Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Приключения

Шульц Джеймс Виллард - С индейцами в Скалистых горах

Скачать Шульц Джеймс Виллард - С индейцами в Скалистых горах

1. ПО МИССУРИ

У отца моего была маленькая лавка огнестрельного оружия в Сан-Луи. Вывеска
над ней гласила:


              ДЭВИД ФОКС и К€
        Оптовая и розничная торговля
            ОРУЖИЕМ И АМУНИЦИЕЙ
     Прекрасные винтовки и охотничьи ружья
            ПРИНИМАЮТСЯ ЗАКАЗЫ
Компаньоном отца был мой дядя Уэсли Фокс, который, в сущности, никакого
участия в деле не принимал. С тех пор как я себя помню, он был агентом
Американской меховой компании в верховьях реки Миссури.

Каждые два-три года он приезжал к нам в гости, и приезд его являлся
событием в нашей тихой жизни. Не успевал он войти в дом, как моя мать уже
начинала печь хлеб, печенье, пудинги, пироги. Но дядя был человек
неприхотливый и хвалил завтрак, состоявший только из кофе и хлеба с маслом.
В тех краях, где он жил, хлеб ему случалось есть раз в год - на рождество.
Пароходы, которые поднимались к верховьям реки дальше форта Юнион, были
нагружены товарами Меховой компании, предназначавшимися для меновой
торговли с индейцами, и на них не оставалось места для муки, считавшейся
предметом роскоши.

Когда приезжал к нам дядя Уэсли, мать освобождала меня от уроков и
позволяла не заглядывать в учебники. Я бродил с дядей по городу. В те дни
Сан-Луи был небольшим городком. Больше всего любил я ходить с дядей к реке
и смотреть, как подходят к пристани суда трапперов и торговцев, нагруженные
шкурками бобров и других пушных зверей. Почти все трапперы были одеты в
кожаные куртки, мокасины и самодельные меховые шапки. Все они носили
длинные волосы, бакены и усы, казалось, подстриженные не ножницами, а ножом
мясника.

Приезжая с Дальнего Запада, дядя Уэсли привозил мне подарки: лук в красивом
чехле, колчан со стрелами или боевую дубинку. Это было оружие индейцев; с
ним они охотились на бизонов или бросались в бой. А однажды дядя привез мне
скальп индейца из племени сиуксов; волосы были заплетены в косу длиной
около полуметра. Когда я спросил его, где он достал этот скальп, дядя
усмехнулся и ответил:

- Я его нашел около форта Юнион.

Я видел, как мать укоризненно покачала головой, словно просила его не
отвечать на мои вопросы. Тогда я заподозрил, что он сам снял этот скальп.
Как узнал я впоследствии, догадка моя была правильна.

Как-то вечером я подслушал разговор родителей с дядей обо мне. Меня
отослали спать, но дверь в мою комнату была открыта, я не мог заснуть и
поневоле все слышал. Мать упрекала дядю Уэсли.

- Зачем ты привозишь ему подарки, которые только разжигают в нем интерес к
трапперам и индейцам? - говорила она. - Нам и без того нелегко засадить его
за книжку и приучить к занятиям.

Потом раздался мягкий, тихий голос моего отца:

- Тебе известно, Уэсли, что мы хотим отправить его в Принстон. Там он
получит образование и сделается проповедником, как его дед. Помоги нам,
Уэсли. Покажи ему темные стороны жизни в прериях, расскажи, какие опасности
и лишения угрожают трапперам.

В нашей маленькой столовой висел портрет моего деда Фокса. Он носил парик,
долгополый сюртук, очень высокий воротничок, черные чулки и башмаки с
огромными пряжками. Я ни малейшего желания не имел быть проповедником и
походить на деда.

Размышляя об этом, я заснул и не слышал конца разговора.

В ту весну дядя Уэсли прожил с нами только пять-шесть дней. Приехал он на
месяц, но как-то утром к нам явился Пьер Шуто, руководитель Меховой
компании, и долго беседовал с дядей. На следующий день дядя уехал в форт
Юнион, где он должен был занять место одного агента, недавно умершего.

Я вернулся к своим учебникам. Родители следили за моими занятиями строже,
чем раньше, и только по воскресеньям меня отпускали часа на два поиграть с
товарищами. В те годы мало было мальчиков-американцев в нашем городе. Почти
все мои приятели предками имели французов и по-английски говорили очень
плохо. Я научился говорить на их языке, и впоследствии это мне пригодилось.

Постараюсь рассказать в нескольких словах о том, что случилось в следующем
году. С тех пор прошло много времени, но и теперь, на старости лет, мне
тяжело об этом вспомнить. Зимой, в феврале, мой отец заболел оспой и умер.
От него заразились моя мать и я. Мать также умерла.

