Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Философия

Морис Бланшо. - Неописуемое сообщество

Скачать Морис Бланшо. - Неописуемое сообщество

Жертвоприношение и самопожертвование

     Жертвоприношение --  навязчивая  тема Жоржа Батая, смысл которой был бы
обманчив, если бы он постоянно не ускользал от исторического  и религиозного
истолкования с  их непомерными претензиями: открываясь с их помощью  другим,
этот смысл решительно отчуждает их от себя. Темой жертвоприношения пронизана
вся  "Мадам  Эдварда",  но  оно не  объясняется в  ней.  В "Теории  религии"
утверждается: "Совершить жертвоприношение не значит убить, а значит отринуть
и  даровать".  Примкнуть  к  "Акефалу"  --  значит отринуть  самого  себя  и
отдаться: бесповоротно отдаться  безграничному самоотречению[1] и
самопожертвованию.  Вот   пример  жертвоприношения,  созидающего   общество,
разрушая его, предавая освобождающему времени,  которое  не поощряет  ни сам
этот акт, ни тех, кто  предается ему и любой другой форме самовыявления, тем
самым  обрекая их на одиночество, не  только не  служащее им защитой,  но  и
рассеивающее как их,  так и самое  себя, лишающее  возможности самообретения
как по одиночке,  так  и сообща.  Дарение и самоотречение таковы,  что на их
пределе уже не остается ничего, что можно было бы дарить, от чего можно было
бы отречься, и само время становится всего лишь одним из  приемов, с помощью
которого даримое ничто  предлагает себя и утаивается в себе, подобно капризу
абсолюта, уделяющему в себе место чему-то другому, превращаясь в собственное
самоотсутствие.  Самоотсутствие, частным образом  приложимое  к  сообществу,
единственной  и   совершенно  неуловимой   тайной  которого  оно   является.
Самоотсутствие  сообщества  неравнозначно его крушению: оно принадлежит  ему
как  мигу  своего  наивысшего  напряжения  или  как  испытанию,  обрекающему
сообщество на  неминуемый распад.  Деятельность "Акесрала"  была  совокупным
опытом, который невозможно было ни пережить сообща, ни сохранить порознь, ни
приберечь  для  последующего самоотречения. Монахи отрекаются  от  того, что
имеют,  и от  самих себя  ради участия в сообществе,  благодаря которому они
становятся обладателями  всего на свете под ручательством Бога; то же  самое
можно сказать о  киббуце  и  о реальных или  утопических формах  коммунизма.
Сообщество  "Акефал"  не  могло  существовать   как  таковое,   а  лишь  как
неотвратимость и  отстраненность: необходимость смерти, ближе которой ничего
не   бывает,   предрешенная   отстраненность   от   того,   что   противится
отстраненности. Утрата сообществом Главы не исключает, стало быть, не только
идеи   главенства,  которую  эта  глава  символизировала,  идеи  начальства,
мыслящего  разума, расчета,  меры  и  власти,  -- она  не исключает и  самой
исключительности, понимаемой как предумышленный и самодовлеющий акт, который
мог  бы воскресить  идею  главенства  под  маской  распада. Обезглавливание,
влекущее за собой "безудержный разгул страстей", может быть совершено только
разгулявшимися  уже  страстями,  стремящимися  самоутвердиться  в  постыдном
сообществе, приговорившем самое себя к разложению.[2]
     1.  Есть   дары,  получение  которых  обязывает   одаряемого   сторицей
отблагодарить дарящего: таким образом, дарения как  такового не  существует.
Дар, являющийся самоотречением,  обрекает дарящее  существо на безвозвратную
потерю  всякого  расчета и  самосохранения, да и самого себя: отсюда тяга  к
бесконечному, таящаяся в безмолвном самоотречении.
     2. Как известно, роман Достоевского  "Бесы" обязан своим происхождением
факту  из уголовной хроники, весьма,  впрочем,  многозначительному. Известно
также, что исследования Фрейда о происхождении  общества побудили его искать
в  преступлении (воображаемом  или  совершенном в  действительности,  но для
Фрейда  одинаково реальном)  причину перехода  от орды к регламентированному
или упорядоченному сообществу. Убийство  вожака орды превращает его  в отца,
орду -- в группу, а членов  этой орды --  в сыновей и братьев. "Преступление
предшествует  зарождению группы, истории, языка" (Эжен Энрикес.  От  орды  к
государству). Мы, как мне  кажется, совершим непростительную ошибку, если не
примем  во  внимание  то,   чем  отличаются  фантазии  Фрейда  от  установок
"Акефа-ла":  1)Смерть,  разумеется,  присутствует  в   этих  установках,  но
убийство, даже  в виде жертвоприношения, исключается  Прежде  всего,  жертва
должна  быть  добровольной,  а  одной  добровольностью  здесь  не  обойтись,
поскольку смерть  может нанести лишь тот,  кто,  нанося ее,  умирает в то же
время сам. то есть обладает способностью превратиться в добровольную жертву.
2)Сообщество  не может основываться на  кровавом жертвоприношении всего двух
своих членов, призванных искупить грехи всех, сыграть роль козлов отпущения.
Каждый должен  умереть ради всех,  и только смерть всех может определить для
каждого  судьбу  сообщества  3)Но ставить  своей целью акт  жертвоприношения
значит попрать устав группы, первейшее требование которого  состоит в отказе
от любого  деяния (в  том числе  и  смертоносного), -- устав,  основная цель
которого исключает любые цели. 4) Этим обусловлен переход к совершенно иному
виду жертвоприношения,  представляющему из  себя уже не убийство  одного или
двух   членов  сообщества,   а   дарение   и   самоотречение,  бесконечность
самоотречения.  Обезглавливание, отсечение  Главы  не грозит, таким образом,
главарю или отцу и не превращает остальных  членов сообщества  в братьев,  а
только  побуждает их к  участию  в  "безудержном разгуле страстей".  Все это
дарует   участникам   "Акефала"    способность   предчувствовать   бедствие,
превосходившее любую форму трансцендентности.






 
 
Страница сгенерировалась за 0.1031 сек.