Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Научно-фантастическая литература

Мюррей Лейнстер - Космический старатель

Скачать Мюррей Лейнстер - Космический старатель

Глава первая

     Осколок  скалы,  который одновременно  представлял собой залежь, плыл в
золотистом  солнечном  тумане. В одном  месте  туман  светился ярче,  в  той
стороне  на расстоянии  десятков миллионов миль находилось местное солнце. В
другом месте туман был темнее, кое-где, где он становился совсем тонким  и в
проплешинах  мелькали одна-две  искорки звезд.  Расстояние до них можно было
выразить  только в световых годах. Вся остальная часть  тумана - или мглы  -
была освещена до однообразности равномерна - и  справа,  и слева, и внизу, и
вверху. Некоторое разнообразие  в сцену вносила  только скала.  В длину  она
достигала самое  большее  семьдесят  футов,  а  в  наиболее  узкой  части  -
пятьдесят  футов.   Вещество,   ее   составляющее,  за   исключением   одной
единственной  вкрапленной   жилы   материнской  породы,  представляло  собой
кристаллическую коричневую субстанцию, некогда яростным ударом  отколотую от
какого-то большего целого.
     Скала  плавала в пустоте. Она не падала, потому что вращалась по орбите
вокруг планеты, которую скрывала золотистая дымка тумана. Ничто не объясняло
ее присутствие здесь, но люди добрались и до нее.
     Неровными буквами кто-то пометил эту скалу: "ГХ-37". Буквы и цифры едва
можно  было  различить  на  расстоянии.  А  несколько  позже  некто  украсил
поверхность  новой  надписью:  "ДК-39",  эта  надпись  частично  перекрывала
старую. И это было все, что можно сказать об одной стороне скалы.
     На  другой  ее  стороне  имелись более  очевидные  следы  человеческого
присутствия.  Имелся  прозрачный  купол,  надежно  прикрепленный к  скальной
поверхности. Диаметр его составлял пятнадцать футов. Сферическая поверхность
купола  достигала в  высоту футов восемь. Сбоку в  одном месте была встроена
трубчатая металлическая рама, к которой примыкал прозрачный воздушный  шлюз.
И внутри  купола находились предметы,  предназначенные только для  человека.
Здесь находился спальный мешок с капюшоном, кубообразный объект, который был
кондиционером воздуха. Имелся  штабель  резервуаров, во все  стороны торчали
вентили и шланги.  Резервуары  были  помечены  словом "КИСЛОРОД".  Некоторые
ящики, судя по надписям, содержали или когда-то содержали запасы провизии.
     Но  ничто  не  двигалось на  скале. Семьдесят футов на  пятьдесят и  на
сорок, скала обладала массой в  несколько тысяч тонн.  Она вращалась  вокруг
некоей неопределенной оси,  совершая  оборот примерно  за десять  минут. Все
было спокойно.
     Это была  безымянная скала. Она плыла в туманном вакууме, в космическом
облаке пыли, составлявшем громадный светящийся диск, повисший в межпланетном
пространстве. Это были кольца Тотмеса, о  которых  "Галактический Указатель"
мимоходом замечал, что это газообразный гигант, четвертая от светила планета
системы  звезды Нилетус, окруженная  кольцами  пыли  и  мелких  осколков  от
распавшихся лун.  То есть, в этом отношении она  напоминала Сатурн,  планету
Первой Системы.
     Скала с выведенными на  ее поверхности буквами и цифрами, все плавала и
плавала в световом тумане. Ничто не двигалось. Ничего не происходило. Совсем
ничего.  Даже то,  что лежало  в  спальном мешке,  тоже не  шевелилось. И не
дышало.


     Данн вел свой космоскаф сквозь  кольца  Тотмеса. Он  сердито  хмурился,
потому  что  направлялся он  на  Отдушину,  куда скоро  должен  был  прибыть
транспорт-сборщик,  а  для Данна необходимость этого  перелета  была  сейчас
очень  некстати.   Прибытие  сборщика  вызывало   каждый  раз  прилив  почти
истерического веселья,  но  Данну  было сейчас не  до  того.  Только  чистая
необходимость заставила его покинуть своего партнера, Кииза, который остался
на  одном из осколков, который они нашли и начали разрабатывать. Там имелась
двухфутовая  жила абиссальных кристаллов - прямо на поверхности  осколка,  и
было бы безумием  оставить такое сокровище без охраны. Конечно, они пометили
осколок. Но маркировка  особого значения не имела. Хотя они и  пометили  его
своей  меткой  - "ДК-39"  поверх  старой "ГХ-37",  но в  кольцах Тотмеса  не
существовало  понятия  законности,  и   это  была  еще   одна  причина   для
беспокойства. Киизу был оставлен очень ограниченный запас кислорода и  никто
больше не знал, где он находится.
     Но  кто-то  ведь должен  был  отправиться  на Отдушину  за  пополнением
припасов, а это было только возможно в моменты прибытия транспорта-сборщика.
Дорога на Отдушину с того осколка, на котором работали Данн и Кииз, занимала
два с половиной дня, и лететь нужно было сквозь  золотистый туман, в котором
не имелось  маяков. Из двух  партнеров Данн был более  опытным астрогатором.
Если бы  полетел Кииз, оставив  Данна на  скале, он мог бы  заблудиться и не
найти  дороги  назад,  прежде чем у Данна  кончился  бы кислород. Данн  имел
гораздо меньше шансов заблудиться. Кроме того, если бы они оба покинули свой
осколок, какой-нибудь  посторонний  старатель  мог  бы наткнуться  на  него,
пометить заново  своими инициалами и  номерами  - если, конечно,  он был  бы
готов отстаивать свою находку.
     Поэтому  Кииз  и остался в куполе, который Данн покинул два дня назад и
теперь спешил поспеть на Отдушину к  приходу сборщика. Им нужен  новый запас
кислорода. Им  нужна  провизия и запчасти для горного  оборудования. Все это
Данн должен был получить на  корабле-сборщике,  привозившем запасы с Хоруса,
следующей от солнца планеты этой  системы. При всем при том, Данн должен был
следить за  тем,  чтобы  не попасть в ловушку недоброжелательно  настроенных
личностей,  которые всегда рады  воспользоваться  отсутствием  правосудия  в
Кольцах. Полет от этого становился не только  срочным,  но и  трудоемким,  и
ничего  удивительного,  что он хмурился. Нужно было не только взять припасы,
но и вернуться обратно к осколку, не приведя "хвоста". Если это ему удастся,
то  они  с Киизом станут весьма состоятельными людьми к тому времени,  когда
снова придет корабль-сборщик. Но если ему не удастся...
     Но  другого выхода  не было. Он должен смочь. Если повезет,  все вообще
пройдет совершенно  гладко. Но имелись  и  другие  возможности,  но они  ему
совсем не нравились.
     Окруженный со всех сторон непроницаемой пеленой пылевого тумана, Данн с
трудом мог  представлять,  что существует  в действительности  вся остальная
Вселенная. Космоскаф плыл в золотом светящемся  тумане. Казалось туману  нет
конца,  но Данн знал, что он приближается к  Отдушине. Отдушина была большим
осколком  - летающей горой,  крупной частицей  неисчислимых фрагментов Колец
Тотмеса - и на ней находился местный грузовой космопорт.
     Каких-то   несколько  миллионов   или  десятков  миллионов,  или  сотен
миллионов лет тому назад  несколько  сателлитов Тотмеса  неосторожно вошли в
предел Роше  -  для  этой  системы  спутников.  Они  были  искрошены  в пыль
гигантскими приливными силами, которым ничто, в буквальном смысле, не  могло
противостоять. Они развалились.  В ходе  процесса осколки были перемолоты  в
мельчайшую пыль,  а частью - в гравий, позже отдельные частицы снова слились
вместе, образовав более крупные тела - скалы и горы.
