Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Фэнтези

Валерий Вотрин. - Человек бредущий

Скачать Валерий Вотрин. - Человек бредущий

Глава 3
     "Муза  скажи мне о том многоопытном муже который боги Пора он настигает
мчится словно молния вот уж не ожи оп хоп  ямы какие глубокие коряги черт бы
их  побрал  оп  взобраться  бы  на гору  а  там  оп-па черт  ямы  а там  я в
безопасности меч потерял нет не по оп нет не потерял слава небе".
     Каскет бежал по  светлой  березовой роще,  ловко прыгая  через коряги и
глубокие ямины, а следом  за  ним скакало, сопя  и  взрывая землю  короткими
толстыми  ногами,  опасное  чудовище  бинфэн. Обе  головы его, расположенные
спереди  и  сзади  мускулистого  кабаньего   туловища,  покрытого   короткой
лоснящейся щетиной, громко хрюкали от  возбуждения. Они бежали  так довольно
долго, и только недостаточная для быстрого бега длина ног бинфэна до сих пор
спасала  Каскета. Но бинфэн был  упорен  в достижении своей  цели  - сожрать
Каскета, а сам Каскет уже порядком устал. Где-то по дороге он  потерял пояс,
в котором хранились все его вырученные деньги, и это отнюдь не придавало ему
сил. Как назло, береза - дерево не очень-то удобное,  чтобы мигом взобраться
на него,  не обладая  цепкими  когтями, а потому Каскета могла спасти только
виднеющаяся  немного  впереди  гора  -  преддверие  вечного  льда,  снега  и
разреженного воздуха.
     Роща, как мельком успел заметить Каскет, не была необитаемой. Когда они
с бинфэном с шумом проносились между прямых и белых древесных стволов, ломая
и приминая кустарник, по сторонам мелькали некие  плохо различимые фигуры  в
зеленых колпаках. По-видимому, это были альрауны. В одном месте такая фигура
с  белой  бородой и с топором  в  руке  восхищенно  заулюлюкала  им вслед, и
радостно захрюкали ей в тон головы бинфэна.
     Роща вплотную  примыкала к каменистому боку  горы, поднимавшейся вверх,
словно  ступени  гигантской  лестницы.  Каскет  с ходу запрыгнул  на  первые
исполинские валуны и быстро начал взбираться вверх. Но и бинфэн не отставал.
Он проявил чудеса прыти и  ловкости - видимо,  был  сильно голоден. Так  они
некоторое время молча, с сопением,  карабкались вверх, пока, наконец, Каскет
не заметил немного в стороне от себя вход в пещеру, возле которого толпились
какие-то карлики в оранжево-бурых плащах. При его  приближении карлики резво
скрылись в недрах горы,  а вход закрыла  большая бронзовая дверь с  четырьмя
наклепанными сверху железными  полосами. Каскет не  раздумывая налег на  эту
дверь  плечом,  и она  утробно  скрипнула.  Бинфэн  уже  был  где-то  рядом:
слышалось его шумное хрюканье. Каскет налег сильнее. За дверью завозились, и
чей-то голос сипло прокричал:
     - Эй! Ты  сейчас нам дверь выломаешь! Полегче налегай, дурило! Каскет с
руганью пнул  дверь,  вызвав тем самым обильный  поток ответной  ругани,  и,
путаясь в собственном изодранном плаще,  начал карабкаться на почти отвесную
стену возле пещеры. Ему удалось залезть  на скальный козырек, нависающий над
бронзовой  дверью.  Здесь  Каскет  устроился  и  с  любопытством  стал ждать
появления бинфэна. Тот себя ждать не заставил. Он тяжело  дышал, отдувался и
оглядывал окрестности двумя парами налитых кровью глазок.  Каскет,  сидя  на
козырьке,  с помощью специальных  упражнений привел в порядок свое дыхание и
крикнул бинфэну: - Наверх посмотри. Что, слопал?  А  ты постучись  вот в эту
дверь. Или не открывают?
     Бинфэн с радостным хрюканьем устремился к двери,  одним ударом вышиб ее
