Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Научно-фантастическая литература

Андрей ЩУПОВ - ГАММА ДЛЯ СТАРШЕКЛАССНИКОВ

Скачать Андрей ЩУПОВ - ГАММА ДЛЯ СТАРШЕКЛАССНИКОВ

                                 ДО...

     Все действительно было уже до. Я имею в виду наше  с  вами  рождение.
Был  воздух  и  парила  Земля  под  Солнцем,  мычали  коровы  и  зловонные
тиранозавры с рыком выскакивали из кустов,  хватая  зазевавшихся,  оглашая
окрестности победным ревом. Мы родились после. Намного позднее  того,  что
было до. Но ведь и до нас мир сходил с ума,  время  от  времени  стоял  на
голове, не зная еще, что это открытие йоги, понятия не имея, что рано  или
поздно в одной из столиц планеты, на заурядной  улице,  в  заурядном  доме
поселюсь я и подобно многим стану претендовать на право жизни - такой, как
я ее понимаю.
     Увы, эту самую равнодушную бесконечность я осознал давным-давно,  еще
года в три или четыре, когда слово "придурок" произносилось через "л" и по
слогам, а лица покойников в нарядных гробах разглядывались с  любопытством
и без малейшей примеси страха. Лежа на балконе пятого этажа  и  прижимаясь
голым пузом к разогретому бетону, я колупал ногтем пятна засохшей краски и
пытался перенестись сознанием в  тот  убежавший  день,  когда  мы  красили
перила в рыжий цвет. День ускользал, как гибкая пиявка в воде, но сознание
тем не  менее  перемещалось,  и  вот  совершенно  неожиданно  для  себя  я
проскочил дату своего рождения и пошел камнем в глубь, не подозревая,  что
пронзаю уже не собственную память и даже  не  память  родителей,  а  нечто
совершенно иное, не понятое мной до сих пор.
     Я уплыл в минувшее, но  не  растерялся,  тут  же  начав  озираться  и
изучать непривычные пейзажи. Я копался в исторических напластованиях,  как
нищенка в мусорных контейнерах, выгребая все самое цветастое и яркое. Надо
признать, мне не  слишком  нравились  одежды  прошлого,  -  напротив,  они
смешили,  провоцируя  на  лукавые  комментарии,  но  я  любовался  блеском
рассекающих  воздух  рапир,  с  благоговейным  трепетом  прислушивался   к
орудийному гулу российских "единорогов" и вместе с кричащими толпами бежал
на штурм неизвестных мне зубчатых крепостей.
     Честно  скажу,  подобными  воспоминаниями  я   развлекался   довольно
продолжительное время. Подозрение,  что  знать  всего  этого  я  не  могу,
возникло  в  более  зрелые  годы,  когда  с  новехоньким  портфелишком   я
отправился в  путешествие  по  школьным,  столь  похожим  один  на  другой
классам, и буйная реальность потеснила зыбкие фантазии. Да, да! Именно так
я стал это называть  -  фантазии.  Иных  объяснений  не  было.  А  октябре
восемьдесят шестого, в день моего двадцатилетия, впервые наметился  раскол
масс. Под массой - эм один и эм два я подразумевал, конечно, себя самого и
всех  прочих  обитателей  света,  -   коротко   говоря,   человечество   и
организационный лад, сообразуясь с которым это  самое  человечество  жило,
процветало и намеревалось процветать далее.
     Я начал скучать, более того - тосковать, и когда Митька,  мой  собрат
по учебному курсу, стал предлагать мне  отрастить  волосы  -  такие,  чтоб
чертям стало тошно или создать на худой конец тайную организацию - в  пику
масонам и всем прочим, я не отмахнулся, как раньше, потому что средство от
тоски следовало искать - и искать по возможности активно. Однако  где  его
искать,  я  не  знал  и,  вероятно,  мысленно  допускал,  что  в   советах
посторонних ответы тоже порой находятся.  Кроме  того  был  Митька  парнем
дошлым и головастым. Пропуская половину  лекций  и  зачастую  узнавая  имя
преподавателя лишь на экзаменах, он умудрялся иметь вполне  твердое  "три"
по большинству  предметов.  А  три  это  вполне  удовлетворительно  -  для
преподавателей, для декана,  для  всего  общества.  К  тому  же  по  части
предметов он, изумляя  окружающих  и  разрушая  самые  зловещие  прогнозы,
получал "хор" и "отл". В общем, к словам  Митьки  следовало  прислушаться.
Правда, длинные волосы меня не слишком прельщали,  но  вот  против  тайной
организации я не возражал, и пару учебных недель мы потратили с Митькой на
разные организационные мелочи, придумывая пароли и отзывы, шифры возможных
донесений и тайные знаки, знаменующие  иерархические  ступени  создаваемой
организации. Митька, например, предлагал отращивать ногти.  В  ту  пору  у
него был бзик - что-нибудь  обязательно  да  отращивать.  Не  волосы,  так
ногти. Вот он и предложил: большой ноготь на мизинце будет соответствовать
званию рядового, на безымянном - младшему офицеру и так  далее  вплоть  до
маршальских титулов. Пальцев, к счастью,  на  руках  хватало.  Не  хватило
другого. Терпения. Я отрекся от этой детской затеи, но  вовсе  не  потому,
что повзрослел или поумнел. Просто, должно быть, надоело. Очень  уж  долго
растут ногти. А  состояния  взрослости,  если  честно,  я  по-прежнему  не
ощущал. Хотя действительно, уже не  тушевался,  слыша  такие  заковыристые
словечки, как "бренность", "дезавуировать"  или  "нонконформизм".  Я  знал
словечки и похлеще, но раскол тем не менее состоялся. Как я уже говорил  -
между массами эм-один и эм-два. И  привнес  его  проклятущий  маятник.  То
есть, это я так думаю. Или представляю. Аналогия, пусть самая  отдаленная,
все же упрощает положение. Мысленный хаос,  перенимая  обтекаемую  систему
образов, мало-помалу выстраивается по ранжиру. Вместо шума и беспорядочных
пуль во  все  стороны  -  начинает  угадываться  ритмичное  перещелкивание
теннисных  ракеток.  Ровно  расчерченный  корт,   тугая   сетка,   строгая
очередность ударов - все мое к тебе и от тебя снова ко  мне.  А  на  табло
оптимистические цифры и  боевая  ничья.  За  все  наши  внутренние  усилия
набегают очки и порой немалые.
     Полагаю, некоторое время  загадочный  маятник  летел  в  прошлое,  но
маятник на то и маятник, чтобы  периодически  возвращаться.  Тяжелый  диск
вынырнул из забытого, как лещ из  илистого  пруда,  и  отточенной  секирой
рассек нынешнюю мою событийность. Отныне он несся уже  вперед,  и  я,  как
пешеход, взирающий вслед убежавшему  автомобилю,  ощущал  его  запах,  его
свинцово-золотой  вес,  а  главное  -  я  мог  теперь  внимать  отголоскам
будущего. Внимать, но не анализировать. Мы, люди,  -  неважные  аналитики.
Нам только кажется, что мы думаем, но мы лишь воображаем себе разные мысли
и радуемся, когда они по собственной воле  забредают  в  наши  не  слишком
привычные к тому головы.



 




 
 
Страница сгенерировалась за 0.1492 сек.