Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Драма

Анатолий Азольский. - Облдрамтеатр

Скачать Анатолий Азольский. - Облдрамтеатр

       Между  тем рев пожарных сирен оглашал округу, и покидавшие
кинотеатр  "Полет"  граждане,  еще  в  дурмане   просмотренного
фильма,  ничего  не слышали, медленно вытекая из зала, и Гастев
смешался с ними, наклонился, будто завязывая шнурки, и подобрал
валявшийся билет. Кинокомедия старая, всем осточертевшая даже в
госпиталях,  что  порадовало  его,  отделившегося  от  граждан.
Четвертинка  была  допита,  теплый  малосольный огурец завершил
жертвоприношение  прошлому,  и  Гастев  мгновенно  перенесся  в
комнату  Людмилы  Парфеновны  Мишиной, до смерти напуганной как
тем, чтбо она позволила почти незнакомому мужчине, так и совсем
незнакомым финалом хулиганского посягательства на  ее  тело,  и
финал мыслился ею самостоятельным, не от мужчины случившимся. И
когда  Гастев  собрался  было  в  магазин  за  шампанским, чтоб
"отметить это событие", она,  запахиваясь  в  жуткий  по  цвету
халат,  выразила  неподдельное  возмущение:  "Это  какое  такое
событие?.. Вы задержались,  кстати,  у  меня,  товарищ  Гастев!
Сейчас  я  найду учебники и..." Только через час взбесившийся и
ничего  не  понимавший  Гастев  освободил  ее   от   халата   и
комсомольской дури, впитанной годами глагольствования с трибун,
только   через   час,   что   показалось  идиотским  жеманством
перезрелой  девки,  и  лишь  по  прошествии   многих   месяцев,
привыкнув  уже  этот  час  отводить  на  подведение  Мишиной  к
воркующей расслабленности, Гастев догадался:  из-за  сволочного
характера  своего и страха, который она внушала всем, не смогла
Мишина сблизиться с мало-мальски опытной подругой, просветившей
бы ее,  рассказавшей  без  утайки,  чем  занимаются  в  кровати
мужчина   и   женщина  и  как  они  делают  это,  уверившей  бы
комсомольскую активистку, что не только замужняя женщина должна
раздеваться  по  взгляду  или  просьбе  супруга,  но  и  просто
женщина,   единожды  побывавшая  с  избранным  ею  человеком  в
отношениях,  близких  к  брачным.   Подруга,   гордящаяся   уже
испытанным  и  пройденным,  нашептала  бы,  чтбо  есть основное
блюдо, а чтбо гарнир и десерт, иначе  бы  не  спросила  однажды
Мишина,  а  что,  собственно,  вытворяет  он, и Гастев, Людмиле
прививавший навыки Адели и Гизеллы, процитировал в ответ  вождя
пролетариата:   "Стать  коммунистом  можно...  тогда,  когда...
обогатишь свою память знанием всех тех... богатств,  которые...
которые выработало человечество".
     Машинально  обтерев полою пиджака четвертинку, чтоб на ней
не оставалось пригодных для дактилоскопии пальцевых отпечатков,
он отшвырнул возможную улику и двинулся в сторону Мишиной. Окна
ее   комнаты   светились,   соседка   не   подавала   признаков
присутствия,  можно  бы  зайти,  день  обязывал,  но унижаться,
добиваясь того, что принадлежит тебе  по,  так  сказать,  праву
обычая,  в ответ слыша ханжеские речи о товарищеских отношениях
между членами ВЛКСМ... К черту!
     Все же он поднялся на лестничную  площадку  второго  этажа
противоположного  дома и увидел Мишину за столом, лицом к окну,
только что вернувшуюся  с  какого-то  мероприятия,  --  ездила,
наверное,  в гости к кому-то из обкомовского актива, потому что
одета в парадное платье (Гастев знал ее гардероб  до  последней
комбинашки). Голод давал о себе знать, и будь Мишина нормальной
бабой,  стоило бы сейчас постучаться, войти: "Слушай, у тебя не
найдется чего пожевать?" Как же, войти-то войдешь, а вот насчет
еды -- Мишина глаза вытаращит, питается в столовых  и  буфетах,
на  завтрак чай да хлеб. И -- это уж точно -- понесет белиберду
о   нравственном   облике,   станет   клеймить    преподавателя
мединститута  и бухгалтершу за то, что они -- "встречаются". О,
ханжество женщин при власти! Трусливый декан запретил писать  и
говорить  "презумпция  невиновно-  сти",  но  прав  перезревший
мухомор, изымая из  библиотеки  Фрейда,  Ломброзо  и  Ферри  --
кто-то  из  них привел пример, недостойный подражания: замужняя
аристократка расстается со своим любовником, уверяет его в том,
что их любовь иссякла, что она его презирает, -- и одновременно
запускает для массажа руку в штаны.
     Нельзя идти к Мишиной еще  и  потому,  что  та  болезненно
нетерпима  к  алкоголю,  забеснуется,  унюхав запашок, и Гастев
поторопился   домой,   к   бутылке   коньяка,   услаждая   себя
рассуждениями  о  человечестве,  которое  пресеклось  бы  еще в
каменном веке, вздумай дикарки прыгать на баобабе  с  ветки  на
ветку,  отвергая  нетерпеливых  самцов.  Женщине, конечно, надо
немного поломаться, Адель, к примеру, минут пять вздыхала:  "О,
моя бедная Франция!..", а Гизелла, сносно болтавшая по-немецки,
пускалась  в  воспоминания  о  великих  писателях и художниках,
которые черпали у нее вдохновение,  заодно  перемывая  косточки
собратьям по перу и кисти.
     Засыпал  он  в  сладкой  надежде,  что  стерву  эту Мишину
когда-нибудь настигнет кара земная. И сон  выдался  счастливый:
представилась   ему   очень   знакомая   комната,   эксперты  с
фотоаппаратами, сидит за столом следователь (уж  не  дружище
ли?)  и  пишет:  "...обнаженный  труп женщины 27 -- 28 лет,
лежащей на полу, головой к окну, ногами к двери, расстояние  от
головы  до стены 1,45 метра, от ступней плотно сомкнутых ног до
двери -- 1,27 метра. Лицо обращено вверх, левая  рука  вытянута
вдоль  тела,  правая  согнута в локтевом суставе, пальцы держат
партийный билет, залитый кровью и выданный Октябрьским райкомом
ВКП(б) Мишиной Людмиле Парфеновне. Следов  трупного  окоченения
нет,   груди   вытянутой   эллипсоидной   формы   с   короткими
прямостоящими сосками..."





 
 
Страница сгенерировалась за 0.1119 сек.