Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Драма

Александр Чехов. - Тайны живописи.

Скачать Александр Чехов. - Тайны живописи.

1.

     Люди  идут. Их много,  они разные,  мужчины и женщины, дети  и старики,
кто-то идет молча, в одиночку, кто-то --  в  компании, разговаривая,  кто-то
смеется, кто-то улыбается, кто-то идет, опустив голову, кто-то  -- расправив
плечи.  Размашисто,  размеренно,  семеня,  шаркая,  торопясь  или  поминутно
останавливаясь,  глядя вперед, друг на  друга, по сторонам или под ноги, они
идут в разных направлениях, просто гуляя или может быть по делам, хотя какие
дела могут быть майским вечером в пятницу, да  еще в такую погоду? Они идут,
многоголосо  стуча каблуками по  асфальту,  шелестя несвоевременными,  но не
снятыми  по привычке плащами и куртками, вдыхая  успевший уже  пропылиться и
пропахнуть   летом  городской  воздух,  наполненный  долгожданным,   наконец
наступившим теплом, идут, встречаясь взглядами друг с другом, сталкиваясь на
мгновение и расходясь навсегда, их много, они  разные, они идут нескончаемым
потоком  по главной  пешеходной  улице,  по  Большой  Покровке,  от  площади
Горького к Кремлю,  к площади Минина,  к памятнику Чкалову или  наоборот, от
помпезного  здания  Драматического  театра  к  стеклянному  фасаду  магазина
Народных  Промыслов,  у которого продавцы  хохломы,  солнцезащитных очков  и
мягких игрушек деловито сворачивают свои палатки, и еще дальше -- к ломбарду
на  перекрестке  с  Малой  Покровкой,  темно-серому мрачному  Дому  Связи, к
ресторану  Макдональдс,  переделанному не  так  давно из  книжной  лавки,  к
цветочным клумбам и скверу...
     Официантка  в  синей униформе  с  надписью  "Rothmans" на кепи, быстрым
привычным  движением убирает со столика грязные стаканы. Ей -- лет двадцать,
может быть двадцать два,  вряд  ли больше.  Скучающее,  уставшее, засыпающее
лицо,  кажущееся  немного  искусственным  из-за   большого  слоя  косметики.
Кукольное   лицо,   кукольные  светлые  волосы,   только   глаза,  пусть   и
потускневшие,  выдают  его  живость.  Правильный овал, чуть вздернутый  нос,
припухлые  губы, стройная фигура. Кафе не занято  и наполовину, три порядком
выпивших человека за столиком у бара, двое чуть дальше, тихо беседуют, потом
еще  один, с  перстнем на  безымянном пальце, в  синей джинсовой  куртке, не
спеша потягивает  дешевое  пиво,  размышляя,  видимо, о чем-то  своем, и еще
двое, мужчина и женщина, за столиком у чугунной ограды, оба -- лет тридцати,
одеты не броско и не дорого, но  со вкусом.  За оградой, на улице, группа из
трех музыкантов-духовиков  закончила  полонез  Огинского  и начала  какой-то
малознакомый медленный фокстрот.
     -- Ну как?
     -- Тебе нужна моя оценка?
     -- Хотелось бы услышать.
     -- По-моему неплохо.
     -- По-моему замечательно. Это лучшее, что у нас когда-либо получалось.
     -- Ну не знаю, впрочем...
     -- Не говори ничего! -- мужчина поворачивается к женщине и прерывает ее
немного картинным жестом, -- Давай просто посидим. Послушаем музыку. Кларнет
сегодня в ударе, ты не находишь?
     -- Пожалуй. Просто все на своих местах.
     Он чуть заметно кивает. Продолжать незачем.
     В музыкантах чувствуется опыт, нет, это не дешевые лабухи из  подземных
переходов  и  прокуренных кабаков,  это  профессионалы,  возможно,  студенты
консерватории, которым не хватает стипендии, хотя  нет, как раз кларнет уже,
кажется, вышел  из  этого  возраста. С излишней, быть  может,  витиеватостью
насыщает он нехитрую  тему изысканными  форшлагами,  словно  кружева плетет,
мягкие, легкие, воздушные, подстать своему инструменту.
     --  Прекрасный  вечер,  -- тихо произносит  женщина.  В тонких  пальцах
высокий стакан блестит загадочностью, -- Все удалось.
     -- Просто все на своих местах. Музыка подобрана удачно.
     -- Удачно к чему? К обстановке? К настроению?
     -- К финалу. Финал звучит, да?
     -- Звучит. Хотя... Можно было подобрать что-то пооригинальнее. Не такое
кричащее.
     -- Отчего кричащее? -- искренне удивляется мужчина, --  Негромкая живая
музыка.  Открытое кафе. Звуки  шагов за оградой.  Разговор.  Крупным планом,
глаза в глаза. Все выдержано, ничего лишнего.
     -- Возможно. Просто это уже было. Где-то.
     -- Все,  что мы делаем, уже  когда-то было. Все искусство  построено на
штампах. Нужно  лишь  расположить  их  в правильной последовательности.  Как
ноты.
     -- Сразу -- и в философию! Погоди уж. Ладно, а если без нот?
     -- Без нот... Хаос. Или просто тишина.
     -- Я люблю тишину. О-кей, пусть будет тишина. Или хаос.
     Он улыбается.
     -- Пусть! Мы  начнем что-нибудь новое.  Что-нибудь о  любви. О жизни  и
смерти. О страстях человеческих.
     -- Мрачно!
     -- Жизненно! Мне кажется, самое время.
     -- Когда?
     -- Прямо сейчас. Отличный день для начала.
     -- Почему бы нет? В мае -- самое время.
     -- Пожалуй. Ведь май -- это...
     -- Май -- это...
     -- Весна.
     -- Лето.
     -- Наполовину  весна, наполовину  лето.  Мы  начнем  в мае  и  закончим
осенью. Минорной осенью. Где-нибудь в конце  сентября.  Когда начинают  лить
дожди. Холодные дожди. Бесконечные, нудные, осенние.
     -- Полгода.
     --  Чуть  меньше.  Но  этого все равно  достаточно. Можно прожить целую
жизнь.
     -- Пожалуй. Родиться и умереть.
     -- Нет. Умереть и родиться!
     Маленький  уличный оркестр заканчивает играть. Без аплодисментов, после
короткой  паузы, он  начинает снова,  другой  мотив. В раскрытом футляре  --
несколько смятых бумажек.
     Солнце село, и  недавно вымытые к Пасхе стекла окон и покатые  жестяные
крыши старого Нижнего перестали блестеть. Кое-где уже зажегся свет. Людей на
улице  становится  меньше,  небо  постепенно  сереет,   затем   окрашивается
фиолетовыми оттенками.





 
 
Страница сгенерировалась за 0.0763 сек.