Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


А.Гладилин БОЛЬШОЙ БЕГОВОЙ ДЕНЬ

Скачать А.Гладилин БОЛЬШОЙ БЕГОВОЙ ДЕНЬ

   с Прологом и Эпилогом  (имена  рысаков),  с  частными  сценами  из  жизни
Учителя (главного героя), с историческими статьями Учителя, с  выписками  из
"Правил Московского ипподрома", с монологами людей и лошадей,  с  появлением
на  трибунах   руководителей   партии   и   правительства,   с   обострением
международной обстановки и вмешательством в действие романа посторонних лиц
   ВМЕСТО ПРОЛОГА
   (Заметки на программке)
   1. ИДЕОЛОГ - гн. жер.  от  Лоу-Гановера  и  Изменчивой,  лучшее  время  -
2.08.5, последнее - 2.09.6.
   Когда-то драл всю эту компанию как  хотел.  Определенно  имеет  в  запасе
несколько секунд. Но ведь наездник Петя (камзол синий  с  желтыми  полосами,
шлем и рукава красные) - первый кретин на Центральном Московском  ипподроме.
Ну, может, не самый первый - голова в голову с Антоном они приедут  на  приз
Первого кретина. Но ведь Идеолог от  Лоу-Гановера  -  американец!  На  дерби
записаны почти все американцы, ничего себе Большой Всесоюзный  приз...  Одна
надежда на мамашу - Изменчивая. Будь я  проклят,  если  сыграю  хоть  рублем
лошадь с таким именем. И мамаша - Изменчивая - подозрительна,  и  достаточно
мне идеологов вне стен ипподрома. Что  и  говорить,  нашелся  новый  Суслов!
Итак, клянусь, ни рубля.
 
   2. ЛИАНА - гн. коб.  от  Апикс-Гановера  и  Латуни,  2.09.4  и  последнее
выступление - 2.12.6 на первом месте.
   Концевая лошадь. Бешеный бросок. Наездник Коля  (камзол  черный,  шлем  и
полосы на рукавах белые) берег кобылу, не выбивал секунды, а однажды чуть не
выиграл у самого Отелло. Завопросить  и  посмотреть  разминку.  Лиана,  если
придет хоть в одном гиту, потянет рублей пятнадцать в одинаре, а в длинном -
и за сотню. "Мечты, мечты, где ваша сладость?" (А.  С.  Пушкин,  но  не  про
Лиану).
 
   3.  ЧЕРЕПЕТЬ  -  гн.  коб.  от  Прогресса  и  Чудной  Мелодии,  2.10.6  и
соответственно - 2.10.8 на третьем месте.
   Наездник Женя (камзол сиреневый - цвет дамского трико)  чуть  не  выиграл
прошлогодние дерби. От него можно ждать любой пакости. Затемнил кобылу?  Все
равно не буду на него играть.
 
   4. ГУЛЬ-ГУЛЬ - гн. коб. от Урагана и Гамлеты, 2.10.8.
   Это что еще за  сволочь?  Откуда  взялась?  С  Калининского  ипподрома...
Гастролеры иногда преподносят сюрпризы - на тысячу рублей выдачи. Посмотреть
на разминку. Наездник Самсонов (камзол розовый, шлем красный). Да  не  дадут
ему московские жулики, по ногам кобылы проедут.
 
   5. ОТЕЛЛО - рыж. жер. от Лоу-Гановера и Оксаны, 2.09.4.
   Последнее и лучшее время. Только первые места.
   Наездник Мося (камзол и картуз желтые) ничем никогда раньше не выделялся,
но с Отелло работает  как  надо,  по  первому  классу,  без  левых  номеров.
Собственно, дело ясное - ставь все  деньги  на  Отелло  в  одинаре.  По  два
пятьдесят за каждый билет получишь. Публика-дура будет искать темноту (и  ты
в том числе). Или Отелло без  всяких  вариантов,  или...  не  угадаешь.  Ах,
Отелло, Отелло, ведь я играл его еще год тому  назад,  когда  его  никто  не
знал. Вот приди он тогда - на тридцать рублей одинар бы потянул. А жеребец -
красавец, рыжий с белой звездой на лбу. Боец. Бежит  -  загляденье.  Ну  дай
себе слово, что ставишь только на Отелло! Решено? Ладно, еще поглядим...
 
