Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Военные книги

КОНСТАНТИН ВОРОБЬЕВ - УБИТЫ ПОД МОСКВОЙ

Скачать КОНСТАНТИН ВОРОБЬЕВ - УБИТЫ ПОД МОСКВОЙ

   4
 
   Вечером капитан вызвал к себе командиров взводов и приказал им  выдвинуть
за ров по одному отделению. Курсанты там должны  встречать  и  направлять  в
обход своих окопов всех, кто будет идти от леса.
   - Всех в обход! - сказал капитан. - В  разговоры  ни  с  кем  из  них  не
вступать! Бойцам и  командирам  объяснять,  что  переформировочный  пункт  и
госпиталь, куда они направляются с фронта, находится  в  четырех  километрах
правее и сзади нас.
   В четвертый взвод капитан пришел почти вслед за Алексеем и, не  спускаясь
в окоп, долго стоял молча, не то вслушиваясь, не то вглядываясь  в  то,  что
смутно  проступало  впереди  рва.  Выло   тихо.   Луна   взошла   задернутая
желто-коричневой  пеленой,  и  стало  еще  тягостнее  и  тревожнее   от   ее
мутно-бутылочного света и оттого, что в деревне начали кричать еле  слышными
подземельными голосами петухи, - в погребах, видно, сидели. Алексей стоял  в
шаге от капитана, непроизвольно вытягиваясь в струнку, и, не глядя на  него,
капитан сказал:
   - Бросьте тянуться, Ястребов!  Вы  не  на  экзамене...  Кстати,  что  вам
говорил о фронте... красноармеец Переверзев?
   Пачка "Беломорканала" слежалась лепешкой, и Алексей никак не мог ухватить
сплюснутый мундштук папиросы. Он хотел предложить капитану папиросу,  но  не
сделал этого и  закурил  без  его  разрешения.  Он  молчал,  затягиваясь  до
тошнотворной рези в груди, и тогда капитан спросил еще:
   - Курсанты все слышали?
   - Все, - сказал Алексей. - Генерал-майор...
   - Хорошо, - перебил капитан. - Объясни, пожалуйста, взводу, что  это  был
не генерал, а боец... Контуженый. Установил это я сам. -Понимаешь?
   - Я  все  понял,  -  негромко  сказал  Алексей,  с  какой-то  обновленной
преданностью глядя в глаза Рюмина.
   - Обстановка не ясна, Алексей Алексеевич, - неожиданно  и  просто  сказал
капитан. - Кажется, на нашем направлении прорван фронт...
   И все тем же, немного не своим и немного не военным тоном капитан сказал,
что ночью за ров пойдет разведка и что от штаба  ополченского  полка  должны
тянуть сюда связь и должны подойти соседи слева и справа. Ушел Рюмин тоже не
по-своему - он не приказал, а посоветовал выставить за  кладбищем  усиленный
пост, порывисто сжал руку Алексею и легонько толкнул его к окопу.
   До  полночи  от  невидимого  леса,  мимо  деревни  прошли  два  батальона
рассеянной пехоты, проехали несколько  всадников  и  три  повозки.  Все  это
двигалось  в  сторону,   где,   по   словам   капитана   Рюмина,   находился
переформировочный  пункт:  отступающие  наталкивались  в   поле   на   посты
курсантов, забирали вправо, и рядом с ними по полю волочились длинные четкие
тени. Все это время Алексей был в окопе  с  дежурным  отделением,  и,  когда
скрылись повозки и поле очистилось  от  их  копнообразных  теней,  он  решил
ничего не говорить курсантам о красноармейце, выдавшем себя за  генерала.  К
чему? Теперь и без контуженых все было ясно...
   В половине третьего из-за рва возвратились наряды, а ровно в пять капитан
отдал приказ привести  взводы  в  боевую  готовность.  "Наверное,  вернулась
разведка!"  -   подумал   Алексей,   и   с   него   мгновенно   слетела   та
продрогло-цепенящая  усталость,  которая  обволакивает  человека  в   зимнюю
бессонную ночь. Почти бессознательно он надел каску, затянул на одну дырочку
поясной  ремень  и  только  после  этого  распорядился  поднять  по  тревоге
остальные отделения, отдыхающие в крайних избах.
   Еще днем курсанты плотно утоптали и приноровили к собственному  характеру
и к оружию свои места  в  окопе,  -  тогда  каждый  был  друг  от  друга  на
расстоянии в полметра. Теперь  же  все  пятьдесят  два  человека  образовали
слитную извилистую шеренгу и, толкаясь локтями и гремя винтовками, не думали
разойтись попросторнее.  Может,  каски,  а  может,  лунный  полусвет  делали
курсантов  противоестественно  высокими   и   обманчиво   загадочными.   Они
повозились и разом затихли, обернув стволы винтовок в стылую сумеречь рва  и
поля. В деревне в это время начали дымиться трубы - украдкой, через  две-три
хаты, и в окопах запахло хвоей, жареным луком и картошкой. Как удар, Алексей
ощутил вдруг мучительное чувство родства, жалости и близости ко  всему,  что