     Пыль  и  прочие  обломки,  оставшиеся  от  этой  древней  катастрофы  и
составляли теперь Кольца Тотмеса. Каждая частица  тумана  имела свою орбиту,
также, как и  более крупные тела  свою.  Каждая  пылинка или летающая  гора,
такая,  как Отдушина, мчались  сквозь золотую  пустоту  по своим собственным
неизменным дорожкам.  Кольца Тотмеса  напоминали  кольца  планеты  Сатурн из
Первой  Системы. И само собой,  люди  нашли  причину,  чтобы рисковать здесь
своими жизнями.
     В  случае  с  Тотмесом  причина  была  проста.  Разнообразные  объекты,
плавающие  в  кольцах,  имели   разный  химический  состав.  Некоторые  были
осколками верхних  пород некогда существовавших лун. Некоторые  представляли
собой куски железо-никелевой  руды из коры разрушенных спутников.  И местами
можно было натолкнуться на осколки, состоящие из абиссальных наиглубиннейших
пород в контакте с  такими металлическими жилами.  В  некоторых  абиссальных
субстанциях содержались особые кристаллы. Эти  кристаллы существовали только
там, где имелись планеты или луны. И добраться до них можно было только там,
где  планеты  или  луны  некогда пережили катастрофу  и были раскрошены. Они
напоминали  по  виду  обыкновенный  леденец,   но  по  сути  являлись  самым
дорогостоящим  минералом в  Галактике.  Только  благодаря им  были  возможны
межзвездные путешествия.
     Могучие  песни  кораблей, что достигали  самой  окраины  галактического
острова,  были обязаны своим  существованием  особым  свойствам  абиссальных
кристаллов. Они были  необходимы для  функционирования  тяговых генераторов.
Без них не  существовала бы межзвездная коммерция, исчезли бы многочисленные
колонии.  Сама  Земля  превратилась бы в переполненную  свалку, где люди  не
могли бы и шагу ступить, потому что их было бы очень много и всем не хватало
бы места.
     И  вот  на  одном  из  солидных  размеров  осколке Колец  Данн  и  Кииз
обнаружили выход серой материнской породы, в которой очень часто встречались
абиссальные кристаллы. Им уже удалось кое-что  добыть. И теперь Кииз остался
в куполе,  чтобы  охранять  найденное сокровище  и заодно добыть еще  больше
кристаллов,  пока Данн  вернется. Он  оставался один,  и  это совершенно  не
нравилось Данну.
     Он бросил быстрый  взгляд на  экран радара. Примерно  в  миле справа по
курсу  двигался  осколок  размером  на  экране  в  речную  гальку. Не  более
полудюйма в диаметре - можно не обращать внимания. В трех милях слева плавал
объект размером с кулак. Его тоже можно было игнорировать.
     Потом вдруг защелкал детектор.  Впереди таился  объект гораздо  больших
размеров.   Приборы  уже   проанализировали  полученные  данные   и   теперь
предоставили  право решения Данну. Какой-то объект,  еще скрытый  в  тумане,
двигался  не  в  общем направлении осколков в Кольцах Тотмеса.  Это была  не
скала, нет. По  размерам это мог бы быть и корабль.  И он тоже мог прощупать
Данна радарным импульсом. В щелканье детектора Данну слышалось негодование.
     Он что-то  проворчал себе  под нос.  Данн проворно забрался в скафандр.
При этом, пока он облачался в противопустотную  броню,  он не спускал глаз с
приборов.
     Высвободив  из  креплений короткорылую старательскую базуку, стрелявшую
специальными капсулами-снарядами  и  применявшуюся для  взрывного  бурения и
взятия проб породы,  он  вставил  заряды  в соответствующие места  на  поясе
скафандра.
     Еще  раз  быстро  оглядев  циферблаты  приборов,   Данн  направился   к
воздушному шлюзу. Он присоединил к соответствующему зажиму страховочный фал.
Потом  закрыл внутренний  люк и  открыл внешний. Это была  обычная процедура
взятия  пробы сосколка кольца, но одновременно человек, вооруженный базукой,
и  стоящий в проеме  люка своего космоскафа мог  представлять собою  грозную
боевую единицу.
     Он  вглядывался  в сплошную мглу  пылевого  тумана, освещенного  только
далеким  солнцем. Но  вот вырисовался  смутный силуэт, некая твердая  масса,
несующаяся  в пустоте. Размерами  эта  неправильных очертаний  масса  вполне
соответствовала космоскафу. Маленький кораблик - "мул"  вполне мог бы за ней
укрыться. Если правильно его спрятать.
     До обломка оставалось две мили. Данн  нажал на спуск базуки. Сделав три
первых выстрела, он промахнулся. Крохотные снаряды унеслись в  ничто. Здесь,
где  практически   отсутствовала   гравитация,   они  будут   двигаться   по
математически прямым линиям.  Когда до скалы  оставалась  всего миля, снаряд
базуки попал в цель. В камне образовались трещины. Скала начала  распадаться
на мелкие осколки. В цель ударил второй снаряд, потом третий.
     Скала словно превратилась  в  ничто,  и теперь  было видно,  что за  ее
массой притаился  космоскаф.  Этот корабль  "залег" в  засаду. Очевидно  он,
вернее его владелец, засек  эхо работы двигателей корабля Данна  прежде, чем
детекторы  корабля  последнего  засекли  его.  Он  успел  вовремя  заглушить
двигатели  и устроить засаду. Но теперь он превратился в  массу-центр  сотни
осколков взрыва, разлетающихся во всех  направлениях. И Данн, недвусмысленно
дававший понять, что он может постоять за себя, не спускал его с прицела.
     Незнакомый  космоскаф  ретировался, спасаясь  бегством. Данн послал ему
последний заряд  из базуки  и закрыл  дверку воздушного  шлюза. Открыв затем
внутренний   люк,   он   направился   к  пульту  управления.  О  только  что
закончившемся инциденте он больше не думал. Не стоило слишком расстраиваться
по этому  поводу. Ведь это были кольца, и именно в то время, когда удачливые
старатели-пустотники везут добытые  кристаллы  к кораблю-сборщику. И в  этот
период  менее удачливые коллеги готовы  пойти на самые отчаянные  меры. Данн
вычеркнул все произошедшее  из головы. Но он продолжал очень тревожиться  за
судьбу Кииза.
     Он  изменил курс  космоскафа.  Он  должен  вернуться  назад,  но  таким
образом, чтобы ни один  старатель в  Кольцах не  смог его выследить. Хотя бы
тот же космоскаф, который он только что  вспугнул из засады. Нельзя сказать,
что  многие  из  самых  неприятных  типов  в  Кольцах  отличались   чересчур
воинственным нравом, нет.  Но  и  все же  космоскаф, который направляется  к
Отдушине  в  период   прихода  корабля-сборщика  зачастую  везет  достаточно
кристаллов, чтобы спровоцировать убийство или несколько.
     Итак, Данн приближался  к Отдушине. Периодически  онменял  курс  своего
корабля - каждый раз при этом он  тщательно проверял, не ловят ли  детекторы
эхо работы двигателей другого  космоскафа. И ни одни из космоскафов, которые
он  успел повстречать  на этом отрезке пути не  сделал  попытки пересечь его
курс ~ мудрое поведение, которое Данн целиком поддерживал.
     Вскоре его коммуникатор поймал одновременно несколько жужжащих сигналов
- это было эхо работы  двигателей многих  космоскафов. Это значило, что Данн
приближается к цели  назначения.  Немного времени  спустя он  услышал голос,
едва еще различимый. Голос весело приветствовал кого-то:
     - Добро пожаловать! Кто это там?
