Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Научно-фантастическая литература

Сергей ЛУКЬЯНЕНКО - АТОМНЫЙ СОН

Скачать Сергей ЛУКЬЯНЕНКО - АТОМНЫЙ СОН

                                                    Человек хуже зверя,
                                                     когда он зверь.
                                                         Рабиндранат Тагор


                           ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ДРАКОН


                           1. НОМЕР 13 - ДРАГО

     Я шел по его следам второй час. Это  было  совсем  несложно  -  слон,
пробирающийся через посудную лавку, и тот оставил бы меньше следов.  Возле
большой сосны валялись обрывки бумаги и полиэтилена. Я поднял их, повертел
в руках. Остатки армейского  пищевого  концентрата.  Черт  возьми,  редкая
вещь!
     Переходя через ручеек, тот, что огибает Семь Холмов и впадает  в  Биг
Ривер, я заметил вмятины в глине. Человек садился здесь... нет,  опускался
на колени. И пил... Пил, повернувшись спиной к зарослям черной колючки!
     Он был либо сумасшедшим, либо отчаянным храбрецом. Впрочем,  кто  еще
мог забраться на мою землю? Я  забеспокоился,  не  то,  чтобы  сильно,  но
все-таки... Со мной не было Принца, и  рисковать  не  хотелось.  Но  через
минуту я понял, что мои страхи напрасны.
     Посреди  поля  дикой  пшеницы,  в  луже  голубоватой   крови,   лежал
здоровенный, двухметровой длины паук.  Еще  одно  свидетельство,  что  тут
кто-то прошел. К тому же этот  кто-то  или  зеленый  новичок  в  лесу  или
тронутый. Ну кто же, в  конце  концов,  убивает  пауков?  Разумеется,  это
черное бугристое страшилище так и просит хорошего пинка или булыжника.  Но
стрелять по пауку из автомата? Чужак (так я окрестил его) выпустил в паука
по меньшей мере  десяток  патронов.  Пересиливая  отвращение,  я  потрогал
дыхальца паука. Они были теплыми и  еще  влажными.  Паук  был  убит  минут
двадцать назад.
     Дальше я  мчался  бегом.  Автомат  мягко  хлопал  по  спине,  колючки
царапали  ноги  даже  сквозь  толстую  ткань  джинсов.  Но  меня  пожирало
любопытство. И на берегу Биг Ривер я увидел чужака...
     В лесу кого только не  встретишь.  Солдат  из  одичавших  гарнизонов,
монахов из секты Истинно Верующих, или Ордена Братьев Господних, крестьян,
пробирающихся от села к селу, ребят из молодежных банд. Но этот чужак  был
особенный. Во-первых, он был один. Мало кто  решается  ходить  по  лесу  в
одиночку... Во-вторых, он был прекрасно экипирован. На шее у него болтался
новенький "люггер", спину оседлал туго набитый рюкзак, одет  чужак  был  в
десантный комбинезон восхитительного буро-зеленого цвета. Слишком роскошно
для сопляка, которому от  силы  двадцать  лет...  А,  в  третьих,  он  был
беспечен.
     Я огляделся,  ожидая  подвоха.  Нет,  сопляк  был  один.  И,  похоже,
собирался переплыть Биг Ривер. Он неторопливо разделся  и  стал  связывать
одежду в узел. Делал он это умело, но, Господи, до чего же беззаботно!
     Будь это другой чужак, нищий и неинтересный, я не стал бы ему мешать.
Позабавился бы и так, наблюдая из кустов. Но вместе с этим чужаком  уходил
его люггер. То есть, мой люггер! Я взял свой безотказный  "АК"  в  руки  и
вышел на берег.
     Он обернулся не сразу. Но,  наконец,  заметил  меня  и  весь  подался
вперед. Я приготовился. Сейчас... Он вскинет автомат, и тогда я  выстрелю.
Первым.
     Чужак не стрелял. Он даже выпустил автомат, а его большие глаза стали
еще больше от удивления... и восторга. Восторга? Что  он,  не  соображает,
кто я такой? До чужака осталось несколько шагов,  и  я  мог  спокойно  его
разглядеть. Светловолосый мускулистый парнишка,  стройный,  с  симпатичным
правильным лицом, пожалуй, даже красивый. Не похож он был  на  современную
молодежь... Чужак наконец-то раскрыл рот.
     - Добрый день!
     Я оцепенел. Он что, совсем одурел?
     - Какой день?
     Он растерялся:
     - Добрый... день.
     Краем глаза я следил за его руками.  А  сам  неторопливо  расстегивал
свою черную кожаную куртку. Полы распахнулись и прохладный ветер  пробежал
по груди. Не ношу рубашек - в лесу трудно их менять, а грязь я терпеть  не
могу. Чужак сразу на  меня  уставился.  Я  знал,  что  он  увидел.  Черную
татуировку - свившийся в кольцо дракон  кусает  свой  хвост.  А  в  центре
кольца - цифра 13.
     Я думал, он упадет на колени,  зарыдает...  Нет.  Он  пожал  плечами,
улыбнулся, нерешительно произнес:
     - Меня зовут Майк.