было вокруг и рядом,  и,  стыдясь  больно  навернувшихся  слез,  он  крикнул
исступленно, с непонятной обидой и злостью ко всему тому, над чем только что
чуть не плакал:
   - Рассредоточиться, черт возьми! Всем по своим местам!!
   Команда была выполнена немедленно и молча, и в чуткой предутренней тишине
из погребов опять пробились петушиные голоса.  Кто-то  из  курсантов  сказал
мечтательно, в сладком молодом потяге:
   - Сейчас бы кваску покислей да... рукавичку потесней! А-ахх! -  И  вокруг
озорно и сочувственно засмеялись.
   За деревней помаленьку светлело небо, и в той его части розово  мигали  и
гасли звезды. У сепараторного пункта  стали  проглядываться  верхушки  осин.
Повернув кудлатые головы к ветру, на них сидели вороны, и в улицу  падал  их
резкий простылый крик, - наступало утро. Алексей  изо  всех  сил  боролся  с
дремотой, и было невозможно унять мелкую трепетную дрожь мышц,  и  поминутно
надо было ходить по малой нужде. Он стоял спиной  ко  рву,  когда  несколько
курсантов разнобойно крикнули: "Стой, кто идет?" От пролаза во рву  к  окопу
не спеша шел широкий приземистый человек в хитро надетой шапке - один  ушной
клапан  был  опущен,  а  другой  поднят  вверх,  и  винтовку   человек   нес
по-охотничьи, стволом в землю, и было ясно, что это свой, и окликали его для
порядка, о чем он, видно, хорошо знал, потому что  не  останавливался  и  не
отзывался. Подойдя к брустверу и оглядев окоп, красноармеец напевно сказал:
   - Ну во-от. Не шибко прилаживался, а хорошо попал. Пер-пер по этой  вашей
канаве, а тут гляжу - маковка церковная...
   Он выглядел за сорок - возраст, на взгляд курсантов, уже стариковский,  и
у него было поранено ухо, темневшее комком запекшейся крови. Он сел в  окопе
у ног Алексея на свою противогазную сумку, и она даже не поморщилась под ним
- до такой степени оказалась набитой  каким-то  солдатским  хозяйством.  Его
никто ни о чем не спрашивал, и он сам сказал о своем ухе: 1
   - Прикроешь шапкой - и сразу нудить начинает. А на холоде вроде ничего...
   - Перевязать надо, - морщась, сказал Алексей. - Чем это вас?
   - Осколком. Как перепел: фрр - и ни его, ни уха. Даже не почуял.
   Он улыбнулся, но как-то  больно,  одной  стороной  лица,  и  помкомвзвода
спросил тогда:
   - У вас командиром дивизии был не генерал-майор Переверзев?
   - Этого не знаю, брат, - ответил боец. - С начальством я знаком  мало.  А
что?
   - Товарищ генерал на полсуток пораньше тебя переправился  тут,  -  баском
сказал кто-то из курсантов.
   - Ну, большой меньшего  в  таких  делах  не  дожидается,  -  назидательно
рассудил боец. - Что ему: голова на плечах, шапка небось нахлобучена на  оба
уха...
   - Он в красноармейской пилотке... и в шинели без петлиц, -  опять  сказал
тот же курсант, но уже с особой интонацией в голосе.
   - Да ну? - бесстрастно, для вида, удивился раненый. И, помолчав, добавил:
- Выходит, недавно человек ослеп, а уже ничего не видит,.. Нас  там  хотя  и
полегла тьма, но живых-то еще больше осталось! Вот и блуждаем теперь... А он
вроде того мужика - воз под горой лежит, зато вожжи в руках...
   - Ну, вот  что,  нечего  тут,  -  растерянно  сказал  Алексей.  -  Кончай
разговоры. Всем по местам!
   Курсанты снова четко и молча выполнили приказание, а боец, только  теперь
разглядев кубари Алексея, начал было привставать  с  сумки,  но  раздумал  и
больно улыбнулся одной стороной лица.
   - Тут горе вот какое, товарищ командир, - виновато заговорил  он,  косясь
на нишу, где синели бутылки с бензином. - Ведь танку в лоб не проймешь такой
поллитрой! Тут надо ждать, покуда она репицу свою  подставит  тебе...  Мотор
там у нее  спрятан,  вот  штука-то!  А  тогда  уже  поздно  бывает  -  окопы
распаханы, люди размяты... Что делать-то будем, а?
   - Вы давайте в госпиталь! Это вон в  том  направлении,  -  строго  сказал
Алексей и зачем-то загородил собой нишу.
   - А может, мне у вас остаться? - спросил боец. - Ухо мое и  без  докторов
присохнет.
   - Давайте в госпиталь! - повторил Алексей. - У нас вам оставаться нельзя.
Мы... - и не сказал, что хотел.
   Боец насмешливо оглядел его с ног до головы, встал  и  разом  вскинул  на
плечи винтовку и сумку.
   - Ну что ж... Тогда пошли,  кургузка,  недалеко  до  Курска,  семь  верст
отъехали, семьсот ехать! - стихом проговорил он и умеючи вылез из окопа.
 