     Это  означало,  что  какой-то старатель уже успел совершить посадку  на
Отдушине,   и  теперь   приветствовал   другой   корабль,  приближавшийся  к
посадочному  полю. И Данн уже  заранее мог сказать, что сейчас  произойдет и
что будет происходить потом.
     Один космоскаф  уже приземлился. Он очень, очень осторожно  подошел  на
дистанцию прямой видимости к Отдушине,  с открытым люком воздушного шлюза, в
котором  стояла  фигура в  скафандре и  с  базукой наготове.  Можно  было бы
подумать, что вид  Отдушины привел  экипаж корабля в замешательство, но  это
было не  так. Все прекрасно знали, как выглядит Отдушина - никелево-железный
астероид, летающая гора, некогда составляющая часть ядра разрушившейся луны.
В длину она достигала более мили, и формой была под стать ночному кошмару. В
грубом приближении, один ее конец  напоминал  конус, второй - полусферу. Вся
ее поверхность  была изрыта  трещинами, кратерами, пересечена  изломами,  за
исключением одного места.
     Имелось   здесь   одно   место,   почти   идеально   гладкая   равнина,
образовавшаяся,  очевидно, в  результате  касательного  столкновения  многих
миллионов лет тому назад.  Все  это плоское  поле, без какого-либо знака или
маяка,  могущего  дать знать, что  нога человека когда-либо  ступала на  его
поверхность и являлось  космопортом на  Отдушине.  И всякий первый космоскаф
приближался к  предполагаемому  месту посадки с  максимальной осторожностью.
Потом  он опускался  на металлическую поверхность астероида -причем в  таком
месте,  где  никто  не  сможет  подойти  к  нему  незамеченным, с  какого-бы
направления он не приближался.
     Совершив  посадку, его  экипаж  будет  ждать.  Ждать  появления  других
кораблей.  Когда  следующий космоскаф  превратится в видимую  глазом  темную
частицу в золотом светящемся тумане, корабль, приземлившийся первым окликнет
его: "Добро пожаловать! Кто это там?"
     Данн слышал и вопрос и ответ. Второй  корабль назвал себя. Он опустился
в  другом месте  поля, не слишком близко  от первого.  Потом между экипажами
кораблей  началась  беседа.  Поначалу   она   имела  характер  сдержанный  и
пропитанный недоверием. Но люди в каждом из кораблей в течение многих недель
не слышали  другого  человеческого  голоса, кроме  своего и компаньона.  Все
жаждали общения с новым человеком.
     Еще  один   корабль.  И  еще  два.  И  множество  остальных!  Вакуум  в
окрестностях  Отдушины  наполнился  коротковолновыми переговорами. Откуда ни
возьмись зазвучал смех,  посыпались шутки и анекдоты. Некоторые шутки  имели
бороду такую длинную, что она уходила куда-то  во времена докосмической эры.
Очень немногие  из  них были  действительно  новыми,  но  люди с готовностью
разражались  преувеличенно  веселым  смехом,  выдававшем  радость  по поводу
перемены в рутине старательской жизни, наступившей на недолгий срок прибытия
корабля-сборщика.  Сыпались  вопросы.  Неужели  тот-то и  этот-то до сих пор
делают то-то и то-то? А неужели этот, как там его? - он до сих  пор мучается
кошмарами и размахивает руками и ногами во сне? А  помнишь,  когда...? А кто
видел то-то и то-то? А где подевался такой-то? В последний  раз его не видно
было. Он еще в Кольцах?
     Но  вопросы  такого  рода  были  не из  числа  приветствуемых.  Они  не
согласовывались  с  настроением   старателей  во  время  очередного  прихода
корабля-сборщика.  Люди  с  нетерпением  ждали  момента,  когда  они  смогут
выбраться  из круглых маленьких кораблей,  которые словно  тюремные  камеры,
заключали  их в себе в течение многих месяцев. Они не хотели  и слышать, что
кто-то  вдруг исчез.  Единственное  логическое предположение, которое  можно
было сделать в таком случае, что эти люди мертвы.
     Имелось  также   негласное   соглашение,   не   интересоваться  открыто
относительно  удачи  других старателей. Всякий хвастун  просто склонит менее
удачливых коллег  последовать за ним, когда придет время покидать  Отдушину.
Им  очень даже  интересно  будет узнать,  где это  он  раздобыл  целую  кучу
кристаллов,  за которыми  люди рыскают по всей  Галактике. Но  среди прочих,
имелись    два   традиционных   вопроса,    которыми    встречали    каждого
новоприбывавшего. Первый -  видел  ли  он  гуков?  Это  считалось  почему-то
страшно смешным.  "Ну что, видел кто-нибудь  гуков, а?" Взрыв смеха.  Второй
вопрос   -  не  нашел  ли  кто-нибудь  Большую  Леденцовую  Гору?   Все  это
представлялось  до  чрезвычайности привлекательным  для  людей,  которым  не
терпелось покинуть наконец коробки космоскафов. Хотя бы на несколько минут.
     Данн знал, что все это сейчас происходит внизу,  хотя  до  отдушины сам
еще не добрался.
     Потом   его    детекторы   поймали   басовитое    гудение    двигателей
корабля-сборщика.   Звук  этого   эха  отличался  от   жужжания  космоскафов
старателей. Корабль-сборщик нес  с собой кислород, запасы  продовольствия  и
запасные  части для оборудования, но самое  главное он  означал  перемену  в
тяжелом  труде  старателей, передышку,  возможность ненадолго  забыть  жизнь
такую, как приходилось им вести здесь в Кольцах Тотмеса. Корабль приходил  с
Хоруса, соседней планеты этой системы.
     Эхо   его  двигателей,  низкое  басовое  гудение,  быстро  усиливалось.
Разговоры  старателей  в  корабликах, приземлившихся  на  поле  космопор-та,
внезапно  прекратились.  Данн  почувствовал  отчаянное  нетерпение,  которое
испытывали все  в этот  момент. Ему  самому захотелось  дать полную  тягу на
генераторы  двигателей,  последним   бешенным  броском  достигнуть  Отдушины
прежде, чем приземлится сборщик. Но он овладел собой.  Он слышал, как  умолк
гул  двигателей  сборщика,  потом  снова  зазвучал -  космический  транспорт
маневрировал,  уравнивая скорость и  реактивный момент с вращающейся массой,
осторожно  приближаясь к  Отдушине сквозь светящуюся мглу. Данн тем временем
продолжал приближаться к космопорту  и наконец  на радарном экране появилось
нечеткое  изображение  какого-то  крупного  объекта прямо  по  курсу.  Точно
сказать, что это было, пока не было возможно, но Данн знал все и  без этого.
Впереди   находилась   отдушина.   Гудение  корабля-сборщика  прерывалось  и
возобновлялось с секундными интервалами.
     Потом  вдруг  на долю секунды  гудение усилилось  - это  были  включены
основные  двигатели,   и  наступила  тишина.  Из   коммуникатора   донеслось
оживленное бормотание людей в космоскафах. Корабль-сборщик совершил посадку.
     Поднялась  целая буря  веселых вопросов, обрушившихся на сборщик. Какая
погода на  Хорусе?  Победили  ли "Пантеры"  в финале на всепланет-ный кубок?
Привезли  ли  они  холодного пива? Люди выкрикивали заказы  на разнообразные
деликатесы, привилегии цивилизованных миров, которые они желали бы закупить:
можно  было легко представить, что эти  люди в  деталях предвкушали, как они
этот заказ  будут делать, а потом получать вожделенные лакомства. Можно было
вполне  справедливо  сказать,  что они ждали прибытия  этих яств с неменьшим
нетерпением, чем доставки нового запаса кислорода.