     Костер разгорался плохо.  Майк  достал  из  рюкзака  плоский  флакон,
плеснул. Синеватое пламя ухнуло вверх метра  на  два.  Я  медленно  скосил
глаза в сторону леса. Тихо. По-прежнему  тихо.  Неужели  он  действительно
один?
     Майк протянул мне увесистый полиэтиленовый пакет, взял себе такой же.
Все верно, армейский  рацион...  Из  рюкзака  выглядывали  края  таких  же
пакетов и карнавально яркие донышки консервных банок. Где он достал  такие
продукты? Небрежным жестом Майк снял с пояса короткий широкий нож,  сорвал
упаковку. Я раскрыл свой пакет, начал есть, не ощущая  вкуса.  Майк  ел  с
аппетитом,  который,  однако,  не  мешал  ему  поминутно  оглядываться  по
сторонам. Иногда он задирал голову, смотрел в небо,  и  торопливо  опускал
взгляд,  словно  увидел  там  что-то  страшное.  Каждый  раз  при  этом  я
непроизвольно напрягался для броска - такой удобной, беззащитной  делалась
его поза... И что он так вертит  головой?  Обычный  лес  -  смесь  желтых,
бурых, багровых листьев; бугристых, широченных стволов;  упругой,  колючей
травы, плетями обвившегося вокруг  деревьев  кустарника.  Обычное  небо  -
сплошная серая пелена со светлым пятном солнца в зените и темными полосами
дождевых туч, тянущимися у самой земли.
     - Хотите? - Майк протянул мне фляжку.
     Единственное,  что  внушало  мне  уважение   к   мальчишке,   -   его
немногословность. Да, он вел себя как самоубийца, он даже не понял, кто  я
такой, но, по крайней мере, не приставал  с  расспросами.  Я  взял  флягу,
отхлебнул. Это была  обыкновенная  вода,  но  с  едва  заметным  привкусом
дезинфекции. Ну и щенок! Где он достал такие вещи? А "щенок" склонился над
своим рюкзаком, подставляя мне спину. Но я опять пересилил себя. Не мог он
вести себя так нагло, не имея надежного прикрытия. Наверняка кто-то держит
меня на прицеле. Например, из  тех  кустов...  Я  даже  пожалел,  что  так
опрометчиво вышел на открытое место. Теперь надо было выжидать... Я  снова
потянулся за фляжкой. И почувствовал знакомый звон в  ушах.  Глаза  словно
выпирали из орбит, во рту возник отвратительный горький  привкус.  И  ведь
знаю, что это лишь кажется, а все  равно  неприятно.  Хочется  сплюнуть  и
прижать веки ладонью. Я сосредоточился. "Принц"! Меня обдало теплой волной
восторга, еще мгновение - и на окружающий мир наложилась вторая  картинка.
Я увидел себя со стороны. Себя, Майка, горящий костер... Принц смотрел  на
