Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Фэнтези

Наталия Мазова - Рассказы

Скачать Наталия Мазова - Рассказы

АНДОРЭ И ЭСТЕЛИН, ИЛИ ВО ДВОРЦЕ ОПЯТЬ ИЗМЕНА...

1

- Хэй, Эленд, Эленд! Беги к нам, леди Эленд!
Голоса девушек звенят, как серебряные колокольчики... нет,
как тысяча маленьких льдинок, на которые рассыпаются
сорвавшиеся с крыш сосульки. И в радостной тишине весеннего
утра, под шум талой воды, стремительно несущейся вниз по узким
улочкам к Великой Реке, они вселяют в мою душу ощущение
восхитительного праздника.
- Беги к нам! Или ты боишься?
Я стою над обрывом и смотрю вниз, на Хальдри, Эймо и
обеих Лейри - они, наперегонки с талой водой, уже сбежали вниз
по крутому склону. Их легкие яркие платья и плащи сказочными
цветами выделяются на сером тающем снегу. По большому счету,
еще холодновато для подобных нарядов, но девушки бегают,
гоняются друг за другом и совсем не замечают холода - а я, хоть
старше их всех, от них не отстаю.
- Что-о? Это чей там вражий голос утверждает, что я боюсь?
Твой, Лейримэл? Смотри и не говори, что не видела!
Шаг назад - я моментально прикидываю расстояние и с силой
отталкиваюсь от обрыва. Плащ за моими плечами резко и сильно
взметнулся - словно раскрылись крылья - но я уже приземлилась в
осевший сугроб, увязнув в нем по колено. Мокрый снег доверху
набился в мои сапоги, я безуспешно пытаюсь его вытряхнуть... Да
черт с ним - мне сейчас весело и хорошо.
- Вот это да! - девушки обступают меня. - Как ты ловко:
раз - и здесь!
- Я бы никогда на такое не решилась! - У принцессы Лейрии,
самой младшей, глазенки горят от восхищения. - А теперь куда?
- А теперь вдоль реки, - это Хальдри, она возглавляет нас.
- Пройдемся по Старому городу и вернемся во дворец по лестнице
королевы Биарры.
Внизу, у воды - синеватая тень и свежесть утра. Высокий
обрыв закрывает от нас солнце, и каждый наш шаг сопровождается
перезвоном льдинок. Великая Река лениво движется в ту же
сторону, что и мы - цвета стали и как сталь, холодная. Вода в
ней уже начала прибывать, еще дня четыре такой же погоды, и
Старый город станет недоступен для подобных прогулок. Вот мы и
бродим здесь, пока еще можно.
Домам Старого, или, как его чаще зовут, Нижнего города лет
по двести-триста. В те времена Великая река разливалась не так
сильно, и эту часть Эстелина не затопляло даже в самое обильное
половодье - но все течет, все меняется. В высокоразвитых Сутях
это именуется - медленные колебания климата. Правда, те, кто
некогда возводил Нижний город, об этом не знали или не
задумывались, и все дома построены прочно, на века, из тесаного
темно-серого камня здешних гор. Некоторые дома пострадали от
войны (не от минувшей, а еще от стародавней с каганом Куремских
степей), и очень многие - от наводнений. Но кое-какие так и
стоят нерушимо все эти годы - умели же строить предки, куда нам
до них...
Весной в Старом городе всегда безлюдно. Тишину разрывают
лишь наши оживленные голоса, яркие наряды девушек мелькают
между домами - у Лейримэл платье желтое, у принцессы
серебристое, а сверху накинуты одинаковые зеленые плащи.
Хальдри тоже в зеленом, но потемнее и с золотой вышивкой, а в
наряде Эймо сочетаются белый и малиновый. И лишь я сама - в
своих неизменных черных шелках, торжественно-мрачная тень на
этом цветном фоне...

