Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Глава 18

Скачать Глава 18

   Вечером мы снова собрались вместе. Я приехал в пятом часу, когда  все
уже были на месте.
   Проехать в центре Москвы после четырех  вечера  почти  невозможно.  Я
попал в ужасную пробку у Белорусского вокзала и почти час  добирался  до
работы.

   Хонинов и ребята подъехали чуть позже. Они пробыли в "Украине"  почти
три часа, всех опросили, всех перепотрошили, но  нашли  лишь  нескольких
человек,  помнящих  Метелину.  Зато  Петрашку  и  Маслаков  сияли,   как
новогодние елки. Они сравнили фамилии в записной  книжке  Липатова  и  в
списках  владельцев  "хонды"  и  обнаружили  одну.  Каково   было   наше
удивление, когда нам сообщили,  что  обладатель  фамилии  -  офицер  ФСБ
Валерий Шурыгин.
   Маслаков говорил об этом с гордостью, мы все радостно кивали.  А  вот
Михалыч, наоборот, сидел задумчивый и серьезный. Я  ведь  тогда  еще  не
знал, что он уже подозревал кого-то из нас. Что он уже догадался о  том,
что в группе есть информатор, который сообщает о каждом нашем  шаге.  Не
догадывался никто и о том, что ему уже  звонил  Панкратов,  спрашивая  о
фотографии. Не догадывался никто и об Александре Никитиче.
   - Где изъятые фотографии? - спросил он у Маслакова.
   - У вас в столе.
   - А где фотография с Гороховым? - уточнил он у Бессонова.
   - Я принес ее из лаборатории  вместе  с  их  заключением,  и  капитан
Хонинов положил  их  в  ваш  сейф,  -  пояснил  Миша.  Звягинцев  достал
фотографию и заключение экспертов. Подумав немного, достал из стола  все
фотографии и положил их вместе.
   -  Панкратов  приказал  сдать   их   следователям,   которые   начали
расследование, - пояснил он.
   - Так нельзя, командир, - сказал Петрашку. Он и Хонинов были старшими
по званию, - мы должны все довести до конца.
   - До какого конца? - нахмурился Михалыч. - Хотите, чтобы нас обвинили
в том, что мы подбросили фальшивку в квартиру Скрибенко?
   - Значит, вы не хотите узнать, кто убил наших ребят?  -  не  выдержал
Петрашку.
   - Хочу, - тихо ответил подполковник, -  и  обязательно  найду.  Но  в
рамках закона. - Он взял пачку фотографий и положил их в карман вместе с
актом, помолчав, наконец сказал:
   - Шувалов еще ничего не рассказал. Давайте его послушаем.
   - У меня никаких особенных новостей нет. - Я старался не смотреть  на
подполковника. В этот момент мне казалось, что и он начал какую-то игру.
- Я нашел Леньку Свиридова, и он мне  рассказал  о  Метелиной  все,  что
знал. Типичная стерва, получающая одновременно деньги с обеих сторон.  И
с нас, и с бандитов.
   Оказалось, у  нее  был  еще  один  источник.  Когда  она  работала  в
"Метрополе", то была еще и информатором ФСБ. Она сдала группу  Коробкова
несколько дней назад, - продолжал я, - но точный  адрес  назвала  только
вчера ночью. И сразу нам поручили выехать на задание.
   - Все правильно, - кивнул подполковник,  я  так  и  думал,  -  Мы  не
поняли, почему он так думал, но никто не решился ничего спросить.
   - Ты сдал деньги? - спросил Михалыч у Аракелова.
   - Как вы сказали. Все оформили точно.
   - А что у нас по Липатову?
   -  Ничего  существенного  установить  не  удалось,  -  развел  руками
Петрашку, - в Кабинет Министров я не ездил, вы не разрешили.  А  по  его
записной книжке я ничего не мог установить, хотя есть несколько  громких
фамилий. Видимо, там записаны их прямые  телефоны.  Если  вдруг  захотим
позвонить кому-нибудь из них - сумеем это  сделать  довольно  быстро,  -
пошутил он.
   Звягинцев посмотрел на нас всех. Словно спрашивая себя, можно ли  нам
доверять. А потом наконец сказал:
   - У нас, ребята, не только смерть наших товарищей. И  не  только  это
дело. У нас все гораздо хуже. Среди нас оказался  сука,  который  выдает