 
   В девятом часу к четвертому взводу - тоже, видать, на церковную маковку -
от леса петляючи и осторожно поползли два  грязно-серых  броневика.  Еще  на
середине поля они немного разъехались в стороны, и  к  деревне  беззвучно  и
медленно  потянулись  от  них  разноцветные  фосфоресцирующие  трассы.  Пули
воробьиной стаей прочирикали над окопом, и потом уже долетел слитный стрекот
пулеметов и стал натужнее  вой  моторов,  -  броневики  на  малых  скоростях
закружили на месте.
   Алексей не спеша обнажил пистолет и  перестал  дышать.  Вот  они,  немцы!
Настоящие, живые, а не нарисованные на полигонных щитах!.. Ему было известно
о них все, что писалось  в  газетах  и  передавалось  по  радио,  но  сердце
упрямилось  до  конца  поверить  в  тупую  звериную  жестокость  этих  самых
фашистов; он не мог заставить себя думать о них иначе как о  людях,  которых
он знал или не знал - безразлично. Но какие же эти. Какие? И что сейчас надо
сделать? Подать команду стрелять? "Нет,  сначала  я  сам.  Надо  все  сперва
самому... "
   С локтя,  в  напряженном  ожидании  какого-то  таинства,  Алексей  дважды
выстрелил из пистолета в тупое рыло одного и второго броневика, и  сразу  же
взвод ахнул залпом, а дальше выстрелы посыпались в самозабвенной  торопливой
ярости, и Алексей опять начал прицельно бить - раз по одному броневику,  раз
- по второму. Не отвечая, броневики развернулись и помчались к лесу.
   И только тогда Алексей понял, что стрелять было нельзя, и поглядел  вдоль
окопа. У курсантов возбужденно блестели  под  касками  глаза;  они  молча  и
спешно наполняли магазины патронами.
   - Вот врезали! Правда, товарищ лейтенант? - У помкомвзвода блестели  зубы
и трепетали ноздри.
   - Сейчас нам капитан не так за это врежет, - сказал Алексей, заглядывая в
ствол теплого пистолета. -
   Это ж разведчики были, а мы обнаружили себя раньше времени.
   - Ну и черт с ними! Пускай знают!
   - Что "знают"? - невольно входя в роль капитана, спросил Алексей.
   - А все! - вызывающе сказал помкомвзвода. - Подумаешь! Пускай  знают!  Не
прятаться же нам в скирды! Пускай знают!
   Алексей помолчал и сказал:
   - Ну пускай. Давай хлопочи насчет кормежки людей. Десятый час уже.
   Вскоре во взвод пришел политрук роты Анисимов - тихий сутуловатый человек
с большими молящими глазами. Курсанты давно знали, что у него катар желудка,
и всем казалось, что ему постоянно нехорошо и  больно,  и  всем  становилось
легче и веселее, когда он кончал политинформацию и уходил. Как-то весной еще
Анисимов сказал на политзанятиях, что Англия наконец-то потеряла свое  былое
мифическое значение на  морях  и  океанах.  Он  произнес  это  неуверенно  и
смущенно, и с тех пор курсанты называли его "мифическим значением".
   Анисимов неловко сполз в окоп и спросил почти жалобно:
   - Ну что, Ястребов, не подбили?
   Наверное, его мутило - сине-желтый был, а глаза черные, круглые, просящие
участия. Виновато и сострадательно глядя в них, Алексей негромко сказал:
   - Задымил один, товарищ политрук...
   - Ага! Вы их бронебойно-зажигательными?
   - Наполовину с простыми. А первый, по-моему, задымил... Точно.
   - Ну, пусть знают!
   Анисимов сообщил взводу  о  результатах  ночной  курсантской  разведки  -
деревня, что впереди, занята противником. Он призвал кремлевцев к  стойкости
и сказал, что из тыла сюда тянут связь и подходят соседи.
 
 
 




 
 
Страница сгенерировалась за 0.0974 сек.