К зеленому я и сама неравнодушна, но что поделаешь -
ничего другого у меня сейчас нет. Уже почти год я сижу без
денег, слава богам, что мадам Гру из жалости кормит меня
бесплатно. А шелк этот мне достался совершенно случайно, и его
даже на настоящее платье не хватило - только на длинную тунику
с разрезами, что-то вроде силийской одежды для верховой езды...
Ох, сколько каждый раз возни с этими тряпками! Всегда
завидовала тем, кто может менять их, как и облик, простым
усилием воли. Мне же, чтобы принять образ, соответствующий
ситуации, надо долго смотреть в зеркало и напрягать фантазию,
либо отдаваться на волю сил мироздания... а они всякий раз
норовят вытащить на всеобщее обозрение мою гнусную ведьмовскую
сущность. С этим уж ничего не поделаешь - я по самой сути своей
не аристократка, и любая утонченность всегда была объектом моей
жесточайшей зависти. Но в полуоткрытых Сутях, таких, как
здешний Мир Великой Реки, правильнее всего выглядеть именно
благородной леди - кроме всего прочего, ей куда реже, чем
бродячей шарлатанке, приходится выполнять команду RESCUE RUN
(спасение бегством). И хотя для меня и сейчас куда естественнее
сливаться с простонародьем - играть знатную даму я, в конце
концов, просто привыкла...
Вообще-то в Мире Великой Реки насмотрелись на всякую меня
- впервые я попала сюда в семнадцать лет, еще до Круга Света.
Тогда я только-только научилась как следует управлять метлой,
почти ничего не смыслила в прикладной магии и не знала никого
из настоящих мотальцев по Сутям - а угодила в самый разгар
Войны Шести Королей. Маленькая была, глупая - вот и полезла в
самую мясорубку... Да и кто из нас в этом возрасте не мечтал
совершить подвиг? Так что Орсалл из Краснотравья до сих пор
вспоминает лохматую девчонку в драных штанах и рубашке, которая
взахлеб читала заклятья с восточной башни осажденного Передола
и больше всех удивилась, когда они сработали...
Тому минуло уже четыре года. Я снова в мире, видевшем мое
начало, но вернулась сюда уже иной - опытной, уверенной в себе,
повзрослевшей (по крайней мере, внешне) - подданной всего
Зеркального Круга, чье истинное Имя в средоточии миров звучит
как Элендис Аргиноль. Здесь же меня знают как леди Эленд из
Рябинового Дола, талантливую чародейку. (И естественно,
незаконную дочь одного из лордов Дола - иначе откуда бы у меня
взяться моим способностям?)
А в Мире Великой Реки - второй год мира, и день окончания
войны стал национальным праздником Каменогорья, главной
державы-победительницы. Но сегодняшний праздник совсем
особенный, ведь король Атхайн выдает замуж сестру свою,
прекрасную принцессу Клематис... С чем я его и поздравляю от
души. Одну из дочек погибшего дяди-короля сбыл с рук - так еще
две остались, а там и родная сестрица Лейрия на подходе. А
женихов на всех не напасешься - повыбили в войну...
Положение, э-э, как бы обязывает... Белобрысый головорез
Орси теперь тоже лорд Орсалл, властитель Краснотравья, и в
таком качестве первый кандидат на охмурение. Вот он и
подговорил чародейку леди Эленд изобразить его нареченную
невесту и тем избавить его от общества принцесс Йоссамэл и
Наинрин. (Это называется: "Мы же с тобой старые боевые кони!")
По такому поводу он даже выдал мне пару фамильных
драгоценностей и не очень настаивает на возвращении.
А мне, собственно, что с того? Я сюда как пришла, так и
уйду, и пусть мой боевой товарищ сам через полгода
выкручивается перед молодым Атхайном...