О смерти ее я узнал спустя много дней после похорон; и тогда мне самому
захотелось умереть. Я чувствовал себя одиноким и покинутым всеми, пока не
приехал за мной Пьер Шуто в своем великолепном экипаже и не отвез в свой
дом. Я жил у него до мая, когда в Сан-Луи снова приехал дядя Уэсли.

Дядя старался "держаться молодцом", но я видел, что на сердце у него
тяжело. Мы стали обсуждать вопрос о моем будущем.

- Том, - сказал он, - мне бы хотелось исполнить волю твоих родителей и дать
тебе образование. Придется послать тебя к Цинтии Мэйхью, которая живет в
Хартфорде, в штате Коннектикут. Твою мать она любила, как родную сестру.
Она тебя приютит и позаботится о твоем образовании.

Я расплакался и заявил, что если он отправит меня в Хартфорд, я там умру.
Неужели хватит у него духу отослать меня к чужим людям? Я захлебывался от
слез и не мог успокоиться, хотя мне было очень стыдно плакать при дяде.

Но и он был взволнован не меньше меня. Смахнув слезинку, он посадил меня к
себе на колени, ощупал мои руки и ноги, тонкие, как спички, и прерывающимся
голосом сказал:

- Бедный мальчик! Какой ты худенький и слабый! О твоем образовании мы еще
успеем подумать, а теперь я возьму тебя с собой, и ты поживешь у меня
год-два, пока не окрепнешь. Но мы упакуем твои учебники, а также книги
твоей матери, и ты будешь каждый вечер прочитывать несколько страничек.
Согласен?

Конечно, я был согласен.

Осуществилась моя заветная мечта, мне предстояло увидеть равнины Запада,
индейцев и огромные стада бизонов.

Дядя постарался сократить время своего пребывания в Сан-Луи, где ничто его
теперь не удерживало. Быстро продал он нашу маленькую лавчонку, и 10 апреля
1856 года мы уехали из Сан-Луи на новеньком пароходе "Чиппева", недавно
купленном компанией. Было мне тогда тринадцать лет, а на пароходе я ехал
впервые. Когда колесо за кормой стало разбивать лопастями воду и пароход
быстро поплыл вверх по течению, я пришел в восторг и готов был плясать по
палубе, вспомнив, что нам предстоит пройти по реке около трех тысяч
километров до места нашего назначения.

Как только мы распрощались с рекой Миссисипи и поплыли по мутным водам ее
притока Миссури, я попросил дядю принести из каюты ружье и зарядить его; я
ждал с минуты на минуту, что на берегу появятся бизоны. Но дядя заявил, что
пройдет немало дней, прежде чем мы увидим этих животных. Чтобы доставить
мне удовольствие, он принес на палубу ружье и два раза выстрелил в
полузатонувшие бревна, прибитые к берегу, Снова зарядив ружье, он протянул
его мне.

- Там, куда мы едем, даже мальчики должны уметь стрелять, - сказал он. -
Целься в конец вон того бревна. Посмотрим, удастся ли тебе всадить в него
пулю.

Долго я целился и наконец спустил курок. Вода всплеснулась у самого конца
бревна, а пассажиры, толпившиеся на палубе, захлопали в ладоши и стали меня
хвалить.

С тех пор я ежедневно практиковался в стрельбе. Мишенью мне служили
полузатонувшие бревна или деревья на берегу. Однажды я выстрелил в дикого
гуся, плывшего по реке. Птица раза два взмахнула огромными крыльями и
поникла; ее унесло течением.

- Я его убил! - закричал я. - Дядя, я его убил! Правда, это был меткий
выстрел?

Дядя помолчал, а потом очень серьезно сказал мне:

- Глупый мальчик! Надеюсь, таких выстрелов больше не будет. Ни один хороший
охотник не убивает зря животных и птиц.

Эти слова я запомнил на всю жизнь. С тех пор я никогда не убивал ради
забавы.

Мы миновали поселок Сан-Чарльз на Миссури. Отдельные фермы поселенцев
попадались реже и реже и наконец остались далеко позади. В этих краях
водилось много крупной дичи - главным образом белохвостых оленей, мясо
которых нам подавали на обед. На закате солнца наш пароход приставал к
какому-нибудь островку, и до наступления темноты мы охотились в ближайшем
лесу и убивали диких индюков, считавшихся лакомым блюдом. Впрочем, я еще не
охотился, а только сопровождал охотников.

В форту Пьер мы видели много индейцев из племени сиуксов. Этот форт, ранее
принадлежавший торговой компании, был продан Соединенным Штатам, и теперь в
нем стояли отряды солдат. Через два дня после отплытия из форта мы увидели
первых бизонов: маленькое стадо бизонов-самцов вышло из реки на берег и
помчалось к холмам.




 
 
Страница сгенерировалась за 0.0518 сек.