Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Драма

Анатолий Азольский. - Облдрамтеатр

Скачать Анатолий Азольский. - Облдрамтеатр

       Этот логический пируэт Гастев решил  задержать  в  памяти,
как-нибудь  ввернет  его на лекции примером ложного силлогизма.
Кажется, все  милиции-полиции  одинаковы,  литература  приводит
курьезнейший  эпизод в Гамбурге: там сыщик обыскал всю квартиру
убитого, не нашел ни одного не принадлежащего хозяину следа,  с
лупой  обследовал пол и мебель в поисках волоса преступника, не
обнаружил его, на основании чего и заключил: убийца -- лысый.
     Разочарованный сельчанин не очень уверенно предложил тетке
сдать оружие и ценности в порядке добровольной выдачи,  получил
отказ  и уставился на комодик, где, судя по горящим глазам его,
прячутся ювелирные изделия, и тут  на  комодик  легла,  защищая
его,  школьница,  зарыдала: ключ -- у тети Вари, без нее нельзя
открывать!..  Уже  участковый  пожаловал,  соседи  толпились  у
двери,  тетка предложила попить чайку, и школьница бесхитростно
поведала о третьей жилице, Варваре Анохиной, которая  доводится
Синицыну  двоюродной  сестрой. Ночует здесь Варвара от случая к
случаю, все чаще у хахалей, каких у нее полно, что подтвердил и
участ- ковый, с чем согласились и соседи, полившие помоями  все
семейство,  включая  и  школьницу.  Вытянутые  уши  милиционера
ловили каждое слово, раскрытый рот помогал усваивать слышанное,
а Гастев уже трижды заголял кисть, посматривая на  часы:  пора,
черт возьми, пора!
     Вышли   на  улицу,  ждали  участкового,  который  огрызком
карандаша торопливо писал все данные  по  умершему  и  семейке,
помогала  ему школьница. Поехали наконец и приехали -- к самому
дому Гастева. "Москвича" тот отпустил, но  телефон  автоколонны
запомнил. "Харлей-дуралей" топтался рядом, усваивая непреложную
истину: только прокурор может объединять два дела в одно, когда
это произойдет -- тогда и присобачат падение с третьего этажа к
транспортно-дорожной аварии.
     Что-то    заставляло    пропахшего   навозом   милиционера
переминаться с ноги на ногу, топтаться  на  месте  в  идиотской
нерешительности...
     -- Товарищ начальник, очень мне не нравится...
     -- Что -- не нравится? -- Гастев был уже у подъезда.
     -- Китель, -- потупился посланец Калашинского райотдела.
     -- Какой китель?
     -- Да  Синицына...  В  сводке  за  вчерашний  день...  ну,
помните, о гастрономе... один из налетчиков  был  в  офицерском
кителе  без  погон...  И  гражданин,  из-за которого на трамвай
наехала машина, тоже был в кителе без погон! И такой же  китель
-- в шкафу Синицына... Как это понимать?
     Дом  рядом,  в  двух шагах, квартира тоже, тарелка горячих
щей стоит уже, кажется, на столе, диван ждет подуставшее  тело,
которое  минут  через  пятнадцать  рухнет  на него, забудется в
сладостном сне, и в приливе преотличнейшего  настроения  Гастев
вспомнил, как зовут "харлея-дуралея".
     -- Илюша,  -- обнял он деревенщину, -- многоуважаемый Илья
Ропня. Да в кителях этих полгорода ходит!  Овес-то,  костюм  то
есть,  сколько стоит ныне?.. Две зарплаты, дражайший коллега. И
мозгами пораскинь: в восемь вечера убили рабочего в гастрономе,
в половине девятого парень в кителе едва под трамвай не  попал,
а  Синицын  твой  в  больницу  привезен за четыре часа до всего
этого, в шестнадцать с минутами. И на операционном столе был  в
семь  вечера,  в  семь!  В девятнадцать ноль-ноль! В палату его
привезли в двадцать с чем-то. Грохнулся же он с третьего  этажа
в двадцать один десять. Соображаешь?
     Ропня  испуганно моргал, соображая. Догадался наконец, что
висевший в  шкафу  китель  Синицына  никакого  отношения  ни  к
гастроному, ни к трамваю не имеет.
     -- Жить-то тебя куда определили?
     -- Да   у  меня,  --  засмущался  Илья  Ропня,  --  сестра
крестного прописана здесь...
     -- Ну и отлично.  Топай-ка  туда,  отдохни,  вытащи  из-за
голенища расписную ложку и похлебай городских щей. Или к шуряку
двигай.  Сватья  Акулина,  чай,  тоже примет. А трупы и без нас
опознают. И выкинь из головы этого Синицына. Ну, пока.





 
 
Страница сгенерировалась за 0.0424 сек.