нас из того самого кустарника, где я предполагал засаду. Пришлось оборвать
его восторг. "Где-то рядом враги!" Сознание ощутило растерянность  Принца,
затем  в  голове  словно  разорвалась  бомба.  Не   люблю,   когда   Принц
принюхивается! Но сейчас пришлось терпеть. Наконец, боль прекратилась, и я
снова ощутил мысли Принца. Чужак  был  один.  Несомненно,  один.  "Хорошо.
Подходи к нам, но осторожно". Резким движением я встал. Именно  так  легче
всего разрывать телепатический контакт.
     Майк смотрел на меня недоуменно. И даже не догадался взять  оружие...
Хотя я бы этого не позволил. На мгновение я почувствовал  к  Майку  что-то
вроде жалости.
     - У тебя много продуктов?
     Я  говорил  резко,  больше  не  пытаясь  притворяться.  Майк  покачал
головой.
     - Тогда зачем ты меня кормил?
     Он молчал. Лишь в глазах его появился страх. Я усмехнулся:
     - Ты думаешь, что я не причиню вреда тому, с кем разделил пищу?
     Майк кивнул и осторожно потянулся за  автоматом.  Поздно.  Принц  уже
стоял за его спиной.
     - Дурак. Драконы не признают людских обычаев.
     Принц прыгнул. Майк дернулся и затих под двухсоткилограммовой  тушей.
Я снова сел, поднял недоеденный концентрат.
     Наверное, с первого взгляда Принц смотрится жутко. Я с ним так давно,
что перестал это замечать. Принц  еще  был  большеголовым,  умещающимся  в
ладонях щенком, когда я начал возиться с  ним,  выпаивать  молоком.  После
того, как сдохли последние коровы - кровью. А  сейчас  Принц  сам  вымахал
если не с корову, так  с  целого  теленка.  Двести  килограммов  мускулов,
жесткой рыжей  шерсти,  огромные  умные  глаза.  И  пасть,  перекусывающая
человека пополам.
     Майк заворочался, и Принц  тихо  зарычал.  Я  посмотрел  на  торчащие
из-под Принца ноги.
     - Ты хочешь есть?
     Нет, Принц был сыт. Кажется, он поймал шакала в лесу...  До  сих  пор
плохо разбираюсь в его рычании... Ну, а что же делать с мальчишкой?
     Я поднял его рюкзак, вывернул на землю.  Спальный  мешок,  ракетница,
аптечка... О, великие боги! Рация!
     Где он все это достал?
     Я посмотрел на Принца и кивнул. Принц не поверил, недоуменно зарычал.
     - Отпусти. Убить его мы всегда успеем.
     Майк, пошатываясь, поднялся. Сел.  Взглянул  на  Принца  и  торопливо
отвел глаза. Потом посмотрел на меня и неожиданно твердо сказал:
     - Я боялся одного - что встречу дурака. К счастью, я ошибся.


