Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Фэнтези

Валерий Сегаль. - Освобождение беллетриста Р.

Скачать Валерий Сегаль. - Освобождение беллетриста Р.

   "...Вы мне опять скажете, что человек не может быть так  дурен,  а  я
вам скажу, что, ежели вы верили возможности существования всех трагичес-
ких и романтических злодеев, отчего же вы не веруете в  действительность
Печорина? Если вы любовались вымыслами гораздо более ужасными и  уродли-
выми, отчего же этот характер, даже как вымысел, не находит у вас  поща-
ды? Уж не оттого ли, что в нем больше правды, нежели бы  вы  того  жела-
ли?..
   ...Но не думайте, однако, после этого, чтоб  автор  этой  книги  имел
когда-нибудь гордую мечту сделаться исправителем людских  пороков.  Боже
его избави от такого невежества! Ему просто было весело рисовать  совре-
менного человека, каким он его понимает и, к  его  и  вашему  несчастию,
слишком часто встречал."

Лермонтов "Герой нашего времени"

   ПРЕДИСЛОВИЕ АВТОРА

   Весьма возможно, что иной читатель, ознакомившись с моим новым  рома-
ном, не согласится с эпиграфом. Он скажет, что беллетрист  Р.  вовсе  не
герой нашего времени. Заметим, что то же самое говорили многие современ-
ники Лермонтову. Укажем также, что не следует путать героя "типического"
с героем "массовым"; скажем, во времена  Печорина  массовым  героем  был
разве лишь крепостной.
   Другой критик заметит, что в наше время вообще трудно запечатлеть ти-
пический образ, потому что мы живем в век скоростей, и жизнь теперь  ме-
няется слишком быстро. Думаю, мы идеализируем наше время; жизнь и прежде
менялась быстро. Достаточно вспомнить, к примеру, что Белинский  называл
Печорина "Онегиным нашего времени", - значит была между Печориным и Оне-
гиным принципиальная разница, а ведь разделяют их от силы два  десятиле-
тия.
   Временами мне было весело рисовать современного человека (как и  Лер-
монтову!), порой - скучно; в чем-то мой герой получился похожим на  меня
самого, что и неудивительно: типический образ, как правило, образ  соби-
рательный.
   Снисходительный читатель возможно скажет, что мой герой вовсе не  так
плох. Мне и самому он порой нравится, однако я понимаю, что он становит-
ся приемлемым лишь на фоне своего чудовищного окружения. А может мой ге-
рой лучше нас с вами, читатель, ведь мы живем в этом окружении, являемся
его частью, а он не сумел. А может...
   Впрочем, судите сами...

Валерий Сегаль
Америка
1997 г.

   ЧИТАТЕЛЮ

   Строго говоря, уважаемого и небезызвестного Публициста нельзя считать
автором предлагаемой читателям публикации. Мы не боимся задеть Публицис-
та подобным утверждением, поскольку он и сам говорит  об  этом  в  своем
предисловии. Вниманию читателя предлагается не биографическая повесть  и
не хроника, но лишь собрание документов, базирующееся главным образом на
неизвестных до сих пор широкой публике материалах, обнаруженных в персо-
нальном компьютере беллетриста Р.
   Хотя со дня смерти беллетриста Р. минуло уже пять лет, обстоятельства
его трагической гибели до сих пор волнуют  литературную  общественность.
Собственно волнуют даже не обстоятельства, а сам факт безвременной  кон-
чины знаменитого писателя, очевидно находившегося в полном расцвете  сил
и таланта. Сколько замыслов остались не воплощенными, и потеря  эта  для
мировой прозы сравнима с отдаленной от  нас  во  времени  гибелью  юного
русского гения Михаила Лермонтова.
   Касательно же причины гибели Р., считалось само  собой  разумеющимся,
что только несчастный случай мог вывести из жизни  столь  преуспевающего
художника и человека. Это мнение никогда и никем  всерьез  не  оспарива-
лось, и лишь публикация нижеследующих документов впервые ставит под сом-
нение официальную версию.
   Впрочем, Публицист не делает категоричных выводов, предлагая читателю
судить обо всем самому.
   Мы вполне отдаем себе отчет в том, что публикация  автобиографической
повести "В тухлых водах" может вызвать определенного рода сенсацию.  Ис-
тина для нас дороже всего, даже если она способна изменить отношение чи-
тателя к личности любимого беллетриста. Записки беллетриста Р., даже сам
их авторский заголовок ("В тухлых  водах"),  заставляют  задуматься  над
тем, сколь драматичной может оказаться жизнь даже самого  благополучного
внешне человека, если заглянуть в нее изнутри.

