Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Научно-фантастическая литература

Брюс СТЕРЛИНГ - ЦАРИЦА ЦИКАД

Скачать Брюс СТЕРЛИНГ - ЦАРИЦА ЦИКАД

   Я предложил моей гостье грушу с ликером: моя  студия  находилась  слишком
близко к оси, поэтому здесь нельзя было пользоваться чашками.
   - Никогда еще у тебя не была, - сказала Аркадия. - Мне здесь нравится.  А
это что за водоросли?
   - Это лишайник, - ответил я.
   - Очень красивый. Какой-нибудь из твоих особых сортов?
   - Они все особые, - сказал я. - Вон там - сорта Марк Третий и  Четвертый,
предназначенные для марсианского проекта. А  там  -  сорта,  особенно  тонко
реагирующие на загрязнение;  я  разработал  их  для  мониторинга  окружающей
среды. Лишайники вообще  очень  чувствительны  к  любым  загрязнениям.  -  Я
включил аэроионизатор. В кишечнике механистов кишмя кишат самые  невероятные
штаммы бактерий,  воздействие  которых  на  мои  лишайники  могло  оказаться
катастрофическим.
   - А где у тебя тот лишайник, который живет в самоцвете Матки?
   - Он находится в другом месте, - сказал я, - надежно изолированном.  Если
лишить его привычной среды, камня, он начинает расти слишком быстро и  очень
неправильно. Как раковые клетки. К тому же он  жутко  воняет.  -  Я  неловко
улыбнулся. Вонь, вечно исходившая от механистов, была для шейперов  дежурной
темой. Притчей во языцех. Вот и сейчас  мне  казалось,  что  я  уже  начинаю
ощущать резкий неприятный запах пота от подмышек Аркадии.
   Она тоже выжала кривую улыбочку и  нервно  протерла  серебристую  лицевую
панель маленького каплеобразного контейнера с микропроцессором,  вживленного
в ее предплечье.
   - У Валерии очередной приступ депрессии, - сообщила она.  -  Я  подумала,
что на тебя тоже бы взглянуть не мешало.
   В моем мозгу на секунду вспыхнуло кошмарное видение: влажная  кожа  наших
обнаженных тел, скользкая от крови самоубийцы.
   - Да. История была не очень.., удачная, - сказал я.
   - ЦК буквально гудит  от  разговоров  о  смерти  контролера,  -  заметила
Аркадия.
   - Умер контролер? - поразился я.  -  Впервые  слышу.  Я  еще  не  смотрел
последние новости.
   В глазах Аркадии мелькнуло хитроватое выражение.
   - Ты видел его там, - утвердительно сказала она.
   Меня  неприятно  поразило  ее  явное  желание  сделать  наше  с  Валерией
пребывание в привате предметом разговора.
   - У меня много работы, - резко ответил  я  и,  сделав  движение  ластами,
развернулся на девяносто градусов. Теперь мы могли смотреть  друг  на  друга
только нелепо вывернув шеи. На мой взгляд, это  увеличивало  и  подчеркивало
разделявшую нас социальную дистанцию. Она беззлобно рассмеялась.
   - Не будь таким формалистом, Ганс. Ты ведешь себя  так,  словно  все  еще
находишься под псами. Тебе придется рассказать об этой истории  поподробней,
если ты хочешь, чтобы я помогла вам обоим. А я хочу  помочь.  Мне  нравится,
как вы выглядите вместе. Мне доставляет эстетическое  удовольствие  смотреть
на вас.
   - Спасибо за заботу.
   - Но я действительно хочу о  вас  позаботиться.  Мне  до  смерти  надоело
смотреть, как Валерия виснет на таком старом козле как Уэллспринг.
   - Намекаешь, что они - любовники? - поинтересовался я.
   - А ведь ты не прочь узнать, что они делают в своем излюбленном  привате,
да? - Она прищелкнула пальцами, покрытыми металлической чешуей. - Как знать.
Может, они просто играют  там  в  шахматы,  а?  -  Ее  глаза,  полуприкрытые
тяжелыми от золотой пудры веками, лениво скосились в мою сторону. - Не  надо
