Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Драма

Никита Булошник - Очищение

Скачать Никита Булошник - Очищение

   То были дни, когда я познал, что значит: страдать;
   что значит: стыдиться; что значит: отчаяться.
   Пьер Абеляр
   Это - рассказ о последних днях моего детства. Это - правдивая история. Не
потому, что все было именно так, как я расскажу, а потому,  что  могло  быть
именно так. Я написал то, что помню, а помню я далеко не все. Память - штука
ненадежная.  Что-то  помнишь,  как  кадры  хроники:  четко,  однозначно,   в
мельчайших деталях - что-то размыто - или не помнишь  вовсе.  Но  это  и  не
важно. Я помню свои мысли и  чувства,  которые  важнее  любых  фактов,  ради
которых я снова и снова возвращаюсь к этому лету. Потому что  лето  изменило
меня навсегда, и я не уверен, что эти перемены - к лучшему...
   ...Я помню тот день так хорошо, как будто он все еще продолжается...
   Был май, цвела черемуха, а я  считал  дни  до  лета.  Вставать  по  утрам
становилось все труднее, делать уроки все тяжелее,и я  был  подобен  бегуну,
который чувствует  усталость  и  начинает  задыхаться  на  последних  метрах
дистанции, когда, увидев красную ленточку, он подсознательно расслабляется и
думает о том, что будет после финиша. Отдохнуть за вечер  не  удавалось,  но
каждая минута перед телевизором  казалась  глотком  воды  среди  бесконечной
пустыни.
   В тот день я не смотрел ничего конкретно - бесцельно  переключал  каналы.
Мелькнувшее на  экране  лицо  показалось  знакомым.  Неприятно  знакомым.  Я
напрягся, пытаясь вспомнить, но в следующую секунду  бодрый  голос  ведущего
опередил мою память. Тот  жизнерадостно  пообещал  телезрителям,  что  после
рекламы они увидят интервью с  "самым  страшным  маньяком  постперестроечной
России". Этого оказалось достаточно - я почувствовал мелкую  дрожь.  У  меня
заныли суставы. Я очень хорошо помнил Волкова - и очень боялся его.
   Тогда, шесть лет назад, когда его поймали, он признался в том,  что  убил
восемнадцать подростков. Потом  сняли  жуткую  документалку,  где  гражданин
Волков спокойно, даже  как-то  отрешенно,  рассказывал  перед  камерой,  как
подстерегал подростков в посадках. Как душил их. Как насиловал  их  -  живых
или мертвых. Как резал  их  на  части  -  мертвых  или  живых.  Как  ел  их.
Показывали  фотографии  трупов,  отрытых  по   указаниям   Волкова,   записи
следственных экспериментов...
   ...Он очень боялся смерти. Его приговорили к расстрелу.  После  вынесения
приговора он пообещал: "Я  еще  вернусь".  Это  выглядело  пустой  бравадой,
неумелой попыткой соответствовать киношному образу  умного  и  безжалостного
убийцы. И все равно было страшно. Но я был уверен, что  его  расстреляли.  И
забыл о нем. Но он жив. Сидит в тюрьме на  Севере.  Не  работает  -  гуляет,
думает  о  смысле  жизни.  Читает  Достоевского.  Мне  захотелось  крикнуть:
"Почему?!!".  Ведущий  объяснил.  Совет   Европы.   Мараторий.   Пожизненное
заключение. Мысли беспорядочно вертелись в моей голове. Я что было сил  сжал
зубы - но боли не почувствовал. Лишь ненависть. И страх.
   В ту ночь я не спал почти до утра. Ураган мыслей не то чтобы утих  -  они
приобрели некоторую направленность, упорядоченность. Я думал о родственниках
жертв - каково им видеть убийцу, осознавать, что теперь они будут кормить  и
одевать его всю  жизнь.  Думал  о  жертвах-подростках  -  таких  же  как  я.
Медленно,  засыпая,  думал  о  несправедливости  жизни.  Постепенно   начала
выкристаллизовываться идея... Я почти видел белые громады  букв:  "Я  ДОЛЖЕН
УБИТЬ ВОЛКОВА.". Охваченный каким-то  странным  возбуждением,  я  дрожал  от
страха, но уже почти не сомневался, что сделаю это.
   Я знал, что весенней ночью и не такое придет в голову. Обычно по утрам  я
лишь поражаюсь фантастичности очередной мечты. Но  на  следующее  после  той
странной ночи утро я даже не вспомнил о своей безумной  идее  -  она  так  и
