Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Фэнтези

Филипп ФАРМЕР - ЧУЖОЕ ПРИНУЖДЕНИЕ

Скачать Филипп ФАРМЕР - ЧУЖОЕ ПРИНУЖДЕНИЕ

     Галерс вздохнул с облегчением, так как не был вполне уверен, что  его
апелляция к закону окажется  действенной,  хотя  у  него  и  было  смутное
предчувствие, что такие люди, как Эверлейк, законы  уважают  и  соблюдают.
Они привыкли к тому, что их приказания выполняются неукоснительно, и отказ
повиноваться с их стороны означал  бы  глубокий  конфликт  с  собственными
убеждениями.
     Галерс погладил девушку по плечу, затем подошел к  двери,  в  которой
стояла Рода, подняв вверх большой палец в знак того, что общий  анализ  не
показал наличия в крови инородных тел. Он вышел в  коридор  и  сообщил  об
этом Харази, который сразу же заметно повеселел.
     - Жена не любит, когда я задерживаюсь на работе и опаздываю к  обеду.
Грозится, что мне придется подыскать другую  работу.  А  я  люблю  Луну  и
чувствую себя здесь гораздо лучше, чем на Земле.
     - А я бы хотел убраться отсюда как можно скорее, - признался  Галерс,
и бросив взгляд вдоль коридора, поинтересовался: - А где капитан?
     - Его утащил Рэсполд. Для чего - не знаю. Доктор, как ты отнесешься к
тому, что  я  уговорю  шефа,  О'Брайена,  завизировать  твой  отчет?  Твоя
медслужба будет удовлетворена, я смогу снять карантин и отпустить всех  по
домам.  К  тому  же  администрация  "Саксвелла"  не  высказывает   особого
восторга, когда корабли подолгу отстаиваются в доках. А уж она  может  при
желании сделать жизнь таможенника  совершенно  невыносимой.  -  Он  возвел
глаза к небу. - Боже всемогущий!  Скольким  же  людям  я  должен  угодить!
Капитану, команде, медикам,  "Саксвеллу",  и  наконец,  а  это  далеко  не
последнее, собственной жене! Все брошу и умотаю куда-нибудь подальше!
     - С моей стороны препятствий не будет. Но  есть  еще  одно  лицо,  от
которого зависит решение - Рэсполд. Он еще  не  завершил  предварительного
расследования.
     Гарри сразу ушел,  а  Галерс  и  Рода  Ту  вернулись  в  каюту.  Рода
подтянула свою тележку прямо к койке и  начала  раздевать  девушку.  Дебби
глядела на медиков распухшими от слез глазами.
     - Не бойтесь, - попытался успокоить  ее  Марк.  -  Мы  попробуем  вас
подлечить. Может быть, вам и станет больно, но только для вашей же пользы.
Это нужно,  чтобы  освободить  вас  от  того,  что,  накапливаясь  годами,
прорвалось в самый неподходящий момент, и уложить вас в больницу.
     Он сознательно опустил слово "психиатрическую", так  как  оно  пугало
пациентов даже в эту, казалось бы, просвещенную эпоху.
     Рода  произвела  еще  один   анализ   крови,   а   Галерс   прикрепил
чувствительный элемент электроэнцефалографа к  голове  девушки  и  обмотал
проводом, чтобы она не могла нечаянно сорвать его.
     - Пожалуйста, не  впускайте  сюда  отца,  чтобы  он  не  увидел  меня
раздетой, - умоляющим тоном попросила Дебби.
     Галерс  пообещал  и  решил  ознакомиться   попозже   с   характерными
особенностями  религии  ремоитов.  Такую  скромность  теперь  можно   было
встретить разве что у психопаток. На вид девушка была психически здоровой,
и  причиной  ее  просьбы  могло  быть  только   ненормальное   воспитание,
полученное на Мелвилле.
     Рода  активировала  электромагнитный  дверной  замок,  а  Галерс  тем
временем прикрепил к телу пациентки два небольших плоских диска: один чуть
выше сердца, другой на животе. От них к тележке тянулись провода.
     - Этот датчик  регистрирует  сердцебиение,  а  вот  этот  -  мышечную
активность, - объяснял он.
     - А что вы намерены делать? - слегка обеспокоенно  спросила  девушка,
переставая плакать.
     Марк взял из рук Роды шприц.
     - Здесь десять кубиков азефина и десять - глюкозы. Я намерен  сделать
внутримышечную инъекцию, которая очень быстро подействует на вашу  нервную
систему  на  психоматическом,  то   есть   подсознательном   уровне.   Она
высвободит... должна высвободить все побочные эффекты недавних событий.  И
это высвобождение, сколь бы мучительным оно ни было для вас, принесет  вам
огромную пользу. После того, как взрыв вашей  активности  угаснет  сам  по
себе, вам станет неизмеримо лучше.  И  в  будущем  не  придется  опасаться
подавленных в подсознании горестных воспоминаний.
     - А если  я  откажусь  принимать  это  лечение?  -  дрожащим  голосом
спросила она.
     - Мисс Эверлейк, я вовсе не  собираюсь  ограничивать  вашу  свободную
волю. И не ввожу вас в заблуждение,  утверждая,  что  вам  станет  гораздо
лучше. Не спорю, азефин  -  новое  средство.  Но  он  прошел  лабораторную