Черт его знает, сколько ступеней в этой лестнице королевы
Биарры! Лично я досчитала до двухсот шестидесяти и сбилась.
Никак не могу отдышаться после подъема. Принцесса и три ее
придворные дамы тоже устали, медленно идут ко дворцу, забывая
подбирать подолы, нарядные плащи волочатся за ними по лужам.
Правда, наверху снег уже почти сошел, но все-таки...
Едва мы вошли во дворец, как на бедных девушек тут же
набросилась какая-то дуэнья - ай-яй-яй, башмачки ни во что
превратили, да и платья сушить придется, как так можно, вы же
не дети уже, а взрослые женщины... (Для справки: Лейрии вот-вот
будет семнадцать, остальные постарше, но двадцати еще нет ни
одной.) Что до меня, то я бессовестно бросаю девчат на произвол
судьбы - у самой в сапогах громко чавкает, надо спешно сушить
их к вечеру.
Дворец владык Эстелина в эти дни больше всего похож на
гостиницу во время наплыва постояльцев. Гости съехались со
всего Речного Содружества - Краснотравье, Эрг-Лэйя, Черные
Пески, но больше всего народу из Долины Лилий - оттуда родом
жених Клематис. То и дело оглядываюсь - нет ли старых знакомых?
И куда запропал мой дорогой лорд Орсалл, чтоб ему всю жизнь
икалось - все мои вещи в его комнате!
На ковре, покрывающем лестницу, остаются мои мокрые следы.
У распахнутого окна на втором этаже стоит и курит молодой
рыцарь Долины Лилий, судя по белой тунике с гербом Дакворта. Но
жители Долины обычно светлые, а у этого длинные черные вьющиеся
волосы... он поворачивает голову, подтверждая мою догадку -
Хэмбридж Флетчер, менестрель и моталец, такая же сволочь
праздношатающаяся, как и я сама! Здорово, черт возьми,
встретить в таком месте доброго знакомого из Ордена! Ужасно
хочется повиснуть у него на шее, но этикет не позволяет -
вокруг полно местной знати. Приближаюсь к окну - он меня еще не
заметил - и нарочито громко произношу, чуть склонив голову:
- Мой привет и поклон благородному Йоралину Даквортскому!
Он обернулся - легкая улыбка смущения на смуглом лице и
неподдельная радость в глазах:
- Благодарю судьбу за нежданную встречу, прекрасная Эленд.
Видеть тебя - счастье для любого смертного.
- Я прибыла сюда с Орсаллом из Краснотравья, - сразу же
задаю я правила игры. - Не знаешь ли ты случайно, где он сейчас
находится? Я ищу его уже целый час.
- Увы, моя госпожа, я еще не имел удовольствия видеться с
лордом Орсаллом. Но могу предположить, что вместе с другими
гостями он сейчас осматривает новый форт Эстелина.
- Чтоб тебе ни дна ни покрышки! - это я уже еле слышно, в
порыве раздражения. - Сам удрал, а я сиди до вечера в мокрых
сапогах!
- Так пошли ко мне! - так же еле слышно отвечает Флетчер.
- У меня и высушишь, а пока они сохнут, послушаешь Россиньоля,
- и в полный голос, для всех: - Госпожа моя, почту за честь
видеть тебя в своих покоях.
- Что ж, я принимаю твое приглашение, лорд Йоралин, -
слова эти сопровождаются величественным наклоном головы, и мы с
рыцарем Долины Лилий удаляемся рука об руку...
Вкусы у нас похожи, поэтому я и Флетчер часто отираемся в
одних и тех же Сутях одновременно. За три года мы много узнали
друг о друге, и я, пожалуй, неравнодушна не только к Словам и
песням этого мерзавца (он уже давно Мастер), но и к нему
самому... У него поразительный дар: в новом месте он никогда не
пытается что-то из себя изобразить, но полностью отдается на
волю незнакомой Сути, вбирает ее в себя - и легко и просто
принимает именно то обличье, какое надо, оставаясь при этом
собой. Он мог бы стать своим в любом мире, в каком пожелал - не
то что я...
Между прочим, и рыцарем Долины он стал абсолютно законным
путем - сама Владычица Дигенна посвятила его после боя на
Заросшем тракте. Давно не видала я его в этом образе - в
последний раз вроде бы в то утро на стенах Эрга, когда убили
командора рыцарей Долины. И эта его белая туника тогда была вся
в крови и копоти... до сих пор всем нам больно вспоминать,
какой ценой удержали Эрг.
Но сегодня - совсем другое дело! Сегодня он изысканно
красив - хотя скажи я это ему, он прикончит меня на месте. Он
не я, обличье лорда Йоралина естественно для него, как дыхание,
но от этого не более любимо.
- Здесь еще можно жить, - Флетчер словно отзывается на мои
мысли. - Здесь хотя бы знают, что такое табак.
- Однако мало кто из высокородных курит, - замечаю я.
- А, - он машет рукой, - после войны все перемешалось. А
на той же Роардинэ, если помнишь такую дыру, я за четыре дня
без сигарет чуть на стенку не залез.
- Да, закури ты там, от обвинения в черной магии уже не
отвертелся бы!
- Слушай, а почему ты с Орсаллом? Вы же вроде никогда не
были особенно близки...
- Использует меня в качестве щита от обаяния Йоссамэл, -
поясняю я кратко.
- Да, Йоссамэл - это нечто! - его улыбка делается еще
шире. - По-моему, даму с таким характером Атхайну не сменять
даже на выгодный политический союз. Наинрин - та пусть
дурнушка, но хотя бы не стерва, а уж Йосса...
Комната Флетчера в северном крыле дворца, где разместили
всех гостей из Долины Лилий. Первое, что предстает моим глазам,