     Наконец,  и  Данн  начал  готовиться к посадке на Отдушину. Несколькими
поворотами рукояток тяги реверсного двигателя он уравнял скорость корабля со
скоростью астероида. Теперь  он парил  над полем  космопорта,  где  неровным
кольцом  цепь  космоскафов   окружала  корабль-сборщик.  Его  заметили.  Его
приветствовали не  слишком  пристойными  шутками, на которые горазды были по
детски развеселившиеся космические  старатели Колец. Кто  к нам пожаловал! А
почему так  поздно? Как насчет встречи с гуками? А ведь он  опоздал. Всю еду
на сборщике уже распределили. А что  нового  доносится с  Большой Леденцовой
Горы? Упоминания об этой  сказочной местной Голконде были, конечно, шутками,
но  не  совсем. Потому что  где-то в тумане колец  действительно  находилось
нечто,  окрещенное Большой Леденцовой Горой, потому что  оно отвечало  мечте
каждого старателя  о богатстве и могуществе. Данн  знал  обо  всем этом деле
немного больше  остальных  старателей,  потому  что  его  партнер  Кииз  был
племянником того  самого  Джо Гриффита, который нашел  Гору и принес  оттуда
невероятный груз кристаллов, и вернулся обратно, чтобы  принести еще больше,
и с тех пор  его не видели. Кииз, естественно, держал факт родства в секрете
от всех остальных старателей,  чтобы  не вызвать ненужных подозрений. Каждый
иддумал  бы,  что  у  него  имеются какие-то полезные  сведения относительно
месторасположения Горы и он именно по этой причине явился в Кольца.
     Большая Леденцовая Гора  была частью местного  фольклора.  Многие  люди
верили  в нее  совершенно серьезно  и ловили  упоминание  о каждой  легенде,
всякий раз  вызывавшей у  них  обильное  слюноотделение в  железе  мечтаний.
Многие  верили,  но  внешне  этого не  показывали. Но не было  таких, что не
верили  вообще, потому что в  основании  легенды лежал  подлинный факт. И не
было  такого рудокопа в Кольцах, что не мечтал  о том, как он и никто другой
найдет неисчислимые сокровища на неизвестном  фрагменте Колец, и  произойдет
это совсем скоро - возможно, уже до следующего прихода корабля-сборщика.
     Данн сдержанно назвал  свое  имя и опустил свой  космоскаф за пределами
кольца  кораблей, окружавших сборщик.  Это было  не самое лучшее  место  для
посадки.  Конечно, он мог видеть  отсюда все, что  происходило на территории
космопорта,  но поблизости  начинались образования, называемые  "деревьями".
Это были просто металлические скалы, а не деревья. Но благодаря им человек в
скафандре  мог  бы подобраться  к кораблю  Данна незамеченным.  Но  это было
единственное удовлетворительное место из еще оставшихся свободными.
     Голоса невидимых старателей  упражнялись в остроумии. Эй, Данн! Сколько
килограммов  кристаллов ты  притащил? Это  была  гениальная  шутка.  Хорошей
добычей  считался  даже  грамм кристаллов,  а десять граммов -  великолепный
улов. Добыча целого килограмма даст пищу благоговейным  слухам на  целый год
вперед, если кто-то действительно принесет такое количество кристаллов. И во
всяком  случае, ни один  старатель  не станет отвечать  на  такой вопрос,  -
всерьез   -  даже  на   Отдушине   и   даже  в   непосредственной   близости
корабля-сборщика. Кто-то спросил, как новому  партнеру Данна  понравилось  в
Кольцах. Кто управляет  кораблем? Вопрос  был не случайным -  зачастую между
двумя  напарниками  разгоралась  целая  психологическая война,  что  было не
удивительно, учитывая, что  люди проводили месяцы в замкнутом пространстве в
обществе  только друг друга. Многие начинали ненавидеть друг  друга.  Иногда
один из напарников прилетал на Отдушину и требовал  расторжения партнерского
контракта  -  что  и  производилось  на  корабле-сборщике. Иногда  две  пары
старателей  обменивались партнерами  -  и  зачастую  ситуация  от  этого  не
улучшалась, как выходило наружу позднее.
     Все  знали,  что  партнером  у  Данна  был  Кииз. Кииз  в  Кольцах  был
относительным  новичком.  Поэтому  и  задавали  вопросы  с  подковыркой.  Не
случилось ли драки? Как Кииз приспособился к  жизни в Кольцах? Эй, Кииз! Как
идут дела? Этот Данн -  нелегкий тип, правда? Говорят, он трясется от страха
всякий раз, когда выходит из  корабля в скафандре. Ты его заставляй работать
снаружи почаще!
     Слушать такие разговоры было бы просто нелепо. Все равно, что обижаться
на шалости детей. Но  в основе их лежало нетерпение людей поговорить с новым
человеком, услышать новый голос. Кииз не отвечал. Он при всем желании не мог
этого сделать,  поскольку остался  на  скале, которую  они с  Данном  нашли.
Голоса старателей взывали к Киизу, обещая познакомить  его  со всеми хитрыми
штучками и розыгрышами, на которые горазд такой опытный  космический рудокоп
как Данн. Но Кииза не было на борту космоскафа и он не мог им ответить.
     Данн в мрачных предчувствиях опустил корабль на металл посадочного поля
и  задействовал  магнитные  якоря.  Голоса  опять начали требовать  Кииза  к
микрофону.
     - Его нет, - коротко ответил Данн.
     - А что случилось? - поинтересовались голоса.
     - Его нет! - еще раз ответил Данн.
     И с опозданием на секунду осознал, что совершил грубейшую ошибку. Лучше
было  бы ему сказать,  что Кииз  погиб при несчастном случае, разбив лицевую
пластину  шлема, когда выходил из корабля наружу. Это не  вызвало бы никаких
подозрений. Ему могли бы  и не поверить,  но все прошло бы  без последствий.
Или если бы даже он сказал, что собственноручно убил Кииза, это никого бы не
касалось. Это было  бы личное  дело  Данна. Но он ни в коем случае не должен
был говорить, что Кииза нет  и не давать более подробных объяснений.  Теперь
начнутся догадки. Эти догадки  могут  быть опасно близкими  к истине. Каждый
сразу заподозрит, что Данн  и Кииз  нашли богатую жилу и  поэтому  не  могли
оставить ее без охраны  на время, пока нужно было слетать к кораблю-сборщику
за запасом кислорода.
     Наступила  внезапная  тишина.  Почти  полминуты  в  пространстве вокруг
Отдушины  было необычайно  тихо.  Потом  кто-то  напряженным голосом  что-то
сказал   о   том,  что  корабль-сборщик  напрасно   теряет   время.  К  нему
присоединились  другие голоса. О  Киизе все  вдруг странным  образом  словно
позабыли. Теперь  настала  пора делать  предположения. Данн  понял, какой он
совершил   промах.  Половина,   самое   меньшее,   космических   старателей,
собравшихся на  Отдушине, займется теперь обсуждением проблемы - попробовать
проследить  обратный путь  Данна к  Киизу или не стоит.  Все они сойдутся на
одном   -  Данн  и  Кииз  нашли  сокровища.   Некоторые  даже  назовут   его
неисчислимым. Еще некоторые решат, что все дело в Большой Леденцовой Горе.
     Потом  раздался  гудящий  голос,  перекрывший  все остальные  голоса  в
коммуникаторе Данна. Это заработал сверхмощный передатчик корабля-сборщика.
     - Ну ладно! -  с  ворчанием заявил  голос.  - Я больше  не слышу других
космоскафов. Наверное, все ваши  прибыли  уже. Займемся  делом. Кто совершил
посадку первым?
     Весело ответил какой-то голос. Он  назвал свое  имя. Потом другой голос
назвал имя, все очень  коротко и  по деловому. Это был второй приземлившийся
космоскаф. Послышались другие голоса.  Один голос Оказал: "Смайдерс". Голоса
продолжали называть  свои имена в  порядке  очередности.  Неприятный, словно
елейный  голос сказала:  "Хейн".  Когда  все ранее прибывшие корабли назвали
себя, настала очередь Данна и он сказал коротко: "Данн".
