Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Научно-фантастическая литература

Юрий Герасименко. - Мартовский ветер

Скачать Юрий Герасименко. - Мартовский ветер

      6. ДВЕ ПОЛОВИНКИ ЯБЛОКА

   Домой Маринка добралась как раз тогда, когда  старенькие  стенные  часы
пробили ровно двенадцать. Паренек лежал лицом к  стене  и  на  приветствие
вовсе не ответил.
   - Михайло... Ну, чего ты?..
   - Больше с тобой не разговариваю.
   Вот как! Сбросила кожух, присела на край лежанки:
   - Ну я ж... Я ж только до тетки Ганны. Надо же тебя чем-то  подкормить.
Вон, целую баночку смальца принесла.  Ну,  прости,  я  больше  никогда  не
буду...
   - Можешь сама подкармливаться.
   - Ну, хватит, хватит. Поворачивайся, вставай. Сказала  ж  -  больше  не
буду...
   Михайло натянул на голову одеяло:
   - Отстань.  -  А  немного  погодя  добавил  спокойно,  презрительно:  -
Пустомеля. Ни одному твоему слову не верю.
   - Ну и не верь. - Маринка встала. - Подумаешь! Для  него  ж  старалась,
ходила, а он еще и выговаривает!
   Михайло молчал.
   Притащила хворосту, растопила печь. И,  уже  наливая  в  миски  горячий
ароматный кулеш, обратилась подчеркнуто независимо:
   - Вставай. Гонор гонором, а есть нужно.
   Похлебали молча.
   Вымыла посуду, поставила на печку -  пусть  сохнет.  Налила  кипятку  в
тазик:
   - Снимай рубашку.
   - Спасибо, не нужно. Рубаха у меня чистая.
   - Снимай, снимай!
   Михайло что-то пробурчал недовольно, однако стянул нижнюю рубаху:
   - Куда ее?
   - Давай сюда. О, скоро  уже  как  у  того  неряхи  -  читал  сказку?  -
прислонишь к стенке, будет стоять как лубяная. Что? И самому смешно?
   Но Михайло смеяться не собирался, отвернулся снова к стене. То ли спит,
то ли притворяется.
   Выстирала.  Посмотрела  в  окно:  за  хатой  -  от  яблони  к  сараю  -
алюминиевый провод натянут. Повесить  бы  там  рубашку,  чтобы  морозом  и
ветром пахла...  Нельзя.  Андрон  сразу  заметит.  Развесила  над  плитой.
Оделась, вышла во двор.
   А зима уже и не настоящая вовсе. Снег липкий,  сейчас  бы  в  снежки...
Метелица улеглась. Над мелочно-белыми сугробами в сером  небе  тонко-топко
чернеют влажные вишневые веточки. Весною пахнет...
   Маринка приникла распаленной щекой к мокрому стволу, задумалась...  Вот
и прогневала своего ненаглядного. И все равно она счастлива... Как  бы  он
ни сердился, а она может, имеет право, если захочет, увидеть его, услышать
голос. Может помогать ему, а если, не дай бог, что случится, может,  имеет
право своей жизнью спасти его... И даже - чего  не  бывает  -  даже  может
понравиться ему когда-нибудь...
   "Понравиться? - подумала и усмехнулась: - Чудачка..."
   Михайло - он вон какой: смелый, умный,  хороший.  Красивый  -  глаз  не
отвести! А она трусиха и недотепа. Да и внешне как вон то огородное пугало
- худющая, хромая...
   Понравиться... Достала  из  кармана  осколок  зеркальца,  держа  его  в
вытянутой руке, внимательно осмотрела  себя.  Коса...  Всего-то  и  добра!
Только и славы, что толстая и длинная. Волосы черные, брови чернющие, щеки
румяные...
   Как знать... А может, не так уж и плоха она?..
   Спрятала зеркальце, понурившись, поплелась в хату.
   Михайло читал. Читал ли действительно или только делал вид?
   Прибрала в комнате, подмела, выгребла из печки, и смеркаться начало.
   Проверила засов, взялась за коптилку и опять не стерпела:
   - Ну что ж? Так и будем молчать?
   Михайло ничего не ответил, отложил книжку, лежал и смотрел  в  потолок,
будто читал на нем что-то важное и необычайно интересное.
   И Маринке стало грустно, совсем  тоскливо.  Ей  вдруг  показалось,  что
никто к ней и не приходил, не стучал ночью, - как была она одинокой, так и
осталась одна-одинешенька, как вот этот трепещущий огонек каганца в черной
беспредельности ночи...
   С этой мыслью и начала стелить постель. Каганец решила пока не гасить -
все равно не заснет. Какой там сон!
   Отодвинула занавеску - черным-черно, ни огонька, ни лучика. Вот так  же
и на сердце у Маринки. Легла, и вдруг мысль, ни  с  того  ни  с  сего:  "А
может, и прав Андрон? Как ни живи, как ни старайся - придет смерть  и  все
исчезнет: и ты сам, и память о тебе". Подумала, и мороз по  коже  от  этой
мысли: нет, тут что-то не так... Не может, никак не может все это,  что  я
думаю, желаю, к чему стремлюсь, не может вот так  вот  просто  оборваться,
исчезнуть бесследно. Все это есть же, существует. Не иллюзия же  это,  все
существует действительно! Так куда оно может деться после смерти?
   А может, есть все-таки  какой-то  иной  свет,  где  все  это  -  мысли,
желания, все мое - будет существовать вечно? Может, и вправду все  мертвые
- мертвые только для нас, живых, и, вероятно, когда-нибудь потом они и для
живых воскреснут?
   Нет...  В  это  она  тоже  никогда  не  поверит.  Не   будет   никакого
воскресения. Мертвые не проснутся, Надийка не встанет, никогда  не  придет
папка. Никогда-никогда...
   Да что это она все о смерти да о смерти?.. Даже тошно от  этих  мыслей.
Встала, достала из кошелки яблоко, разрезала на две равные половинки.
   - На, - тронула Михаила: за плечо. Паренек повернул голову:
   - Что такое?
   - Да вот, говорят, у древних греков, у богов их, было яблоко раздора. А
у меня вот, значит, яблоко примирения...
   Михайло внимательно, как-то особенно внимательно - необычно - посмотрел
на Маринку.
   - Ну, мир? - спросила умоляюще, держа перед ним половинку.
   - Мир, говоришь... - и вновь  взглянул  на  Маринку  странными,  словно
затуманенными глазами.  -  Ох  ты  и  хитрая  у  меня...  Ох  и  хитрая...
Сумела-таки подъехать!
   Замолчал. Медленно и вроде несмело взял.
   - Ты у меня... - улыбнулся задумчиво - нет, не Марине, своему  чему-то,
глубоко затаенному. И совсем уже без улыбки, даже грустно закончил: - Ты у
меня... хорошая...
   Маринка даже дыхание затаила. Опустила глаза, положила  на  стол  свою,
так и не тронутую половинку.
   "Ты у меня..." А почему это он так сказал? Что он хотел этим сказать?
   "Ты у меня..."
   Ой, как хорошо! Как  здорово!  Никогда  еще  не  было  так  хорошо!  "У
меня..." У него..."
   И, уже не  сознавая,  что  говорит,  что  делает,  замирая,  запинаясь,
прошептала:
   - Милый!.. Люблю тебя!..

 





 
 
Страница сгенерировалась за 0.0443 сек.