Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Сказки

Л. Гераскина - В стране невыученных уроков

Скачать Л. Гераскина - В стране невыученных уроков

   В тот день, когда все это началось, мне не везло с самого утра. У нас
было пять уроков. И на каждом меня вызывали. И по каждому предмету я по-
лучил двойку. Всего пять двоек за день! Четыре двойки, наверное, я полу-
чил за то, что отвечал не так, как хотелось  бы  учителям  А  вот  пятую
двойку поставили совсем несправедливо.
   Даже смешно сказать, из-за чего мне влепили эту несчастную двойку. За
какой-то круговорот воды в природе.
   Интересно, что бы вы ответили на такой вопрос учительницы:
   - Куда девается вода, которая испаряется с поверхности озер, рек, мо-
рей, океанов и луж?
   Не знаю, что бы вы ответили, а мне ясно, что если вода испаряется, то
ее уже нет. Ведь не зря же говорят про человека, который  вдруг  куда-то
скрылся: "Он испарился". Это значит - "он исчез". Но Зоя Филипповна, на-
ша учительница, почему-то стала придираться и задавать лишние вопросы:
   - Куда исчезает вода? А может быть, она все-таки не исчезает?  Может,
ты хорошенько подумаешь и ответишь как следует?
   По-моему, я и так ответил как следует. Зоя  Филипповна,  конечно,  со
мной не согласилась. Я давно заметил, что учителя редко со мной соглаша-
ются. Есть у них такой отрицательный минус.
   Кому охота спешить домой, если несешь в портфеле  целую  кучу  двоек?
Мне, например, неохота. Поэтому я и шел домой через час по столовой лож-
ке. Но как медленно ни иди, а все равно придешь домой. Хорошо  еще,  что
папа в командировке. А то сразу бы начался разговор о том,  что  у  меня
нет характера. Об этом папа вспоминал  всегда,  как  только  я  приносил
двойку.
   - Ив кого ты такой? - удивлялся папа. - Совсем нет характера. Не  мо-
жешь взять себя в руки и хорошо учиться.
   - Воли у него нет, - добавляла мама и тоже удивлялась: -  В  кого  бы
это?
   Мои родители имеют твердый характер и сильную волю, а вот я, оказыва-
ется, почему-то не имею. Поэтому-то я и не решился сразу притащиться до-
мой с пятью двойками в портфеле.
   Чтобы подольше тянуть время, я заходил по дороге во все магазины под-
ряд. В книжном я встретил Люсю Карандашкину. Она моя соседка  два  раза:
живет в одном доме со мной, а в классе сидит позади меня. Нигде  от  нее
нет покоя - ни в школе, ни дома. Люся уже успела пообедать и прибежала в
магазин за тетрадями. Был здесь и Сережа Петькин. Он пришел  узнать,  не
получены ли новые марки. Сережа покупает марки и воображает себя филате-
листом. А помоему, так собирать коллекцию марок может каждый дурак, если
у него есть деньги.
   Я не захотел встречаться с ребятами, но они меня заметили и сразу  же
стали обсуждать мои двойки. Конечно, они доказывали, что Зоя  Филипповна
поступила справедливо. А когда я их припер к стенке, то вышло,  что  они
тоже не знали, куда девается испарившаяся вода. Небось влепила бы им Зоя
за это по двойке - они бы сразу запели другое.
   Мы спорили, кажется, немного шумно. Продавщица предложила  нам  выйти
из магазина. Я сейчас же ушел, а ребята остались. Продавщица сразу дога-
далась, кто из нас лучше воспитан. А ведь завтра они будут рассказывать,
что шум в магазине поднял я. Пожалуй, еще разболтают, что я на  прощание
показал им язык. А что тут, спрашивается, плохого? Анна  Сергеевна,  наш
школьный врач, нисколько на это не обижается, она даже сама просит, что-