     Последовала пауза.  Это проверяли список имен. Почту уже, без сомнений,
успели  рассортировать, ведь люди, у которых имелись жены или  родственники,
которые могли посылать им письма, поглощали почту с жадностью заключенных  в
тюрьме. Сама процедура сверки списков не  заключала  ничего сложного.  Нужно
было просто сравнить список  имен,  данный  старателями со списком,  который
сохранялся  на  сборщике  со  времени прошлого  визита.  Списки не полностью
совпадали. Некоторые космоскафы не прибыли на этот раз.
     По этому поводу не  было сделано никаких комментариев. Кто мог  сказать
или даже знать наверняка, что с этими старателями случилось? Когда космоскаф
скрывался  в тумане и  выходил из зоны прямой  видимости, то он в буквальном
смысле  исчезал. И если  что-то с ним  случалось, никто  не имел обязанности
начать расследование  или отправиться  на поиски.  Пропавшие  старатели сами
купили  себе  космоскаф,  сами  прибыли  в Кольца,  полностью  сознавая, что
процент  смертности  среди рудокопов составляет  здесь тридцать процентов  в
год. Планетарное правительство на  Хорусе  посылало  сюда  корабли-сборщики,
чтобы обеспечить старателей необходимым и  забрать  добытые ими  сверхценные
абиссальные кристаллы.  Но в  задачу  сборщиков не входило предотвращать или
наказывать преступление. Для этого просто не было возможности. Это было даже
непрактично. Поэтому Данн  горько сожалел теперь,  что  не сказал, что  убил
Кииза   вместо  того,   чтобы  дать  пищу  домыслам.   В  Кольцах  ни   один
правительственный чиновник не  высовывал носа дальше брони корабля-сборщика.
Зато нездоровому любопытству пределов не было.
     - Хорошо! - сказал гудящий голос с корабля-сборщика. - Тогда приступим!
- И он прочитал первое имя - первое имя в списке. - Мы тебя ждем!
     Пауза.  Потом фигура в  скафандре выбралась  из космоскафа. Человек нес
пакет.  Он  направился к  громаде  сборщика, крепко  ступая по  относительно
ровной поверхности  металлического  поля.  Магнитные  присоски  на  подошвах
позволяли ему  шагать так уверенно. Из люка сборщика спустился трап. Человек
взобрался по его ступенькам и на несколько минут скрылся внутри космического
транспорта.  Потом  вышел  обратно  наружу  и не спеша направился  к  своему
космоскафу.
     Голос  со сборщика прогудел  второе  имя.  Другой человек покинул  свой
кораблик  и исчез  внутри сборщика.  Он тоже нес пакет. Обратно он  вышел  с
пустыми  руками  и вернулся на  космоскаф. Экипаж за экипажем, по мере того,
как  чиновник со сборщика  называл имена, уходили на сборщик и  возвращались
уже  с  пустыми  руками,  оставив  свои   пакеты   на  борту  гостеприимного
транспорта.
     Человек,  который  назвал  себя Хейн, направился  к  сборщику, неуклюже
переступая  ногами,  казалось,  у  него  что-то  не  в порядке с  магнитными
подошвами, они как-будто  были намазаны клеем. Потом пошел  другой  человек,
который называл себя Смайдерсом. Потом Данн ответил на  вызов со  сборщика и
сам  направился  туда -  он был  последним, потому  что  последним  прибыл в
космопорт. Он передал пакет с кристаллами чиновнику-приемщику. Эти кристаллы
были мировой осью всех событий в Кольцах. Данн подал официальное заявление о
том, что он и его партнер Кииз нашли скальный фрагмент, маркированный так-то
и  так-то, но судя  по всему, покинутый прошлыми  хозяевами. Они  нанесли на
камень собственные инициалы и начали разработку.
     - Ясно! - сказал  клерк и занес данные в журнал. - Я помню тех ребят. -
Он имел ввиду бывших владельцев скалы. - Вроде все у них хорошо шло, а потом
они просто не вернулись назад и все.
     - Есть почта? - спросил Данн.
     Сам он писем  не  ждал, но  для Кииза  должно было бы быть. На Хорусе у
него была сестра, о которой он очень заботился. Если бы с кораблем-сборщиком
не пришло очередное письмо, Кииз начал бы волноваться. Поэтому Данн попросил
проверить почту второй раз. Но письма для Кииза не было.
     Данн  подал  свой  заказ  на  кислород  и  другие  материалы. Все будет
подготовлено очень быстро. Он отправился на свой кораблик.
     Последовала небольшая пауза, без  особой на  то  надобности, и  наконец
голос с корабля-сборщика спросил:
     - Кто еще? Все?
     Это делалось на тот случай, если вдруг какой-нибудь  космоскаф запоздал
и   только   еще   приближается  к   Отдушине.   Они  могли   поймать  вызов
корабля-сборщика   на  довольно  приличном   расстоянии.   Но  за   вопросом
последовала  тишина.  Опоздавших  космоскафов  не  было.  Тогда  человек  на
сборщике сказал сухо:
     - Ладно, парни. Добро пожаловать на борт. Готовьте денежки!
     За  этим  мгновенно  последовал  взрыв  активности  по  все  территории
космопорта. Люди  выскакивали из своих  космоскафов и спешили к  сборщику  с
Хоруса. Тишине  пришел конец. Они переговаривались через  шлемофоны не менее
веселым образом, чем перед посадкой транспорта. Они соскучились по разговору
с новым человеком.  Они жаждали перемены  обстановки, им до смерти наскучили
собственные  герметические  купола и  каюты космоскафов.  В каждом кораблике
прибыло по два человека, не считая Данна и Смайдерса.
     Старатели гурьбой  поднимались по трапу  транспорта.  Они  были  словно
маленькие  дети,   покидавшие   школу   после  конца   уроков.  Они   весело
переговаривались.  Веселее всего  были  те, кто  получил  письма.  Старатели
заполнили  большой грузовой шлюз,  в котором  было достаточно просторно  для
всех и воздух был выкачан оттуда заранее.
     Это   было  необычно   -   в  космоскафах   имелись  только   крохотные
индивидуальные  шлюзы,  где  с трудом могли бы разместиться  два компаньона.
Теперь же  они сгрудились посреди громадного зала грузового шлюза и наружный
люк  начал задвигаться.  Потом через  клапаны  пошел  воздух, холод  вакуума
конденсировал  содержащуюся в нем  влагу и  шлюз наполнился белесым туманом.
Потом распахнулся внутренний  люк  и  они  оказались  внутри транспорта. Это
событие было встречено восторженными возгласами.
     Процедура была стандартной. Все они давно к ней привыкли, проходя ее не
один раз в прошлом. Но в обычной своей жизни - жизни рудокопа  Колец Тотмеса
- они не имели возможности  получить нечто подобное, и  поэтому наслаждались
каждой секундой долгожданного праздника.
     На  столах их уже ждала  их еда.  Там были белые скатерти и  серебряные
приборы.  Сияли бокалы. Генераторы  искусственной  гравитации создавали поле
притяжения  немного более слабое, чем то,  к которому они привыкли  в  своих
космоскафах.   Сняв   неуклюжие  вакуумскафандры,   каждый  чувствовал  себя
необыкновенно  легко.   Все  было   рассчитано  на   создание  эйфорического
настроения. Только теперь, когда пришел в Кольца  корабль-сборщик, старатели
могли  вдруг  ощутить  себя в мире  материализовавшейся  мечты. Если  бы  не
корабли-сборщики,  они могли бы и позабыть,  ради чего  они рискуют жизнями,
они могли просто деградировать или  сойти с ума. Но теперь  они  снова могли
почувствовать себя детьми на рождественской елке.