   6. ГУАШЬ - т.-гн. коб. от Апикс-Гановера и Горсточки, 2.09.9.
   Харьковская гастролерка. И время ничего. Ну? Да в гробу  я  ее  видал!  И
смотреть не буду.
 
   7. КОЛОС 2-й - гн. жер. от  Лоу-Гановера  и  Кожуры,  2.08.7  и  2.11  на
четвертом.
   Последний раз наездница Гунта (камзол желтый с  зелеными  полосами,  шлем
желтый) явно не ехала. И правильно. Она не дура,  чтоб  лошадь  перед  дерби
выбивать. Гунта - моя любовь,  всегда  ее  играю.  И  Колос  2-й  -  жеребец
прекрасный. Но против Отелло? А чем черт не шутит? За  Гунту  всегда  хорошо
платят, потому что она баба. Нет, Колоса сыграю обязательно. Тут  вот  какое
дело: если Гунта решит, что должна выиграть,  -  плакали  мои  денежки,  ибо
Гунта начнет нервничать, руки задрожат, лошадь подымется - проскачка.  Гунта
выигрывает, когда ничем не рискует, по принципу "была не  была".  Тогда  она
бросается сломя голову, и  кто  ее  удержит?  Как  ехать  против  бабы,  как
правильно строить пейс, когда она сама не  знает,  что  получится?  И  гонит
Гунта, и опускаются у наездников руки... Итак, ставлю на Колоса.
 
   8. ОБРЫВ - вор. жер. от Билл-Гановера и Оперы, 2.08.4 (Пермь).
   Наездник Липин (камзол черный, рукава коричневые, шлем синий).  Расцветка
- ужас. Фамилия не вызывает доверия. И время, показанное в Перми,  наверное,
липовое. Чтоб какой-то Обрыв от Оперы, да еще  от  пермской  Оперы,  выиграл
дерби? Такого не бывает. Впрочем, на ипподроме все бывает.
 
   9. БЕЛЫЙ ПАРУС - рыж. жер. от Пароля и Биржи, 2.11.
   Когда он показал это время? Не припомню. Наездник Ванечка (камзол зеленый
с желтыми шашками, шлем белый) - известный жулик. Он темнит, темнит, а потом
дернет любую компанию. Что-то есть  в  Белом  Парусе  нераскрытое.  От  кого
жеребец? Отец, Пароль, - 2.07.9; дед, Орнамент,  -  2.09.4.  Мать  -  Биржа,
ничего выдающегося, но она от Жеста. Жест  -  русский  рекордсмен  (1.59.6).
М-да, загадочно... С одной стороны - никаких шансов.  Но  раз  Ваня  записал
лошадь на дерби, наверняка на что-то надеется. Этот  парень  так  просто  не
едет. Зачем ему зря раскрывать лошадь? Каков же запас у Паруса? Три секунды?
Пять? Неужели он готов на 2.06? Тогда дерби его.
 