осталась неразвенчанной где-то глубоко у меня в мозгу. Но потом, о чем бы  я
ни думал, я все время незримо ощущал ее присутствие.
   Потом было еще две недели учебы. Потом - экзамены. Вернее, один  экзамен.
Физика. Даже будучи отличником, я безумно боялся, и, как выяснилось, зря.  В
день экзамена я пришел в школу раньше  назначенного  времени  и  убил  мышь,
сильно напугавшую пожилую учительницу. И  получил  пятерку,  рассказав  лишь
треть билета. До того, как начал рассказывать.
   Теперь, когда все позади и нервы мои на пределе, это убийство кажется мне
своего рода знамением, ведь до того дня я не убил ни одного живого  существа
(понятно, насекомые не в счет). Но, разумеется, после экзамена я  ни  о  чем
подобном не думал. Я мечтал о лете. Весь день голова моя была полна  тайными
замыслами, надеждами, мечтами. Я собирался  написать  что-нибудь  гениальное
или влюбиться, выучить итальянский или просто спать, гулять,
   купаться - одним словом, жить... А вечером  прочитал  газетную  статью  о
тюрьме, где держат смертников. В том  числе,  знаменитого  маньяка  Волкова.
Статью с небольшим интервью и большой  фотографией  последнего.  Теперь  уже
ничего нельзя было изменить. Я выбрал смерть.
   На следующий день я проснулся позже,  чем  во  время  учебы,  но  все  же
слишком рано для первого дня каникул - часов в  десять  утра.  Вместо  того,
чтобы понежиться в постели, о чем  я  мечтал  весь  год,  почти  скатился  с
кровати и направился в ванную. Автоматически умылся, что-то съел (не  помню,
что именно). Потом ушел  и  шатался  по  городу  весь  день,  подсознательно
выбирая незнакомые улицы из боязни встретить кого-нибудь  из  знакомых.  Мне
нужно было хорошенько подумать, потому что  одно  дело  -  хотеть  убить,  а
совсем другое - знать, как добраться до той сволочи в ее заполярной  тюрьме.
Понятно, что  съездить  туда,  ткнуть  его  кухонным  ножом  и  благополучно
вернуться домой я не  мог,  хотя  и  хотелось.  Нанять  кого-нибудь  -  тоже
неплохо, но платить ему нечем. Я сдавил виски что было сил, и  это,  как  ни
странно, помогло. Я вспомнил ту передачку, потом - статью и  меня  прошибло.
Там говорили, что ему можно получать до трех посылок в год, не считая писем.
И ему никто ничего не пишет и никто ничего не присылает уже несколько лет (С
чего бы это?..). Почему бы мне не стать первым, а? Послать  ему  чего-нибудь
взрывоопасного, он откроет и..! Хорошо бы, да  нереально.  Мне  в  жизни  не
найти хорошей взрывчатки, а если даже и найду и если даже она  не  рванет  в
почтовом вагоне или в руках вскрывших ее вертухаев (что вряд ли), то  Волков
совсем не дурак и оч-чень неплохо себе представляет, сколько народу  спит  и
видит, как бы лишить его жизни с максимально возможной жестокостью. Так  что
фиг он вскроет посылочку. И правильно сделает. Нет, взрывчатка не пойдет.  А
если  не  взрывчатка,  то...Ага.   Именно.   Меня   посетило   нечто   вроде
"мистического озарения", о котором я когда-то  читал.  Неожиданно  я  увидел
весь свой план в мельчайших подробностях, как  будто  со  стороны.  Я  видел
себя, посылающего Ему письмо. Без восторга, но  вполне  благожелательное.  В
нем, написанном на листке, аккуратно вырванном  из  школьной  тетради,  я  с
детской серьезностью сообщал о своем интересе к патологическим  личностям  и
прочим маньякам и просил рассказать что-нибудь.  Он  отвечает,  рассказывает
страшные, ужасные вещи, не без гордости делится собственными  впечатлениями,
которых нет ни в одном  фильме.  В  обмен  я  присылаю  ему  книги,  деньги,
сигареты, продукты. Продукты. Я знал, что он не  притронется  к  содержимому
первой посылки. Скорее всего, им  полакомится  его  сокамерник,  а  может  -
бродячая собака или кошка - все равно. Потому что в этой посылке  все  будет
самое лучшее, самое качественное, самое свежее. Во второй, на всякий случай,
тоже. Третья будет буквально напичкана ядом...





 
 
Страница сгенерировалась за 0.0578 сек.