     Данн тоже ощущал на себе эту тягу к экстравагантному поведению, подобно
всем  встречавшим транспорт, но его партнер оставался  в пластиковом куполе,
за многие сотни миль  пылевого пространства, ожидая пока он, Данн, вернется.
Не забывай об этом,  напомнил он себе. Их скалу уже  однажды обнаружила пара
рудокопов,  и  пометила  своим  маркером  -  "ГК-37",  это  произошло,   как
свидетельствовали цифры, обозначавшие дату, два года  назад. И с тех пор эта
пара словно растворилась в пустыне Колец. Потом скалу нашли они, Кииз и Данн
и пометили ее "ДК-39". Теперь  в задачу Данна входило благополучно вернуться
назад  с  запасами кислорода  и провизии, пока Кииз  охраняет  их находку от
непрошеных  искателей  богатств.  Если  Данн не  вернется  или  вернется  не
вовремя,  Кииз  умрет. У него кончится кислород.  Данн  не должен  был ни на
секунду терять это обстоятельство из виду. Что он и делал.
     Экипажи космоскафов набросились на приготовленные угощения.
     Они наполняли бокалы  и осушали  их единым  залпом. Они  поглощали еду.
Находясь в полевых условиях, они  почти  забывали о  свежей пище -  фруктах,
овощах, мясе.  Запасы подобной пищи занимали бы слишком много места на и без
того тесных космоскафах, к  тому же  их  перевозка  с  Хоруса обходилась  бы
неимоверно дорого.  Поэтому корабль-сборщик давал старателям настоящий, хотя
и  единственный  банкет.  Это  помогало людям  выдерживать  жизнь и работу в
Кольцах,  и потому  было выгодно для  правительства  Хоруса.  Солидная часть
бюджета этой планеты добывалась людьми, живущими в космоскафах и работающими
в  Кольцах.  Ибо  кристаллы,  когчрые  здесь добывались, позволяли  грузовым
транспортам соединять созвездия  в единый коммерческий организм, именно  они
давали  возможность пассажирским.  лайнерам  наполнять  вакуум  межзвездного
пространства пением электромагнитного эха своих двигателей, уносясь  к самой
границе Галактики.
     Данн ел и пил. Но он не  чувствовал обычного  удовольствия. Он совершил
грубейшую ошибку, не придумав предлога, объяснявшего  отсутствие Кииза. Ведь
мог же он  сказать, что Кииз погиб,  этого было  бы достаточно!  А теперь он
посеял подозрение, и избавиться от любопытных глаз будет очень не просто.
     На  корабль-сборщик он  доставил всего две пригоршни кристаллов. Под их
цену   он   заказал  новый   запас  кислорода,  воды  и  провизии,  а  также
принадлежностей, необходимых для горных  работ. Все это было доставлено сюда
с Хоруса. Теперь он ждал возможности начать  обратный путь. Но все остальные
кольцевые обитатели  чувствовали  себя  в самой лучшей  тарелке.  Можно было
подумать, глядя  на них,  что  само просторное помещение сборщика сделало их
пьяными, не говоря уже о запахе гидропонной оранжереи, витавшем в воздухе, о
возможности перечитывать письма и вдосталь болтать с новыми людьми.
     Говорили  все, действительно, больше обычного,  все сразу и  на пределе
голосовых  возможностей.  Все  преувеличенно  горячо  жестикулировали.   Все
считали нужным пошутить хотя  бы один раз - в основном, касательно гуков, но
это никого не  беспокоило. Они обсуждали  вопрос  поиска Большой  Леденцовой
Горы. И они то и дело позволяли  своим  глазам удостовериться, что  Данн под
шумок не  выскользнул из-за стола.  Они  пели  песни  - несколько сразу. Они
набивали желудки. Все они словно слегка  сошли с ума.  Но ни один из них  не
был  настолько  глуп,  чтобы  даже  среди  веселья  похвастать   количеством
кристаллов,  привезенном на сборщик. Ни одни из них не дал сорваться с языка
даже легчайшему  намеку,  который  позволил бы  определить, где  они  сейчас
работают.
     Один  Данн сидел  молча.  Он совершил  ошибку и теперь сознавал, что за
каждым  его движением следят десятки глаз. Сложность его проблем многократно
увеличилась всего лишь из-за простой небрежности в разговоре.
     Некоторое время спустя к Данну подошел корабельный офицер. Он, стараясь
не привлекать особого внимания, подал  Данну знак и отошел в  сторону. Данн,
выждав минуту или две, последовал за ним.
     Офицер сборщика ждал его за  первым  же люком.  Он  пристально осмотрел
Данна, когда тот покинул "банкетный зал".
     - Ваше имя Данн?
     - Да, - сказал Данн,  настораживаясь. - В чем дело? Все  все-таки нашли
почту для меня?
     - Нет. У вас был напарник по имени Кииз, - сказал офицер, - где он?
     - Он остался там, где мы сейчас работаем, - сказал Данн.
     С  офицером сборщика  можно было  разговаривать  без опасений. Это были
проверенные   надежные  люди.  Об  этом  заботилось  правительство   Хоруса.
Старатели должны были знать, что на офицера сборщика можно было положиться.
     Офицер сказал с ноткой скепсиса в голове:
     - Послушайте! Здесь в Кольцах  законов нет. Вы это знаете не хуже меня.
Если он мертв...
     -  Он жив,  - раздраженно сказал  Данн.  - Мы нашли  скалу. На ней  уже
работали  до нас, но теперь она  была покинута - те  парни погибли,  или еще
что-то с ними.  Во  всяком  случае,  теперь на  ней работаем  мы. Можете это
проверить  - я привез с собой  две  пригоршни кристаллов. Наша жила  слишком
богата,  чтобы  ее  можно  было оставить без  охраны. Кто-нибудь мог на  нее
наткнуться.  Если бы сюда  полетел  Кииз, он мог бы не  найти  дороги назад.
Поэтому полетел я. Я могу его найти и найду. Мне все это было не по душе, но
что еще оставалось делать?
     - Проклятье! - раздосадовано воскликнул офицер. - Вы что-нибудь  знаете
об этом человеке, Киизе?
     - Он мой партнер, - сказал Данн.
     Люди, которые  проводили  вместе недели  или месяцы,  изолированные  от
всего остального  мира,  имели  все  возможности  хорошенько  узнать  своего
напарника.
     - Его сестра...
     - Я отправил ей письмо. Я опустил его в ящик.  Когда заказывал кислород
и запасы. Его написал Кииз и я отправил.
     - Я знаю,  - сказал офицер. Он вздохнул. - Она его  прочитала. И теперь
хочет поговорить с вами.
     Данн молча смотрел  на  офицера. То,  что  он услышал,  было совершенно
невозможно. Женщины не посещают Колец! Он сказал сердито:
     - По вашему, это очень смешно?
     - Она прилетела с этим рейсом, чтобы  повидать  брата. Естественно, она
купила билет в обе стороны.
     Каждый, кто направлялся  в Кольца, платил за проезд в обратную сторону,
даже если это был будущий старатель.  Это было условие, с которым нужно было
считаться, если вы имели дело с кораблями-сборщиками.
     -  Что за  чушь! - с  бешенством  сказал  Данн. - Это  безумие!  Какого
черта...
     - Она хотела повидать брата.  - без всякой симпатии  сказал корабельный
офицер. -  Он должен ведь был прилететь сюда вместе с вами.  Если  бы он был
здесь, ничего ненормального  здесь не было бы. Поскольку его  здесь нет, она
хочет поговорить с вами. Вот так.
     Он  провел Данна сквозь люк  в герметической переборке, потом через еще
один люк и еще. Корабли дальнего следования отличались просторностью, потому
что размеры не имели решающего значения в космосе - только масса принималась
в  расчет.  Создайте  легкую  конструкцию  и  пусть она  будет какого-угодно
размера.  Но  космоскафы  строили  миниатюрными  -  для  сохранения  высокой
маневренности.