   Издатель

   ПРЕДИСЛОВИЕ ПУБЛИЦИСТА

   Не будучи романистом, а следовательно не являясь  мастером  предисло-
вий, я все же счел необходимым предпослать несколько слов  нижеследующим
документам, отчасти из-за того, что этим и исчерпывается мое авторство в
данном случае, в основном же с целью разъяснить широкой  публике  проис-
хождение столь бесценных материалов.
   Вряд ли стоит напоминать читателю, что лауреат Виньероновской  премии
знаменитый беллетрист Р. трагически погиб 13 августа ... года, выпав  из
окна двадцать восьмого этажа отеля "Ривас" в Дьере.  Напомню  лишь,  что
тотчас прибывший на место происшествия полицейский инспектор  заподозрил
самоубийство, но никто не воспринял всерьез эту версию, настолько  неле-
пой она казалась применительно к преуспевающему, молодому, полному  идей
человеку, по всей видимости счастливому в личной жизни, недавнему лауре-
ату самой престижной литературной премии.
   К сожалению, творческий путь беллетриста Р.  оказался  коротким.  Уже
первые его вещи, опубликованные под псевдонимом  Маэстро,  имели  колос-
сальный успех. Маэстро успел создать немногое, но его место в нашей  на-
циональной культуре определенно и почетно. Оно заметно для всех.
   Внешне биография Р. казалась столь безоблачной, что никого из знавших
его лично не настораживал тот факт, что у знаменитого писателя, по-види-
мому, не было близких друзей. Быть может, многие объясняли  это  элитар-
ностью Р., а скорее всего никто просто не задумывался над  этим  обстоя-
тельством. Я и сам понял это только теперь.
   Так или иначе, но долгие годы я оставался одним из немногих професси-
оналов пера, хоть как-то общавшихся с беллетристом Р., хотя не могу ска-
зать, чтобы мы с ним были особенно близки. Но вероятно не было  в  писа-
тельских кругах более близкого ему человека, иначе  как  объяснить,  что
Лиса Денвер, вдова беллетриста Р., доверила именно мне осмотреть  персо-
нальный компьютер покойного, в результате чего я и стал обладателем "За-
писок" (назовем это так), которые легли в основу  предлагаемой  публика-
ции.
   У каждого, кто ознакомится с "Записками" возникнет естественный  воп-
рос: что же это такое? Иными словами: зачем  беллетрист  Р.  писал  свои
"Записки"? Трудно сказать наверняка; вероятнее всего  "В  тухлых  водах"
(именно так озаглавлена компьютерная директория) виделись автору как ос-
нова для будущих мемуаров.
   Еще при жизни беллетриста Р. я относился к числу  его  самых  горячих
поклонников. Нетрудно представить, какое  волнение  я  испытал,  неждан-
но-негаданно став обладателем нового, неизвестного прежде,  текста,  не-
сомненно принадлежавшего перу безвременно ушедшего от нас  любимого  Ма-
эстро. Вернувшись домой, я первым  делом  создал  в  своем  персональном
компьютере каталог "В тухлых водах", наполнил его бесценными материалами
и с жадностью на них набросился.
   Первое же, самое поверхностное знакомство с записками беллетриста  Р.
заставило меня усомниться в корректности возможной их публикации по  от-
ношению к госпоже Денвер. Вполне естественно, я задался вопросом: прочи-
тала ли госпожа Денвер эти записки, прежде чем передать их мне. С другой
стороны, я не считал себя вправе никак не  отреагировать  на  любезность
вдовы Маэстро и предать забвению ее дар, несомненно врученный мне с  из-
вестным умыслом. Оказавшись таким образом в двусмысленном  положении,  я
осмелился вновь побеспокоить госпожу Денвер и  поделился  с  ней  своими
сомнениями. И прекрасная Лиса, уже ставшая к тому времени супругой  вла-
дельца крупнейших отелей Ливадии, повторила, что  я  могу  распоряжаться
мемуарами ее покойного мужа по своему усмотрению.
   Таково  происхождение  предлагаемых  читателю  материалов.  Авторский
текст сохранен полностью. Я лишь дал названия главам - безымянным в ори-
гинале, расставил эпиграфы и предварил каждую главу материалами из прес-
сы. Я счел себя вправе проделать такую работу. Более того:  она  показа-
лась мне необходимой, ибо автор не планировал свои записки к публикации,
а потому они естественно нуждались в некоторой доработке.
   "Можно видеть жизнь светлой и быть "светлым" писателем, и  это  будет
легко и приятно - точно так же, как быть дураком," - пишет беллетрист Р.
в своих записках. Но можно, добавим мы, не быть  дураком,  видеть  жизнь
такой, какая она есть, и быть при этом писателем со светлым мироощущени-
ем. Такими были Дюма, Стивенсон, Джек Лондон. Таким всегда был  для  нас
беллетрист Р. Другим он предстает перед нами в своих записках.
   Что ж, Маэстро многолик...

 Публицист





 
 
Страница сгенерировалась за 0.0659 сек.