   Подведем итог. Девять лошадей. И кажется, ты собираешься  играть  четырех
из них. А ведь надо угадать еще "край", то есть угадать лошадь в  предыдущем
заезде.
   Если придет Отелло - ты проставишь больше, чем получишь.  Если  припрется
какая-нибудь темная зараза типа Гуль-Гуль - ты в жопе.
   Может, играть всех? Верх глупости. Одного Отелло? А Колос?  Лиана?  Белый
Парус?
   А вдруг Отелло собьется, Гунта на Колосе  испугается,  Лиана  проворонит,
Белый Парус просто не поедет и выиграет  элементарно  Идеолог,  с  места  до
места? В конце концов, по силе он вторая лошадь в призу... Итак,  опять  нет
четкого плана. Впрочем, если ипподром захочет тебя употребить, то  употребит
как миленького.
   Завтра самые большие призы. Под это дело записали восемнадцать заездов  и
скачек. С часу дня до семи вечера. На разминку надо успеть за  полтора  часа
до начала. Итого, почти восьмичасовой рабочий день.
   Как ты ни ловчил, ни экономил,  а  капиталу  у  тебя  18  рэ.  Не  густо.
Десятка, пятерка и новенькая трешка (ее припрячу в другой карман  -  Н.  З.,
неприкосновенный запас). Хорошо еще, что наскреб 80 копеек на вход.  Ставить
по рублю в заезд? До конца дотянешь,  но  уж  точно  ни  разу  не  угадаешь.
Держаться до Большого приза? Его разыгрывают в три гита, по шесть рублей  на
гит. Не выдержишь, окунешься в первый же заезд  (дескать,  вдруг  повезет  и
округлишь капитал) - вот так и начинается проигрыш.
   Отелло, Колос, Лиана, Белый Парус.  Идеолог  под  вопросом.  Черепеть?  К
чертовой матери! На всякий  случай  посмотри  на  Гуль-Гуль.  Если  всех  их
связать с фаворитом из предыдущего заезда и подстраховаться темненькой!..  А
где взять столько денег?
   Ладно, храброму рыцарю достаточно и короткой шпаги.
   Храбрый рыцарь? Нет, один из десяти тысяч  идиотов,  которые  завтра  все
припрутся на Центральный Московский ипподром, что в  простонародье  называют
"дураково поле".
   часть первая
   глава первая
   ЧАСТНАЯ ЖИЗНЬ
   Я ее только е... собрался, как звонок в дверь.  Прийти  мог  кто  угодно:
забулдыга-приятель, сосед-алкоголик, с почты телеграмму принесли -  но  я-то
сразу почувствовал, кто явился. И девочка (наверное, хорошая девочка, да  не
дал Бог) мигом юбку застегнула - и к зеркалу: прическу поправлять.
   Снова звонок. Я спрашиваю через дверь и слышу Райкин голос. Прилетела  на
помеле!
   Выхожу на лестничную площадку, дверь плотно прикрываю  за  собой.  Слабая
надежда -  авось  обойдется  без  скандала.  Вежливо,  но  крайне  нелюбезно
интересуюсь:
   - Что-нибудь случилось?
   - Странно вы гостей встречаете.
   Райка со мной на "вы". Неделю назад она устроила дикую истерику, сказала,
что между нами все кончено: если увидит меня на улице - перейдет  на  другую
сторону; чтоб я больше ей не звонил, не писал, не звал - ей тошно вспоминать
все, что нас связывало, жалко потерянных лет; что я мелкий трус, человек без
чести и совести, мерзкая, ничтожная личность; если я умру без нее от тоски и
горя, то это будет мне справедливым возмездием, более того - она  как-нибудь
летним вечером приведет на мою могилу любовника, чтоб прямо там,  на  свежей
траве... и вообще никогда, никогда ноги ее в  этом  доме  не  будет  -  хоть
вешайся; и отныне мы на "вы", как посторонние, абсолютно незнакомые люди.
   Кажется, яснее некуда?! И вот она  приперлась,  не  предупредив  даже  по
телефону, естественно, в полном параде, в боевой раскраске (все,  что  надо,
подведено, подтенено, плюс килограмм польской пудры и пол-литра  французских
духов) - зыркает глазами, раздувает ноздри.
   - Ты, конечно, не один?
   Каждый вечер был один. Ждал.  Плюнул.  Еще  сегодня  днем  честно  изучал
программу завтрашних бегов. Позвонила девочка. Сама.  Я-то  давно  приметил,
что она на меня глаз положила. В конце  концов,  я  свободный  человек  или?
Смотался в магазин - бутылку вина, бутылку коньяка  (для  заначки  -  резерв
главного командования),  рыбную  консерву,  сыр,  пельмени,  конфеты,  -  на