едва я распахнула дверь - некий тип в бежевом камзоле, который
разлегся на единственной кровати, перебирая струны лютни.
Увидев меня, он в мгновение ока принимает вертикальное
положение и отвешивает мне поклон.
- Мое почтение прекрасной леди с золотыми волосами...
Я с трудом сдерживаюсь, чтобы не застонать. Волосы у меня
русые, но с характерной ругианской желтизной, так что первый
комплимент, приходящий в голову ну буквально всем и каждому -
назвать меня золотоволосой...
- Отставить, Россиньоль, - Флетчер смеется и машет рукой.
- Эта леди такая же моталица, как и мы с тобой. Эленд, позволь
представить тебе Нэда Россиньоля, Мастера Ордена, известного
также как Винато и Большой Баклан, последнее подчеркнуть.
Страшный разгильдяй, но при этом идеальный спутник в Сутях, ибо
побывал там, где нам и не снилось...
Где-то я уже видела эти соломенные волосы и яркие голубые
глаза... не иначе, мельком в святилище Ордена...
- Очень приятно, - я сбрасываю плащ, разуваюсь и ставлю
сапоги к каминной решетке. Неплохо бы набить их бумагой, но ее
на этой Сути изобретут лет через триста, не раньше. - Кто-то,
кажется, обещал развлекать меня, пока моя обувь сушится?
- Уступаю эту честь тебе, Россиньоль, - Флетчер наполняет
три кубка из большой бутыли темного стекла. - Мои песни тут уже
все знают.
- Ты же знаешь, что тебя я готова слушать в любое время! -
возражаю я.
- Потом, - вечно эта его наигранная скромность! - Сначала
пусть споет мой друг.
Россиньоль, видать, не страдает таким же пороком - с
готовностью берет лютню, и комнату заполняет его голос,
негромкий, но проникновенный:
Вспомню легенду давних времен:
Белая леди, черный барон,
Ангел во плоти и сатана,
Двое - не пара - муж и жена!
Замечательная песня - она заворожила меня с первой же
ноты, с аккордов вступления. Даже не ожидала от этого хмыря...
Нет, с человеком, который слагает такое, мы, несомненно, будем
друзьями!
Когда песня кончается, я поднимаю кубок.
- Как говаривала шотландская ведьма Илсей - за нас с вами
и за хрен с ними!
- За Орден! - кубок Флетчера ударяется о мой.
Наверное, только ради таких минут и стоит жить на свете...
Я сижу с ногами на постели, приклонившись головой к Флетчеру -
чего церемониться, здесь только свои. На этой же кровати с
краешку пристроился Россиньоль, и сменяют одна другую
прекрасные песни...
Жаркий бой закипел... Я его одолел!
Но не в радость мое торжество -
Леди кошкой глядит и молит: "Пощади -
Я люблю не тебя, а его!"
Как все-таки они непохожи... Этот Россиньоль по виду -
типичный бродяга, средневековый жонглер, знающий, как угодить
даме и развеселить толпу. Не сразу и догадаешься, где у него
просто песни, а где Слова. Флетчер же - менестрель из легенды,
чья песня одинаково тревожит на королевском пиру и у костра на
ночном привале... Но сила в них одна - и та же сила, таясь,
живет во мне, хотя я-то сама не пою, только Говорю, но и без
лютни порой можно сделать немало!
Она то робко намекает,
Что разделяет эту страсть,
То вдруг стыдливо замолкает...
Она греха вкусила всласть!
Но с виду ангел, если нужно -
Силен притворством слабый пол...
Что за черт! Я ведь уже слышала эту песню - и если мне не
изменяет память, именно здесь, в Мире Великой Реки!
А нужно ей - всего лишь мужа...
- Поскольку, э-э, возраст подошел, - вставляю я совершенно
автоматически раньше, чем это успевает сделать сам Россиньоль.
Он резко обрывает мелодию:
- Тебе известна эта песня? Но как раз ее я пою довольно
редко!
- Слушай! А ты не пел ее здесь, в этой Сути, три с
половиной года назад, во время осады Передола?
- Именно так, - подтверждает Россиньоль.
- Тогда я уже знаю тебя! Ты - тот, кого называли
Клингзором-сказочником! Вот это встреча!
- Ты была в осажденном Передоле? - его глаза расширяются
от удивления. - Кто ты? Как тебя звали тогда, и как зовут
сейчас?
- Тогда, и сейчас, и всегда я ношу одно имя - Эленд, -
отвечаю я с достоинством.
И тут... Я не успеваю ничего сообразить - Россиньоль
опускается передо мною на одно колено, целуя руку, потом
поднимает на меня свои голубые глаза и тихо, с восхищением,
произносит:
- Так вот какая ты стала, жрица! Никогда бы не подумал,
что из той девчонки вырастет настоящая королева!
Вот это винегрет! С трудом припоминаю, что, да, было у
меня такое прозвище в Передоле - Жрица Травы... Флетчер,
кажется, не меньше моего потрясен этой сценой. А Россиньоль
продолжает:
- Знаешь, у меня та ночь как живая в памяти... Когда тебя
разбудили и ты вылезла из кучи лапника, я даже не сразу понял,
мальчишка ты или девчонка - так, существо в штанах, и сухая
трава торчит из волос. Но как только ты начала читать свои
стихи, я чуть с ума не сошел, даже не верилось - разве можно
чувствовать так в семнадцать лет? Это ведь даже не всякая
женщина понимает! Как я потом тебя искал - для Ордена!
- Но я уже два года в Ордене, - наконец выговариваю я. - Я
Подмастерье на Пути Ткущих Узор.
- Значит, есть на небе справедливость, - торжественно
произносит Россиньоль. 





 
 
Страница сгенерировалась за 0.2576 сек.