прикидываться потрясенным, Ганс. Сила и власть Уэллспринга знакомы  тебе  не
хуже, чем остальным. Он богат и стар, а  мы,  женщины  Полиуглеродной  лиги,
молоды и не слишком  обременены  принципами.  -  Аркадия  с  невинным  видом
похлопала длинными ресницами. - К тому же никогда  не  приходилось  слышать,
чтобы он потребовал от нас хоть что-то такое, чего мы сами не хотели бы  ему
дать. - Она подплыла поближе ко мне. - Ну же, Ганс! Расскажи-ка мне  о  том,
что тебе пришлось там увидеть. Цикады сами не  свои  до  таких  новостей,  а
Валерия молчит. Молчит и хандрит.
   Открыв холодильник, я принялся рыться на  его  полках,  пытаясь  отыскать
среди чашек Петри еще одну грушу с ликером.
   - Сдается мне, что ты втягиваешь меня в этот разговор не по  своей  воле,
Аркадия, - сказал я.
   Она некоторое время  колебалась,  потом  рассмеялась  и  беспечно  пожала
плечами.
   - А ты не лишен здравого смысла, дружок, - сказала она. - Будешь и дальше
держать ушки на макушке, далеко пойдешь. - Она достала  из  закрепленной  на
лакированном ремешке кобуры красивый ингалятор, затянулась и добавила:
   - К вопросу об ушках. Да и о глазках тоже. Ты уже почистил свои хоромы от
электронных жучков?
   - Кому я нужен? Кто меня подслушивает?
   - А кто не подслушивает? - Аркадия напустила на  себя  скучающий  вид.  -
Неважно. Пока я говорила лишь о том, что и так всем известно. Будешь  иногда
водить меня в приват, узнаешь все  остальное.  -  Она  стрельнула  из  груши
струйкой янтарного ликера, дождалась, пока та долетит до  ее  рта,  а  затем
ловко  всосала  спиртное  сквозь  зубы.  -  В  ЦК  затевается  что-то  очень
серьезное, Ганс. Простых  обывателей  это  не  коснулось.  Пока.  Но  смерть
контролера - дурной знак. Остальные советники сейчас трактуют эту смерть как
его личное дело, но любому, кто даст себе труд хоть на  секунду  задуматься,
ясно: дело нечисто. Он ведь  даже  не  привел  в  порядок  свои  дела.  Нет,
контролер не просто устал от жизни  -  ниточки  от  его  самоубийства  ведут
прямиком к Матке. Я в этом уверена.
   - Не исключено. С возрастом сумасбродства у  нее  только  прибавилось.  У
тебя его тоже накопилось бы немало, если б тебе  пришлось  почти  всю  жизнь
провести среди чужаков, согласна? При всем при том я действительно  искренне
сочувствую нашей Матке. И если ей понадобилось прикончить  несколько  старых
зажравшихся недоносков, чтобы вновь обрести душевное равновесие,  что  ж,  в
добрый путь! Если дело только в этом, я могу спать спокойно.
   Стараясь  сохранить  на  лице  невозмутимое  выражение,   я   лихорадочно
обдумывал сказанное Аркадией. В основе всей структуры  ЦК  лежало  отношение
нашей Матки к изгнанникам. В  течение  семидесяти  лет  нонконформисты  всех
мастей: правонарушители и оппозиционеры,  революционеры  и  пацифисты,  даже
пираты - находили себе надежное убежище под  сенью  ее  крыл.  Непререкаемый
авторитет ее собратьев Инвесторов защищал нас всех от  хищных  поползновений
фашиствующих шейперов и сектантствующих механистов-фундаменталистов. ЦК  был
настоящим  оазисом  здравомыслия,  окруженным  со   всех   сторон   порочной
аморальностью непримиримых группировок, на которые была разодрана  остальная
часть человечества. Пригороды ЦК вращались, соединенные паутиной,  в  центре
которой  находился  корпус  старого  корабля,  превращенный   в   сверкающую
драгоценными камнями обитель королевы.




 
 
Страница сгенерировалась за 0.0433 сек.