проверку в течение пяти лет и уже три года применялся в  медицине.  Я  сам
прибегал к его помощи несколько раз при лечении своих  пациентов.  И  могу
утверждать, что действие его полностью предсказуемо.
     - Хорошо, доктор, я вам верю.
     Галерс сделал ей инъекцию и произнес:
     - Теперь крепитесь.  Не  пытайтесь  сдерживать  порывы  своего  тела.
Захотите говорить - говорите. Возможно, вы обнаружите, что говорите  нечто
такое, что не предназначено для чужих ушей, и в чем вы раньше сами себе не
сознавались. Но пусть вас не смущает наше присутствие. По ту сторону  этих
стен не просочится ни одно слово из сказанных вами. И наше отношение к вам
нисколько от этого не изменится.
     Она вытаращила глаза.
     - Почему вы сразу не предупредили?
     - А вы бы согласились? Люди бояться  извержения  своего  подсознания,
боятся сами себя. Они, по-видимому, где-то в  глубине  души  считают  себя
плохими, и не хотят, чтобы это обнаружил кто-либо еще. Довольно нелепое  к
себе отношение. Никто не является сущим  ангелом  или  сущим  дьяволом.  В
каждом из нас есть частица всего, что присуще  Земле  в  целом.  И  ничего
плохого в том, что мы  честно  признаемся,  нет.  А  в  случае,  когда  мы
отказываемся что-либо открыть сами, оно прорывается против  нашей  воли  и
может раздавить нас физически или повлиять на наш ум.
     Он взял второй шприц.
     - Смотрите. Здесь  противоядие.  Действие  азефина  будет  тотчас  же
нейтрализовано. Только скажите, и я сделаю укол. Как хотите.  Может  быть,
вы согласны и дальше жить с бомбой замедленного действия,  притаившейся  в
вашей психике, уповая на то, что она никогда не взорвется. Решайте.
     Девушка в нерешительности прикусила губу.
     - Поверьте, Дебби, вы не скажете ни одного слова, какого бы  мне  уже
не приходилось  слышать  от  своих  пациентов.  Зато  очиститесь  от  всех
токсичных для  вашей  психики  элементов,  которые  накопились  в  ней  за
последнее время. Более того, вы будете сознавать, о  чем  говорите,  и  по
первому требованию я впрысну противоядие.
     Она молчала, беспомощно глядя на шприц.  Он  подошел  и  приготовился
сделать укол, но девушка отвела его руку.
     - Не надо. Я согласна. - Спасибо, Дебби.
     Галерс повернулся, чтобы положить на место шприц, и  встретил  взгляд
Роды. Она смотрела на него с упреком. Да, он поступил  не  вполне  этично.
Следовало бы действовать строго по инструкции. Марк же  рассказал  девушке
только о том, что  инъекция  эта  каким-то  неожиданным  для  нее  образом
раскрепостит ее психику. Но опыт подсказывал, что не следует говорить  всю
правду о азефине тем, кто в нем нуждается. Деборе Эверлейк  инъекция  была
крайне необходима. И он, несмотря ни на что,  должен  был  ее  произвести.
Легкая подстраховка себя оправдала.
     Выйдя в коридор,  Галерс  ознакомился  с  личной  карточкой  девушки,
которую по ходу дела отыскала Рода в корабельном архиве.  В  ней  не  было
записей о каких-либо прошлых  болезнях.  Однако,  самое  главное,  имелась
информация о совершенно здоровом  сердце.  Собственно,  если  оно  было  в
состоянии выдержать недавний загадочный приступ,  то  должно  перенести  и
сильную, но кратковременную перегрузку, которую вызовет азефин.
     Расположившись рядом с автодиагностом, Марк одним  глазом  поглядывал
на стрелки приборов, а другой не отрывал от  пациентки.  Действие  азефина
начало проявляться ровно через три минуты после инъекции.
     Сначала по обнаженному телу девушки пробежала дрожь. Она  с  тревогой
посмотрела на врача. Марк улыбнулся. Дебби попыталась улыбнуться в  ответ,
но тут по всему ее телу прошла вторая волна, стерев  созревающую  на  лице
улыбку, как морская волна размывает песчаный  замок  на  пляже.  Наступила
вторая пауза, более короткая чем первая,  после  чего  не  заставила  себя
ждать еще одна, на этот раз более сильная волна дрожи.
     -  Расслабьтесь,  -  велел  врач.  -  Старайтесь  не  сопротивляться.
Представьте себе, что вы катаетесь на доске в полосе прибоя, и  ваше  тело
находится на гребне волны.
     Только не допускайте, чтобы волна сбросила вас с доски  и  утопила  в
бездне, добавил он про себя. Там, где все тихо и покрыто  красивой  буйной
зеленью, где вы станете мирно дрейфовать по течению и где не будет никаких
превратностей жизни...
     В этом-то и заключалась опасность применения азефина.  Девушка  могла
не выдержать, забиться в самый дальний угол своей личности, в такие темные
глубины подсознания, откуда уже никто, даже она сама, не в состоянии будет
ее извлечь.




 
 
Страница сгенерировалась за 0.071 сек.