильно верующие люди  и даже не атеисты, а  те, кто верит как бы наполовину.
Вот их  не умиришь никакими оговорками, не обезоружишь кротостью. Но я ведь,
наверное,  гораздо  неприятней,  чем  мне  самому кажется.  (Быть  может,  в
чистилище мы увидим свои лица и услышим свой голос?)





 
 
Страница сгенерировалась за 0.0625 сек.