Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Философия

Морис Бланшо. - Неописуемое сообщество

Скачать Морис Бланшо. - Неописуемое сообщество

Сообщество и письмо


     Сообщество -- это  не обиталище Властности. Оно  показывает,  выставляя
напоказ себя самое. Оно включает в себя  внешнюю сторону бытия, которое  эту
сторону  исключает. Внешнюю сторону, с  которой не в силах  совладать мысль,
хотя бы наделяющая ее  различными именами: смерть, отношение  к  другому или
даже слово, когда оно не подчинено речевым оборотам и в силу этого исключает
всякую связь с самим собой, тождественную или противоположную.
     Сообщество, определяющее место  всех и  каждого,  меня  и самого  себя,
представляющееся чем-- то самоисключающим (самоотсутствием) -- такова уж его
судьба,  дает  повод  для   нераздельного  и   в   то   же  время  неизбежно
множественного слова  и, таким образом, не  может изливаться в словах, вечно
обреченное заранее, невостребованное,  бездеятельное  и  не  кичащееся  даже
этими пороками.
     Таков  дар  слова,  равнозначный  "чистой" потере,  исключающей  всякую
возможность быть услышанным другим, хотя этот другой мог бы  воспользоваться
если не словом,  то  хотя  бы  мольбой  о  речи,  таящей  в  себе  опасность
отверждения, заблуждения или непонимания.
     Так выявляется, что сообщество даже в  своем крушении отчасти связано с
известного рода письмом,  которое только и знает,  что ищет последние слова:
"Приди,  приди,  придите,  вы  или  ты,  которым  не  пристало  прибегать  к
приказанию, просьбе, ожиданию".

     При слове  "приди" невольно приходит  на  ум  незабываемая  книга  Жака
Дерриды "Об апокалиптическом  тоне,  некогда принятом в философии", особенно
та фраза  из  нее,  которая  странно  созвучна  с  той,  что мы  только  что
процитировали: "Произнесенное в повелительной  тональности, слово "приди" не
содержит  в себе ни  пожелания, ни приказа,  ни просьбы, ни мольбы". Приведу
здесь и еще одно рассуждение:
     "Разве  апокалиптика не является  трансцендентным условием  любой речи,
любого опыта, любой пометки,  любого отпечатка?" Значит ли это, что именно в
сообществе слышится,  против  всякого  ожидания  и как  особая его  примета,
апокалиптическая тональность? Вполне возможно.

     Будь мне позволено --  но по нехватке средств об  этом не  может идти и
речи -- повторить  ход  рассуждении  Жоржа Батая  касательно  сообществ, мне
пришлось  бы  отметить  следующие  этапы:  1)   Поиски   некого  сообщества,
существующего хотя бы в  виде  группы (в таком случае прием  в  него  чреват
риском отказа  или полного отвержения):  взять хотя бы  группу сюрреалистов,
почти  все члены  которой мне совсем не  по  нутру, в таком случае  остается
возможность безуспешной попытки:  вступить  в  нее  и  тут  же  организовать
анти-группу, резко размежеваться. 2) "Контратака" --  таково название другой
группы; следовало бы  хорошенько  уяснить, что позволяет ей выжить скорее  в
условиях  борьбы, чем  в условиях  бездеятельности.  В каком-то  смысле  она
способна существовать только на улице (прообраз майских событий 68-го года),
то  есть вовне. Самоутверждается  она  с  помощью  листовок,  которые тотчас
разлетаются   и   бесследно   пропадают.   Она  пытается  афишировать   свои
политические  "программы",  хотя  основа  этой  группы  --  мысленный  бунт,
безмолвный  и подспудный  ответ  на сверхфилософию,  приведшую Хайдеггера  к
временному  соглашательству  с  национал-социализмом,  в  котором  он  видел
подтверждение  своих  надежд  на то,  что Германия станет преемницей древней
Греции с преобладающей ролью философии в ее судьбе.  3)  "Акефал".  Это, как
мне  кажется, единственная группа, с которой  считался  Жорж  Батай, надолго
сохранившей о ней воспоминания как о своей последней возможности.
     "Социологический коллеж", при всей  своей значительности, никак  нельзя
приравнять к некой уличной манифестации:  он взывал к утонченному знанию, он
подбирал  своих  членов  и свою аудиторию единственно с  целью  осмысления и
постижения  вопросов, которыми  почти  не интересовались официальные научные
учреждения, хотя вопросы эти и не были им чужды. Тем более, что руководители
этих научных учреждений первыми их поставили в той или иной форме.






 
 
Страница сгенерировалась за 0.0412 сек.