бы ребята показали ей язык. А она-то уж знает, что хорошо, а что плохо.
   Когда меня выставили из книжного магазина, я понял, что очень  прого-
лодался. Есть хотелось все больше, а идти домой - все меньше.
   На пути остался только один магазин. Неинтересный - хозяйственный.  В
нем противно пахло керосином. Из него тоже пришлось уйти.  Продавец  три
раза меня спросил:
   - А что тебе здесь надо, мальчик?
   Мама открыла дверь молча. Но это меня не порадовало. Я знал, что  она
сначала накормит меня, а потом...
   Скрыть двойки было невозможно. Мама давно сказала, что читает в  моих
глазах все, что я хочу от нее скрыть, в том числе и то, что  написано  в
моем дневнике. Какой же смысл врать?
   Я ел и старался не смотреть на маму. Думал, сможет ли она прочесть  в
моих глазах сразу про все пять двоек.
   Кот Кузя спрыгнул с подоконника и завертелся у моих ног. Он очень ме-
ня любит и ласкается совсем не потому, что ждет от меня что-нибудь вкус-
ное. Кузя знает, что я пришел из школы, а не из магазина, значит,  ниче-
го, кроме плохих отметок, принести не мог.
   Я старался есть как можно медленней, но это не получалось, оттого что
я сильно проголодался. Мама сидела напротив, смотрела на меня  и  ужасно
молчала. Вот сейчас, когда я съем последнюю ложку компота, и начнется...
   Но раздался телефонный звонок. Ура! Звонила тетя Поля. Раньше чем че-
рез час она не отпустит маму от телефон?
   - Немедленно садись за уроки, - приказала мама и взяла трубку.
   За уроки, когда я так устал! Хотелось хоть часок отдохнуть и поиграть
во дворе с ребятами. Но мама зажала трубку рукой и сказала, что я должен
прогулку по магазинам засчитать себе за отдых. Вот как она умеет  читать
по глазам! Боюсь, что она прочтет и про двойки.
   Пришлось уйти в свою комнату и засесть за уроки.
   - Убери на своем столе! - крикнула вдогонку мама.
   Легко сказать - убери! Я иногда просто удивляюсь, глядя на свой стол.
Как много предметов на нем умещается. Тут рваные учебники и  тетрадки  в
четыре листика, ручки, карандаши, линейки. Их,  правда,  теснят  гвозди,
шурупы, обрывки проволоки и другие нужные вещи. Я  очень  люблю  гвозди.
Они у меня есть всех размеров и разной толщины. А мама почему-то их сов-
сем не любит. Она много раз выбрасывала их, но они снова возвращаются на
мой стол, как бумеранги. Мама сердится на меня за то, что я больше люблю
гвозди, чем учебники. А кто виноват? Конечно, не я, а учебники. Не  надо
быть такими скучными.
   На этот раз я управился с уборкой быстро. Выдвинул ящик стола и сгреб
туда все вещи. Скоро и удобно. И пыль сразу стирается. Теперь можно было
приняться за уроки. Я раскрыл дневник, и передо мной замелькали  двойки.
Они были такие заметные потому,  что  их  написали  красными  чернилами.
По-моему, это неправильно. Зачем писать двойку красными чернилами?  Ведь
все хорошее тоже отмечают красным. Например, праздники и  воскресенья  в
календаре. Посмотришь на красную цифру - и радуешься: в школу ходить  не
надо. Пятерку тоже можно писать красными чернилами. А тройку,  двойку  и
кол - только черными! Удивительно, как наши учителя  сами  не  могут  до
этого додуматься!
   Уроков, как нарочно, задали очень много. А день был  солнечный,  теп-
лый, и мальчишки во дворе гоняли мяч. Интересно, кто стоял вместо меня в
воротах? Наверно, опять Сашка: он давно метит на мое место у ворот.  Это
просто смешно. Все знают, какой он сапожник.
   Кот Кузя устроился на подоконнике и оттуда, как с трибуны, следил  за