автобусной остановке встретил девочку, привел и, ей-богу, ничего  не  хотел,
разве что посидеть спокойно, отдохнуть.
   Потом, правда, разошелся, коньяк выставил. Отвык я с новым человеком:  ей
любую новеллу выкладывай, все интересно, не то что Раиса-крыса, губы кривит,
дескать, повторяешься. Словом, вспомнил молодость;  сам  увлекся,  глядь,  а
девочка готова - глазки блестят, улыбочка, то да се, не теряй  зря  времени,
веди ее на диван. И тут...
   - Деловое свидание, - говорю, - но вам, Раиса, лучше  не  входить.  Зачем
пожаловали? Если деньги нужны...
   Не успел сообразить, как она  меня  отшвырнула  (бронетранспортер,  а  не
женщина), ворвалась в квартиру - и началось:
   - Сволочь, блядь притащил, ей у трех вокзалов трешник - красная цена! Вон
отсюда!
   Я  Раису  отталкиваю,  изображаю  из  себя  двадцать  восемь  панфиловцев
("нерушимой стеной обороной  стальной  разгромим,  не  пропустим  врага")  и
девочке пытаюсь интеллигентно объяснить: мол, эта шумная  дама  -  городская
сумасшедшая, из клиники вырвалась, нижайшая просьба не обращать внимания.
   У девочки лицо  поплыло  красными  пятнами.  Раискина  косметика  потекла
черными ручьями. У меня руки в кровь исцарапаны.
   Отдохнул я. Повеселился...
   Не знаю, сколько я оборону  держал.  Потом  Раиска  заявила,  что  сейчас
выбежит на улицу и бросится  под  машину.  А  девочка  сказала,  что  с  нее
довольно, она уходит. Я кинулся проводить ее до автобуса и в дверях  крикнул
Раиске, чтоб сматывалась к чертовой матери, а если не  уберется  по-доброму,
то я ее изуродую.
   Девочку посадил в автобус, она на меня зверем смотрела - ни за что ни про
что, а влипла в историю.
   Возвращаюсь домой бешеный  от  злости.  Раиска  лежит  на  диване.  Глаза
навыкате, губы черные.
   Отравилась. Пустая пачка димедрола на полу валяется. Цирк, да и только. Я
эти номера уже видел. Однажды она пачку  элениума  сожрала,  ну  и  проспала
целый день...
   - Райка, - говорю, - тебе не стыдно? Совесть у тебя есть?
   Она  разом  ожила  и  заревела.  Оказывается,  меня  облагодетельствовать
хотели. Оказывается, она вспомнила, что случилось неделю назад - и  как  она
была жестока ко мне, как несправедлива, и какое у меня было несчастное лицо,
- и вот, решила приехать без звонка, приятный сюрприз, нечаянная  радость  -
но увидела эту стерву и... Конечно, сейчас она понимает, что  дико  неудобно
перед девочкой, что девочка ни в чем не виновата  и  сама  Райка  вела  себя
по-хамски и прочее и прочее, но на нее затмение нашло...
   Рев.
   Я заставляю ее выпить несколько стаканов воды, потом веду  ее  в  ванную,
запираю. Слышу, как ее рвет, как она икает, плачет и опять...
   Она выходит, пошатываясь, бледная, бросает на меня трагический взгляд.  И
в этот момент я готов задушить ее голыми руками - за все - за  то,  что  она
делает и с собой, и со мной. И мне ее очень жалко.
   Не гнать же мне ее на улицу?
   Наливаю ей рюмку коньяка. Она выпивает, но ничего не ест.
   Фашистским голосом я  требую,  чтоб  она  немедленно  легла  на  диван  и
заснула. А я? Я постелю себе на полу. К ней мне  противно  прикасаться.  Да,
вот так, спокойной ночи!
   Райка разложила диван, погасила свет, заснула.
   Я сижу на кухне, пью рюмку за  рюмкой,  чтоб  как-то  забыть  сегодняшний
кошмар. Три часа ночи.  Завтра,  нет,  уже  сегодня  Большой  беговой  день.
Хорошая у меня будет голова! Свежая! Черт бы их всех побрал! Кого их? Меня и
Раиску. Черт знает, что она с собой делает. Бедная девочка! Да не Раиска,  а
та, с расстегнутой юбкой. Теперь, конечно, фигу. Обидно, что сорвалось.
   Из комнаты тихий шепот. Раиска меня зовет. Не надо к ней  подходить.  Еще
рюмку. А вдруг ей плохо?
   Я осторожно, на цыпочках, иду в комнату, сажусь на край постели.  Провожу
ладонью  по  мокрому  Райкиному  лицу.  Она  берет  мою  руку.  Я  торопливо
раздеваюсь.
   БЕГА
   Первый заезд.
   Большой Трехлетний приз.
 