все наши действия.
   Вот на этот раз мы не выдержали. Загалдели, зашумели,  закричали  все
разом. А потом так же разом успокоились, глядя друг  на  друга.  Мерзкое
это чувство, подлое. Подозревать самых близких товарищей,  которые  твою
спину прикрывают, когда ты на бандитов идешь. Мы сидели и смотрели  друг
на друга. И мне почему-то казалось, что больше всего  смотрят  на  меня.
Но, может, это мне только, казалось и у других были похожие чувства.
   - Кто? - спросил Сергей Хонинов. Михалыч молчал.
   - Он просто уйдет из нашей группы, - предложил Хонинов, - мы  его  не
тронем и ничего не скажем. Пусть прямо сейчас встанет и уйдет, пока  его
не назвали. - У всех  были  немного  виноватые  лица.  Но  все  остались
сидеть.
   Подполковник Звягинцев, капитан Хонинов,  капитан  Петрашку,  старший
лейтенант Маслаков,  старший  лейтенант  Дятлов,  лейтенант  Бессонов  и
лейтенант Аракелов.
   Кто из них предатель? Я себя, конечно, не считаю, я знаю,  что  я  не
Иуда. Но кто-то из них. Я с ними работаю уже столько лет.  Участвовал  в
стольких операциях. Неужели кто-то из них может предать?
   Видимо, так  считали  и  все  остальные.  Но  все  молчали.  И  тогда
подполковник сказал:
   - Я очень хотел бы ошибиться. О фотографиях знали только мы. Сегодня,
когда я докладывал генералу Панкратову, я ничего не сказал ему о них. Он
сам спросил насчет фотографий. А у него  в  кабинете  сидел  заместитель
министра, который и сообщил ему про фотографии.
   Такого никто не ожидал.
   -  Поэтому  теперь  мы  будем  действовать  по-другому,  -  продолжил
подполковник, - три человека поедут на встречу с Шурыгиным. А  остальные
будут сидеть в этой комнате и не выходить, пока мы не вернемся.
   Только так мы можем гарантировать, что никто не узнает о том, что  мы
едем к Шурыгину, если не предупредили раньше. На этот раз все посмотрели
на Петрашку. Он разозлился.
   - Мы были все вместе, - прохрипел он, - никто не выходил из комнаты и
никуда не звонил.
   - Очень хорошо, - кивнул Михалыч, - значит, у нас есть гарантии. И мы
можем ехать к Шурыгину. Кто поедет?
   - Выбирайте вы, командир, - рассудительно сказал Петрашку.
   - Поедут трое. Я, Петрашку и... - он помолчал. В какой-то мере  любая
названная фамилия  служила  маленькой  гарантией  непричастности.  И  он
назвал мою фамилию. - Шувалов единственный среди нас, чье отсутствие  не
зависело от него.
   Это я послал его провожать журналистку. У остальных такое время было.
У всех.
   - Тогда почему вы выбрали Иона? - не удержался Хонинов.
   - Мне нужен кто-нибудь, кто сумеет набить  морду  Шурыгину,  если  он
будет артачиться, а лучше Петрашку этого никто  не  сделает.  Никуда  не
выходить, - продолжал Михалыч, - даже если захотите  в  туалет,  делайте
все в банки. Или в ту вазу. Но гарантируйте  мне  молчание,  пока  я  не
достану Шурыгина. Может, это наш последний шанс.
   В этот момент опять зазвонил проклятый телефон.  Я  уже  начинаю  его
бояться. Все смотрели на телефон, не решаясь взять трубку.
   - Возьмите трубку, - разрешил Михалыч, и Дятлов поднял трубку.
   - Да, - сказал он деревянным голосом.  Потом,  выслушав  говорившего,
сообщил:
   - Это из больницы,  кто-то  дважды  звонил,  интересовался  здоровьем
раненого.
   - Черт возьми, - нахмурился Михалыч, - мы забыли об этом раненом.  Мы
заедем в больницу, - он повернулся, чтобы первым выйти из кабинета.
   - Товарищ подполковник, - окликнул  его  Хонинов.  Тот  обернулся.  -
Насчет ваз вы серьезны сказали, или нам все-таки можно ходить по двое  в
туалет?
   Вот тогда  мы  все  и  рассмеялись.  И  втроем  вышли.  Еще  даже  не
подозревая, что уже через час одного из нас не будет в живых.





 
 
Страница сгенерировалась за 0.131 сек.