Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Научно-фантастическая литература

Станислав Лем. - Собысчас.

Скачать Станислав Лем. - Собысчас.

   Как-то раз под вечер пришел знаменитый конструктор Трурль
к своему приятелю Клапауциусу грустный и задумчивый, а когда
попробовал тот его развеселить, рассказывая наисвежайшие
кибернетические анекдоты, Трурль вдруг сказал:
   - Прошу тебя, не пытайся превратить мое подавленное
настроение в игривое, ибо грызет меня мысль столь же
правдивая, сколь и печальная: пришел я к выводу, что за всю
нашу столь деятельную жизнь не совершили мы ничего ценного!
   Сказав это, окинул он взглядом, полным осуждения и
отвращения, стены кабинета Клапауциуса, увешенные богатой
коллекцией медалей, грамот и почетных дипломов в золоченых
рамках.
   - На чем же столь строгий приговор основан? - Спросил,
становясь серьезным, Клапауциус.
   - Сейчас объясню. Мирили мы враждующие королевства,
строили для монархов, власти жаждущих, тренажеры, создавали
машины для рассказывания сказок и для охоты, одолевали мы
коварных тиранов и галактических разбойников, что на нас
нападали, но всем этим только себе удовольствие доставляли,
себя в собственных глазах возвеличивали, а для вселенского
блага ничего почти не сделали. Все наши деяния, направленные
на улучшение жизни народов, на которых мы в наших
межпланетных странствиях натыкались, ни разу не привели к
состоянию с-о-в-е-р-ш-е-н-н-о-г-о с-ч-а-с-т-ь-я. Вместо
решений радикальных и идеальных создавали мы только их
видимость, протезы да суррогаты, и заслужили поэтому титул
фокусников от онтологии, ловких софистов-практиков, но не
звание л-и-к-в-и-д-а-т-о-р-о-в з-л-а.
   - Всякий раз, когда я слышу, как кто-нибудь рассуждает о
программировании м-и-р-о-в-о-г-о с-ч-а-с-т-ь-я, у меня
мурашки по спине бегают, - ответил Клапауциус. - Опомнись,
Трурль! Разве не знаешь ты бесчисленных примеров дел,
которые с того же начинались и в руины обратились,
наиблагороднейшие намерения под собой похоронив? Разве не
помнишь ты о трагической судьбе отшельника доброго, который
пытался осчастливить космос с помощью препарата под
названием "альтруизин"? Разве не знаешь ты, что можно
сколько угодно жизненные невзгоды уменьшать, справедливость
утверждать, солнечные пятна счищать, на шестерни
общественных машин бальзам лить, но счастья никакими
машинами не создашь? О царстве полного счастья можно лишь
тихо мечтать такими вот темными вечерами, создавать его в
своем воображении, одурманивать душу сладкими видениями, и
это все, чего может требовать истиный мудрец, приятель мой!
   - Так только говорится, - буркнул в ответ Трурль.
   - Быть может, и в правду, - добавил он через мгновение, - осчастливить
существ, давно уже существующих - задача
наразрешимая. Однако можно создать существ,
сконструированных с таким расчетом, чтобы им жизнь ничего,
кроме счастья, не несла. Вообрази, каким великолепным
памятником нашему конструкторству (которое ведь обратится же
когда-то в прах) была бы сияющая где-то в небесах планета, к
которой миллионы галактических племен с надеждой обращали бы
взоры, произнося: "да! Воистину - счастье возможно! Возможна
вечная гармония! А доказал это великий Трурль при некотором
содействии своего друга Клапауциуса, и доказательство это
живет и пышно цветет перед нашими восхищенными взорами!
   - Не сомневайся, что над проблемой, о которой ты
говоришь, я уже не раз размышлял, - сказал Клапауциус. - Возникает
здесь серьезное противоречие. Видно, ты урока,
который случай с добрым всем преподал, не запомнил, поэтому
и хочешь осчастливить созданий, которых до того не было, то
есть желаешь счастливцев на пустом месте сотворить. А ведь
полагалось бы сначала подумать над тем, можно ли вообще
осчастливить тех, кто не существует. Я сильно в этом
сомневаюсь. Ты должен сперва доказать, что небытие со всех
точек зрения хуже бытия, даже не особенно приятного, потому
что без такого доказательства фелицитологический
эксперимент, идея которого тебя увлекает, даст осечку. Тогда
к множеству несчастных, от которых во вселенной тесно, ты
добавил бы толпу новых, тобой сотворенных - да только зачем?
   - Эксперимент, конечно, рискованный, - нехотя признался