     Это  был  пассажирский зал. Обстановка была просто  роскошная,  но Данн
даже  не оглядел комнату. Он уставился  на девушку,  которая  ждала его.  Он
узнал ее по фотографии, которую давал ему Кииз. Это была Найк, сестра Кииза.
На лице ее читался испуг. Она явно перенервничала и напряжение до сих пор не
отпускало ее. Ее глаза почти с отчаянием заметались по лицу Данна.
     - Мне очень жаль, - сказал Данн. - Ваш брат должен был прилететь вместе
со мной, но мы оба решили, что  кто-то должен  остаться на скале, которую мы
нашли. И он не был уверен, сможет ли найти обратный путь без меня. Поэтому я
прилетел один.
     - Я... мне нужно было с ним поговорить, - неуверенно сказала девушка. -
Мне... мне просто необходимо!
     Данн сунул  руку  в карман.  Он  вытащил  чек,  который  ему  выдали за
привезенные кристаллы.
     -  Слушайте, -  сказал  он, - это  заменяет здесь  деньги. Ваш брат и я
имеем некоторый счет в Абиссальной Минеральной Компании. Я могу вам выписать
чек, который они  оплатят и вы купите билет на следующий сборщик. То есть вы
сможете сейчас вернуться на Хорус и прилететь  со  следующим  рейсом. К тому
времени ваш брат уже будет ждать здесь вас. Вы согласны?
     Найк была очень бледна. Она покачала головой.
     - Нет. Я не могу ждать. Я должна увидеть его как можно скорее. Сейчас.
     - Сейчас он в двух с половиной днях пути  отсюда,  - сказал  Данн. -  И
сборщик не станет ждать, пока я слетаю и привезу его.
     Найк проглотила комок в горле. В руке  она сжимала письмо, которое едва
час назад отправил для  нее Данн.  Кто-то нарушил все правила, выдав ей  это
письмо прямо здесь.
     -  Брат очень хорошо писал про вас, - сказала она  дрожащим  голосом. -
Очень  хорошо!  Я знаю, чтобы он  сказал  мне,  если бы знал,  что  я здесь.
Поэтому...я полечу вместе с вами. К нему. У меня нет выхода!
     -  Нет,  -  сказал  Данн. - Брат никогда  не посоветовал бы вам  ничего
подобного. Только  не полет в Кольца! Впрочем я все равно вас не возьму. Вам
придется сделать  так,  как  я сказал. Возвращайтесь  домой,  прилетайте  со
следующим рейсом и я доставлю вам вашего брата живым и невредимым.
     - Но я должна с ним поговорить именно сейчас. Я должна!
     - А мне думается, что совсем  наоборот,  - мрачно сказал Данн. - Вот вы
лучше послушайте. Вы говорите, ваш брат мне доверяет, так?  Значит он вполне
доверил  бы мне передать сестре верный совет, так? Разве не думал бы он, что
я дам его сестре тот же совет, что и он сам?
     - Да, но...  -  она  смотрела на него с тем же отчаянием на лице.  - Но
дело в том... что мне нужно повидать брата. Очень нужно!
     - К сожалению,  нет такой возможности.  -  Данн  нахмурился. Он  принял
решение.  -  Я  остаюсь на  сборщике,  пока не будут готовы мои заказы.  Это
примерно еще около часа. Вы напишите брату письмо, и я его передам. А пока я
договорюсь относительно вашего следующего прилета.  Пока вы будете в дороге,
брат решит,  чем вам помочь, и  когда вы вернетесь со следующим транспортом,
он уже будет встречать вас и  скажет, что вам делать. Это все, что я в силах
для вас сделать. И ничего сверх я и не подумаю предпринять!
     - Но это вопрос жизни и смерти! -  Девушка судорожно  сцепила пальцы. -
Поверьте мне!
     - Я же вам  сказал, ничего больше вам не остается, - ответил Данн. -  Я
должен вернуться к своему  напарнику, от этого зависит его жизнь. Но вас я с
собой не возьму. Я знаю, вы его сестра, я видел ваше фото, и я готов оказать
вам любую помощь, но только в Кольца не просите вас взять. Я не соглашусь!
     Он повернулся  на каблуках и  вышел из каюты.  Он  вернулся  в зал, где
рудокопы-кольцевики веселились в редком ощущении расслабленности, которое им
давало  сознание  того  факта,  что они  могут провести почти  целый час, не
ожидая каждую  секунду тревоги и при этом не опасаться за  собственную жизнь
ни в малейшей степени.
     Но нервы  у  Данна  расходились.  Он и  без  того чувствовал  необычное
напряжение,  еще до того, как прибыл на Отдушину,  а теперь положение только
ухудшилось.  Он горько  пожалел,  что  оставил Кииза одного.  Лучше  уж было
рискнуть потерять находку, чем попасть  в  такую затруднительную ситуацию, в
какую он влип сейчас.
     На сборщик он привез две полных пригоршни кристаллов. Если добавить эту
сумму к уже  накопившимся  на  их счету  деньгам, то это составит  приличное
состояние. Даже если  учесть, что они  делят  деньги с Киизом, а Кииз  потом
поделится с сестрой - таково  было его  намерение - то  и тогда сумма  будет
далеко не мизерной. Кииз мог бы покинуть Кольца и позаботиться о сестре. Сам
Данн  знал, что Колец он не покинет, но Кииз  мог это сделать. Ему следовало
бы это сделать.
     Эта  девушка...  Космоскафы  были   чисто  функциональными,   неуютными
машинами,  рассчитанными на экипаж из двух человек  и  предназначенными  для
поиска  скальных  объектов  в  золотом  тумане  Колец.  Попав в  космоскаф и
отправившись в Кольца,  пути  назад  уже не  было  -  до прибытия следующего
сборщика. И единственная мечта, которая помогала людям преодолеть сводящую с
ума тесноту и  тяжелую работу - это была мечта найти Большую Леденцовую Гору
и  разбогатеть. И именно эта мечта - поскольку все начали сейчас подозревать
Данна в том, что они нашли Гору, создала ситуацию, когда сестре  Кииза лучше
бы было не появляться в Кольцах.
     Рудокоп в старом засаленном комбинезоне подсел к Данну. Данн знал этого
человека, его звали Смайдерс. Все считали, что он  не совсем в своем уме. Он
был единственным рудокопом в Кольцах, который работал в одиночку. Когда-то у
него  тоже был  напарник,  но  куда-то пропал и  с тех пор  Смайдерс работал
исключительно один. Смайдерс утверждал, что его напарника убили  гуки, и что
он должен отомстить им  за него. У  него была  поэтому единственная тема для
разговора -  гуки, он мог  говорить об этом с кем  угодно, лишь только бы он
согласился  слушать.  Наверное  в  перерывах  между  приходами  сборщика  он
разговаривал сам с собой.
     -  Они  стали вести  себя потише  сейчас, - возвестил  бедняга  посреди
всеобщего веселья. - Сначала  они были  просто бешенные, но  теперь  немного
потише стали.
     Данн  кивнул.  Вот  еще  один  пример того, что  работающие в  одиночку
старатели потихоньку сходили с  ума.  Данн едва  не заскрипел зубами. Как он
мог дать  такую промашку! Теперь еще нужно ждать, пока подготовят его заказ,
и получит он его самым последним - в порядке очереди.
     - Ты слышал, - спросил Смайдерс Данна, - в прошлый раз один парень, его
Сэм  звали,  говорил мне,  что видел  гуков. Сначала он  их  услышал.  У них
двигатели  не гудят, как наши. Они делают так: твит... твит...  твит... - Он
важно кивнул.  - Да, этот  парень Сэм сначала их услышал.  А потом он увидел
корабль гуков. Они приближались к нему. Тогда Сэм поскорее дал деру. Да, это
был корабль гуков!