   "Ехать два гита. Участие во втором гите не  обязательно.  Призовые  места
распределяются по резвейшему, правильно совершенному гиту. Лошадь, съехавшая
в  первом  гите,  остановленная  наездником  без  уважительных  причин   или
оставшаяся за флагом, не имеет  права  на  дальнейшее  участие  в  розыгрыше
приза. Вопрос об уважительности причин остановки  лошади  наездником  решает
Судейская коллегия"
   - выписка из правил.
   Ах, этот первый заезд! Как много он определяет!
   Я чешу от дома до ипподрома с двумя пересадками и мучаюсь: играть  мне  в
первом заезде или нет?
   Логичнее всего -  пропустить.  Ведь  в  следующем  заезде  -  первый  гит
Большого Всесоюзного приза, "дербей", как говорят на ипподроме. Там  у  меня
намечено пять лошадей, да еще проклятая Черепеть под вопросом. Их надо  было
бы посмотреть, а как их посмотришь,  когда  я  опаздываю  на  разминку?  (По
теории всемирной подлости, такая ночка выдалась, что еле  встал.)  Я  еще  в
метро, а тем временем на ипподроме "кони все скачут и скачут, а избы горят и
горят". Горят, конечно, не избы, а деньги.
   В первом заезде - одиннадцать лошадей. Конечно,  тотошка,  как  чокнутая,
будет лупить фаворита, седьмого номера. Примата. В одинаре  его  разобьют  в
копейки, в одинаре играть нет смысла. (Есть смысл, если поставить на Примата
пятьдесят рублей, а заплатят по рубль пятьдесят  -  вот  уже  двадцать  пять
рублей навару. Но нет у меня  пятидесяти  рублей.)  Ставить  десятку,  чтобы
получить пятерку? А вдруг Примат заскачет или поедет только во втором  гиту?
И плакала моя десятка, плакала горючими слезами.
   Нет, если ставить, так в дубле. (То есть вязать первый заезд со  вторым.)
Но опять же, от Примата играть к  нескольким  лошадям  -  не  вернешь  своих
денег. Во втором гиту придет Отелло  или  Идеолог  и  получишь  меньше,  чем
поставишь. Вдарить  в  лобешник.  Пятеркой  или  трояком!  К  Отелло  или  к
Идеологу. Может,  десятку  заработаешь.  Но  тогда,  по  извечной  подлости,
приедет Колос, и будешь ты драть волосы и причитать: "Я же  говорил,  Колос!
И, опять же, Гунта, любимая наездница..."
   Однако какой соблазн угадать первый дубль!  Сразу  "жизнь  станет  лучше,
жизнь станет веселей" (И.В. Сталин).
   Решено. Рискнем.
   На Белорусской сажусь в троллейбус. В салоне половина пассажиров шелестит
программками: изучают, гадают,  усе  бо-о-ольшие  ученые.  Опускаю  в  кассу
пятак, отрываю билет. Первые три цифры - 8 3 4, вторые  -  3  8  5.  Значит,
только что взяли счастливый билет! А я опоздал. Нет счастья в жизни...
   Значит, решено: первый заезд пропускаю.
 