игрой. Кузька не пропускал ни одного матча, а папа и мама не верят,  что
он настоящий болельщик. И зря. Он даже любит слушать, когда я  рассказы-
ваю о футболе. Не перебивает, не уходит, даже мурлычет. А кошки мурлычут
только тогда, когда им приятно.
   Мне задали правила по безударным гласным. Надо было их  повторить.  Я
этого делать, конечно, не стал. Бесполезно повторять то, чего все  равно
не знаешь. Потом надо было прочитать про этот самый  круговорот  воды  в
природе. Я вспомнил Зою Филипповну и решил лучше заняться решением зада-
чи.
   Тут тоже ничего приятного не было. Какие-то землекопы рыли неизвестно
для чего какую-то траншею. Не успел я выписать  условия,  как  заговорил
репродуктор. Можно было бы немножко отвлечься и послушать. Но чей  голос
я услышал? Голос нашей Зои Филипповны! Мало мне в школе надоел ее голос!
Она по радио советы давала ребятам, как  надо  готовиться  к  экзаменам,
рассказывала, как это делает наша лучшая ученица Катя Пятеркина. Так как
готовиться к экзаменам я не собирался, радио пришлось выключить.
   Задача была очень трудная и бестолковая. Я  уже  почти  стал  догады-
ваться, как ее надо решить, но... в окно влетел футбольный мяч. Это  ре-
бята вызывали меня во двор. Я схватил мяч и хотел было вылезти через ок-
но, но мамин голос догнал меня на подоконнике.
   - Витя! Ты делаешь уроки?! - кричала она из кухни. Там у  нее  что-то
кипело и ворчало на сковородке. Поэтому мама не могла  прийти  и  выдать
мне что полагается за побег. Она почему-то очень не любила, когда я  вы-
ходил через окно, а не через дверь. Хорош бы я был, если бы мама вошла!
   Я слез с подоконника, швырнул ребятам мяч и ответил маме,  что  делаю
уроки.
   Снова открыл задачник. Пять землекопов выкопали траншею в сто  погон-
ных метров за четыре дня. Что бы придумать для первого  вопроса?  Я  уже
опять почти начал соображать, но мне снова помешали.  В  окно  заглянула
Люська Карандашкина. Одна косичка была у нее перевязана красной  лентой,
а другая - распущена. И это не только сегодня. У нее почти  каждый  день
так. То правая косичка распущена, то левая. Лучше бы она больше внимания
обращала на свою прическу, чем на чужие двойки, тем более что  у  нее  и
своих хватает. Люся сказала, что задача о землекопах такая трудная,  что
даже ее бабушка не могла решить. Счастливая Люська! А у меня нет никакой
бабушки.
   - Давай решать вместе! - предложила Люська и через окно влезла в  мою
комнату.
   Я отказался. Ничего хорошего из этого не вышло бы. Лучше уж самому.
   Снова стал рассуждать. Пять землекопов вырыли траншею в сто  погонных
метров. Погонных? Почему метры называются погонными? Кто их погоняет?
   Я стал думать про это и сочинил скороговорку: "Погонщик в погонах по-
гонял погонным метром..." Тут мама снова закричала из кухни.  Я  спохва-
тился и стал сильно трясти головой, чтобы забыть о погонщике в погонах и
вернуться к землекопам. Ну что мне с ними делать?
   - А хорошо бы погонщика назвать Паганелем. Ну а землекопы? Как с ними
быть? Может, помножить их на метры?
   - Не надо помножать, - возразила Люся, - все равно ничего не узнаешь.
   Назло ей я все-гаки помножил землекопов. Правда, ничего хорошего  про
них не узнал, но зато теперь можно было переходить ко  второму  вопросу.
Тогда я решил разделить метры на землекопов.
   - Не надо делить, - опять вмешалась Люся - Я уже  делила.  Ничего  не
получается.





 
 
Страница сгенерировалась за 0.0619 сек.