     Потом Смайдерс немного помолчав, добавил, еще более зловещим тоном:
     - И  на  этот  раз Сэм  не прилетел. Гуки до него добрались! Слушай, мы
должны что-то делать с гуками.
     Данн опять кивнул головой, не обращая особого внимания на сумасшедшего.
Скорее  всего  кто-то  нехорошо  пошутил  над  Смайдерсом  в прошлый раз,  а
Смайдерс этого и не понял. Слухи о гуках постоянно ходили среди  старателей.
Само  словечко  появилось здесь  же,  в Кольцах,  и  означало  что-то  вроде
"привидения".    Коммуникаторы    кораблей   время    от    времени   ловили
электромагнитное эхо,  которому не было объяснения, но  это еще не означало,
что  в Кольцах  скрываются иные разумные  существа. Предполагалось, что гуки
являются  обитателями Тотмеса,  и  некоторые  люди  верили, что  гуки  умеют
строить  космические корабли  и  отправляются  в  Кольца, чтобы  шпионить за
деятельностью  людей и время от времени похищать неосторожных старателей. Но
достоверных данных об этом не было.
     Планета, чтобы  на ней возможно было  зарождение разумной жизни, должна
иметь  в своем составе необходимое минеральное  "сырье". Но  Тотмес, судя по
его  гравитационному полю, по плотности не  превышал  водяную сферу  того же
размера. Это  исключало реальную возможность существования гуков. Даже, если
допустить, что  под слоем кипящих  облаков имелось твердое ядро,  то  мир на
поверхности  Тотмеса должен был представлять ледяную пустыню,  где замерзает
газ. Жизнь не могла зародиться там!
     Человек в замасленном комбинезоне продолжал с неожиданной страстью:
     - Послушай! Вы нашли Большую Леденцовую Гору!  Думаешь, ты удержишь это
в секрете? Наверное, ты оставил Кииза там, чтобы он стерег  находку.  Но тут
повсюду шныряют  гуки.  Все  компанией  мы  справимся  с  ними. Но  если  ты
попробуешь один...
     - Никакой Горы мы не находили! - сказал Данн.
     Смайдерс игнорировал это заявление. Он твердо стоял на своем:
     -  Не  забывай, что случилось с Джо Гриффитом. Он  тоже нашел гору! Это
все знают. И  на  Хорусе уже  копятся миллионные  проценты.  Но  что  с  ним
случилось?  Его  накрыли гуки, вот что с  ним случилось! А  теперь ты и Кииз
нашли эту  Гору. Если ты не  возьмешь на подмогу нас всех, чтобы мы  помогли
отбиться вам от гуков, знаешь, что с тобой случится?
     - Мы никакой Горы не находили! - сказал Данн.
     - Ты лучше, -  зловеще посоветовал Смайдерс, - ты лучше возьми  нас  на
подмогу. Там ведь на всех хватит.  А если попытаешься сам все заграбастать -
пуф!  И  больше никто тебя  не видел. Гуки  не допустят людей к  Горе,  пока
могут. Расскажи лучше  все по-честному,  и  две дюжины ребят пойдут  с тобой
охранять Гору, и тогда  мы отобьемся  от всей армии гуков. А  если  нет - то
гуки до тебя доберутся, рано или поздно. Это точно! Доберутся!
     - Я же  сказал тебе, не находили мы Гору! - в третий раз повторил Данн.
- Ничего мы не находили.
     Глаза Смайдерса блеснули, он заметил с хитрецой:
     - Значит, это не корабельный офицер уводил тебя на  переговоры? И он не
пытался  выяснить,  где  находится Гора, которую вы  нашли?  А?  Просто  вам
немного повезло и ты притащил сюда достаточно кристаллов, чтобы продержаться
до  следующего транспорта.  Да? Но только отчего это корабельный  офицер  не
приглашал еще  кого-нибудь на  личную  беседу? Только  тебя! Послушай, что я
тебе  говорю: в Кольцах  полно гуков,  а  вокруг Большой Леденцовой  Горы  и
подавно! Без нас  всех вам  с ними не справиться!  Что говорил  тебе офицер?
Разве не то же самое?
     Данн  стиснул  зубы.  И тут еще эта девушка! Великий Космос!  Если  они
только узнают,  что на борту  сборщика прилетела девушка, это  будет похуже,
чем подозрение Данна в  открытии Горы. И без того,  словно  пьяные,  лишь от
того,  что на час смогли выбраться из космоскафов, рудокопы уже пришли почти
в исступленное состояние. Если они узнают, что на борту девушка...
     -  Ты лучше сам признайся!  С  гуками шутки  плохи! - предупредил Данна
Смайдерс.
     -  Никакой  Горы мы  не видели и  в глаза,  -  устало  сказал Данн, - и
провались ты в преисподнюю.
     Плюнув, Смайдерс ретировался. Позже, Данн видал, как тот отводил в угол
других рудокопов.  Он явно  решил организовать заговор против Данна,  собрав
всех людей,  которые  решили не  спускать с  Данна  глаз  и  выследить,  где
находится вожделенная Гора.
     Время шло. Смайдерс переходил от старателя к старателю. Все слушали его
терпеливо, но  никто не принимал его болтовню всерьез. И все же образовалось
две групки людей, которые утолив первый голод и жажду, занялись - в чем Данн
не сомневался - обсуждением самого горячего вопроса  о том, что Данн и  Кииз
наверняка нашли Большую Леденцовую Гору.
     Время  от  времени  подходил  корабельный  офицер  и  трогал  одного из
старателей  за  плечо. Это  означало, что  его  заказы  готовы  к  отправке.
Старатель и его напарник покидали зал. Каждый спешил  поскорее стартовать  с
Отдушины,  пока  не будет готов к вылету  следующий космоскаф. Но теперь, со
злостью подумал Данн, вполне вероятно, что они притаятся где-то поблизости и
будут ждать его. Он начал лихорадочно искать пути сбросить "хвост".
     Пара за парой, старатели покидали корабль-сборщик. Ладно, подумал Данн.
Он  совершил ошибку, это целиком его вина. Но Найк - тут он не причем! Ее он
не обязан брать с собой в  Кольца и не возьмет! Его очень беспокоит Кииз, но
сестру его он с собой не возьмет ни за что!
     - Внимание! -  ожил настенный коммуникатор. - Кто-то  вышел на взлетное
поле! Если хотите проверить свои корабли, шлюз готов вас принять!
     В  мгновение  ока  от  праздничного  настроения не  осталось  и  следа.
Старатели облачались  в вакуум-скафандры со скоростью, на которую никогда не
были способны  в  обычной  обстановке. Данн слышал, как седоголовый Смайдерс
ругался себе под нос:
     - Это гуки! Гуки напали! Они решили выжить нас из Колец!
     Данн не обращал на  него внимания. Стремительно облачившись в скафандр,
он оказался в первой десятке людей, вбежавших в грузовой шлюз.
     Задвинулся внутренний люк, и тут же открылся наружный. Наполнявший шлюз
воздух в один миг вихрем покинул камеру. Люди выпрыгивали наружу. Каждый тут
же  включал  аварийный  ракетный  двигатель  скафандра.  Как  правило,   ими
пользуются   только   в   крайних   ситуациях,   когда,   например,   рвется
соединительный фал и человеку приходится использовать реактивную тягу, чтобы
добраться до корабля.
     Словно  стая птиц, они понеслись  над полем космопорта, каждый к своему
кораблю.
     Вдруг Данн услышал щелчок электрического детонатора.
     Яростный взрыв разнес его собственный космоскаф на мельчайшие осколки.

 





 
 
Страница сгенерировалась за 0.0509 сек.