   На ипподроме - три входа. Один - за двадцать копеек, другой -  за  сорок,
третий - за восемьдесят. Вход за восемьдесят - солидный: ступеньки, колонны.
Одна из колонн, наверно вон та, крайняя правая, построена на деньги, которые
лично  я  оставил  на  "дураковом  поле",  так  сказать,  внес  в   развитие
отечественного коневодства. Если подсчитать, сколько я  проиграл  за  десять
лет, то, точно, на колонну  хватит.  Ну,  может,  недостает  еще  нескольких
кирпичей,  плюс  штукатурка.  Ничего,  пусть  отечественное  коневодство  не
волнуется, за мной не заржавеет, доложу оставшиеся кирпичики.
   На площадке около колонн в два ряда стоят машины. Сегодня их очень много,
съехались со всей  Москвы  частники  проклятые,  жулье,  завмаги,  директора
овощных баз. Ладно завидовать, у самого когда-то был  "Запорожец".  Но  ведь
теперь машины стоят в три-четыре раза  дороже,  и  откуда  у  людей  столько
денег? А не ходи на бега, откладывай. Отложишь,  фигу  с  маслом!  А  жулики
ставят в каждый заезд рублей по тридцать, и ничего. Значит, крадут в  другом
месте. На ипподроме есть свое жулье, своя мафия. Но эти  -  не  на  машинах.
Стесняются или?.. Как объяснить ОБХСС, на какие доходы куплены "Жигули"? Мне
бы их заботы...  Нет,  не  надо,  я  играю  на  свои  трудовые.  Ипподром  -
единственное  в  Москве  заведение,  основанное  по   принципу   "проклятого
капитализма": иногда выигрываешь, чаще проигрываешь, но сохраняешь  иллюзию,
что тут все зависит от тебя самого -  простор  для  частной  инициативы.  На
несколько часов отключаешься  от  всего  на  свете,  нервничаешь,  рискуешь,
сражаешься с  превосходящими  силами  ипподромного  жулья  -  и  ни  единого
признака советской власти! За такое удовольствие можно заплатить и десятку.
   На ступенях  лестницы  хромой  старик  в  помятом  пиджаке  радостно  мне
подмигивает - он  продает  программки.  В  киоске  программка  стоит  десять
копеек, но за ними длиннющий хвост народу. У  старика  без  очереди,  но  за
двадцать копеек. У каждого свой бизнес. По  двадцать  копеек  за  программку
берут и кассирши, что торгуют входными  билетами,  но  я  обычно  покупаю  у
старика. Лучше дать заработать  ему,  чем  этим  толстым  наглым  бабам.  Но
сегодня я прохожу мимо  старика,  приветственно  махнув  своей  программкой,
купленной заранее, в пятницу. Он понимающе разводит руками: Большой  беговой
день, все хотят "проработать" программку дома, спокойно, без суеты.
   Я поднимаюсь по ступенькам и вспоминаю, что  чаще  всего,  когда  я  беру
программку у старика, мне везет. Опять плохая примета? Да  черт  с  ними,  с
этими   приметами!   Настроение   прекрасное,   погода   отличная,   впереди
восемнадцать  заездов,  большие  призы,   масса   неожиданностей,   которые,
естественно, мы учтем и используем. Впереди, можно сказать, вся жизнь.




 
 
Страница сгенерировалась за 1.6156 сек.