     Когда   наступил   Последний   День,   Роберт    Элдхауз,    когда-то
посредственный бейсболист, а сейчас не более удачливый бизнесмен,  ехал  в
поезде.  Сам  глава  фирмы  "Элдхауз  систем"  (Электронная  техника   для
спортсменов)   предпочитал   пользоваться   самолетом.   Но   сейчас    он
путешествовал с семьей, а его жена панически боялась летать...
     Две  боеголовки  советской  баллистической  ракеты  накрыли  какой-то
городок в тридцати милях от них. Взрывной волной поезд, идущий  по  гребню
холма, сбросило с рельсов. Роберт выпрыгнул в открытое окно  -  спортивная
реакция не оставила его и в сорок лет.
     ...В горящих вагонах что-то трещало и взрывалось. Сквозь рев  пламени
прорывались крики. Небо на глазах затягивалось серой пеленой.  Роберт  еще
не знал, что он больше не увидит солнца. Он сидел на порыжевшей от жара  и
всевыжигающего света траве  и  мотал  головой,  стараясь  прийти  в  себя.
Наконец его вырвало - и сразу стало легче. Он долго смотрел  на  вагон,  в
котором был минуту назад. Потом вскочил и бросился в огонь.
     Стальные листы обшивки раскалились, а краска на них выгорела. Пламени
почти нигде не было видно, и Роберт понял,  что  это  поработало  световое
излучение атомного взрыва. Выбив ногой  одно  из  стекол,  он  соскользнул
вниз, на стену, превратившуюся в пол.  Где-то  снизу  разгорался  огонь  -
воздух заволакивало едким дымом пластмассы, начинало щипать глаза.  Больше
всего мешала полутьма - неподвижные  фигуры  людей  казались  неотличимыми
друг от друга. Скатываясь с холма, вагон  несколько  раз  перевернулся,  и
почти никто из пассажиров не остался в сознании. Лишь в углу,  держась  за
кресло, стояла женщина. Роберт потянул было ее к выбитому окну, но та лишь
еще сильнее вцепилась  в  подлокотник.  Оставив  ее,  Роберт  двинулся  по
вагону. Жена и двое детей сидели почти в середине. Но  сейчас  он  не  мог
даже определить середину вагона. Наткнулся на что-то, чуть не упал.  Перед
ним сидел насмерть перепуганный мальчуган. Роберт схватил его,  приподнял.
Нет, это был не его сын... Роберт помог  мальчишке  выбраться  в  окно.  И
пошел дальше, нагибаясь к каждому телу. Помог выбраться кому-то еще. Как и
когда выбрался сам, Элдхауз не помнил. Но случилось это лишь  после  того,
как он понял, что забрался не в тот вагон...
     Стемнело, но на горизонте с двух или трех сторон  проступал  дрожащий
багровый свет. От поезда остался  черный  и  обугленный  стальной  каркас,
похожий на скелет исполинского  змея.  Немногие  уцелевшие  пассажиры  уже
разбрелись, поодиночке или кучками. К  Роберту  несколько  раз  подходили,
звали за собой, но он лишь качал головой. Ему некуда и не с кем было идти.
И когда затихли последние  голоса  в  тишине,  наполненной  потрескиванием
остывающего металла, он почувствовал облегчение. Кончилось все.  Абсолютно
в_с_е_.
     Роберт  подошел  к  жарко  дышащей  груде  железа,  протянул  руку  к
металлу... Но вспыхнувшая в ладони боль  не  принесла  ни  облегчения,  ни
забытья. Он закрыл глаза  и  уже  подался  было  вперед,  на  равнодушные,
раскаленные стальные листы, когда услышал за спиной шорох...
     В темноте Элдхауз не мог разобрать лиц двух подростков,  стоявших  за
ним. Он с трудом выдавил:
     - Что вам нужно?
     Мальчишки попятились.
     - Зачем вы за мной ходите?
     Один из мальчишек сдавленно произнес:
     - Вы нас из поезда вытащили...
     Роберт опустился на колени, вжал лицо в жирный, черный прах.
     Спас... Да. Этих спас. А своих - нет!
     Кто-то потрогал его плечо.
     - Мы нашли бутылку с водой.
     Роберт поднял голову. Долго смотрел на грязное мальчишеское лицо.
     - Пейте. Как тебя зовут?
     - Рокуэлл.
     Мальчишка достал из кармана монетку и пытался ею содрать пробку.
     - А его?
     - Я не знаю. Он почему-то молчит...

 

  





 
 
Страница сгенерировалась за 0.077 сек.