Трурль. - Но я все равно считаю, что нужно его провести.
Природа беспристрастна только с первого бзгляда, ибо хоть и
создает она что попало и как придется - хороших и плохих,
добрых и жестоких, а смотришь потом, и видишь, что остались
на сцене лишь плохие и жестокие, хорошими и добрыми
наевшиеся. А как спохватываются негодяи, что поступили
нечисто, так сразу же смягчающие обстоятельства или высшие
цели себе выдумывают. Вот и выходит, что житейские мерзости - приправы,
аппетит на рай и прочие подобные места
заостряющие. Я считаю, что с этим пора покончить. Природа
вовсе не зла, она только глупа, как пробка, поэтому идет по
пути наименьшего сопротивления. Нужно встать на ее место и
создать счастливых существ самим, чтобы их появление было
истиным врачеванием бытия, с лихвой оправдывающим прошедшие
эпохи, полные стонов мученников, которых с иных планет разве
что на космических расстояниях не слышно. Какого дьявола все
живое постоянно вынуждено терпеть? Если бы беда каждого
отдельного существа несла хотя бы такой импульс, какой капля
дождя несет, то за прошедшие века разнесли бы они мир. Но и
пот их, пока живут они, и прах их в могильных склепах, и
опустевшие их жилища безмолвствуют, и самыми совершенными
приборами не найдешь ты там следов их боли и мук, от которых
страдали вчера распавшиеся в прах сегодня.
   - В самом деле, у мертвых нет забот, - кивнул
Клапауциус. - Ты прав, если имеешь в виду временность
всяких мучений.
   - Но ведь появляются новые мученики! - Повысил голос
Клапауциус. - Или не понимаешь ты, что выполнение моего
замысла - просто вопрос моей порядочности?
   - Послушай. Каким же именно образом счастливое существо
(допустим, что ты его создал) смягчит бездну невзгод, что
уже произошли и тех несчастий, что по-прежнему происходят во
всем космосе? Или сегодняшний штиль отменяет вчерашнюю бурю?
Или день упраздняет ночь? Неужели ты не видишь, какой вздор
несешь?
   - Так ты считаешь, что делать ничего не надо?
   - Я этого не сказал. Ты можешь облегчать жизнь уже
живущих, по крайней мере, рискнуть на такую попытку. Тех же,
о которых ты говорил, счастливее никак не сделаешь. Ты
другого мнения? Ты считаешь, что выпустив в космос
испеченного тобой счастливца, ты хоть на йоту изменишь то,
что в нем уже было?
   - А вот и изменю! Изменю! - Закричал Трурль. Пойми же
меня наконец! Даже если поступок мой не затронет тех, кто
уже исчез, то он изменит то целое, частью которого они
стали. Отныне всякий должен будет сказать: "огромные усилия,
противоестественные цивилизации, уродливые культуры были
лишь прелюдией к дню сегодняшнему, ко времени всеобщей
любви! Трурль, сей великий муж, размышляя, пришел к выводу,
что злое прошлое должно быть уничтожено для создания доброго
будущего. На бедности научился он творить богатство, на
невзгодах узнал цену наслаждения. Одним словом, именно своим
безобразием побудил его космос сотворить добро!" Наша эпоха
окажется поготовительной и вдохновляющей, понимаешь?
Благодаря ей наступит эра истиного счастья. Ну как, убедил я
тебя
   - под южным крестом лежит царство короля троглодика, - отозвался
Клапауциус. - Нет для него милее картины, чем
виселица, а эту любовь свою он тем объясняет, что нельзя
таким сбродом, как его подданные, править иначе. Когда
появился я в его царстве, хотел он меня сразу же схватить,
но смекнул, что я могу его в порошок стереть. Тогда
испугался троглодик, потому что не сомневался - если он меня
не одолеет, то я с ним разделаюсь. И чтобы меня к себе
расположить, собрал он тотчас же свой ученый совет и получил
от него моральную доктрину власти, как раз для таких случаев
созданную. Объяснили ему эти купленные им мудрецы, что чем
им хуже, тем сильнее жаждут они улучшений, а поэтому то, кто
такое творит, что уж и вытерпеть невозможно, чрезвычайно
сильно это улучшение приближает. Обрадовался король этим
речам, потому что выходило, что никто так активно, как он,
не борется за грядущее добро, ибо надлежащими мерами
мечтающих о благе для человечества к действиям побуждает.
Так что счастливцы твои должны троглодику памятников
понаставить, а сам ты должен ему спасибо сказать. Не так ли?





 
 
Страница сгенерировалась за 0.1038 сек.