и скрылся в  недрах горы.  Из темного  лаза послышались громкие  и горестные
вопли. Каскет с удовольствием прислушался к  ним, еще  немного передохнул  и
полез дальше вверх.
     Когда  он достиг вершины этой горы, его глазам представился грандиозный
пейзаж  громадного хребта,  частью которого, как оказалось, и была гора. Вид
был  -  точно  на  плоском  белом  чертеже,  потонувшем  в прозрачном мареве
облаков,   что   особенно   подчеркивало   чисто   геометрические  пропорции
открывшегося  пейзажа:  четкие  треугольники  пиков,  устремляющиеся  вверх;
округлая   бесконечность   туманных  бездонных  пропастей;   трапеции  пиков
поменьше,  которым будто не хватило сил  дорасти до своих громадных братьев,
сравняться  с  недосягаемыми  треугольниками;  многогранники  горных  цепей,
закидывающих сети своих скал  далеко в сердце мирных зеленых  долин.  И надо
всем  этим  ровным  и сверкающим кругом  -  символом вечной бесконечности  -
висело холодное горное солнце.
     Вершина  горы была плоской  и каменистой, только в  дальнем ее углу, на
маленьком  клочке   земли  росла  старая  ель,  у  корней   которой   журчал
пробивающийся между камней слабый ручеек. Под  этой елью  толстый  старик по
имени Лаплас  лепил  из  влажной земли  глиняного  голема. Когда  на вершине
показался Каскет, утомленный, исцарапанный и  в изодранном плаще, Лаплас уже
заканчивал свой труд.
     -  Собственно, я уже  заканчиваю свой труд,  -  сказал  он  подошедшему
Каскету, который  жадно  приник  к воде ручейка, а потом,  напившись, устало
присел на  камни у корней дерева. - Правда,  остались кое-какие детали......
нос... глаза - вместо них я вставлю вот эти два камешка, правда, красивые?..
рот... у-у, какой большой, в него поместишься даже ты...
     Взгляд старика скользнул по Каскету.
     - Давно лепишь? - спросил тот, отдышавшись.
     - Давно, давно. Как создан мир.
     -  Да, давненько, - согласился с ним Каскет. - Что там  вдали, за этими
горами?
     - Страны.
     - Это хорошо. А то я подумал было, что горы эти никогда не кончатся.
     -  Все  кончается и заканчивается. Все  начинается  и  зачинается.  Все
претворяется и притворяется.
     - Вода в твоем ручейке вкусная.
     - Обычная вода. Вода жизни.
     - А.
     Ель шумела своими ветвями. Было прохладно.
     - Все. - Лаплас долепил своего истукана. - Теперь самое главное. Теперь
надо его оживить. Поможешь?
     - А почему нет? - бездумно согласился Каскет.
     - Сначала нужно узнать текущее имя бога, - наставительствовал Лаплас. -
Но какое?  Текущих имен великое множество.  Затем - кровь.  Нужно  сбрызнуть
кровью голову голема. Можно, конечно, этого и не делать. Но лучше сбрызнуть.
Тогда он будет прямо как человек.
     - Где ты найдешь здесь кровь? - наивно спросил Каскет.
     - Они растут  быстро,  -  говорил  старик.  -  За неделю  вырастают  до
громадных размеров.  Конечно, риск. Но зато сколько  возможностей!  Имя бога
может быть совершенно  неведомым, иным словом, еще не  слышанным доселе этим
миром. Попробуем?
     И они стали изощряться в произнесении невнятных и чуждых разуму словес,
каждое из  которых по своему звучанию чем-то роднилось с шумами, издаваемыми
органами  пищеварения.  Сначала  Каскету  это нравилось, но  затем  порядком
наскучило.  Он сильно  проголодался  и  устал.  Отойдя  от Лапласа,  который
продолжал  что-то  бормотать  и  выкрикивать,  Каскет  сел  возле ручейка  и
задремал.
     Разбудил  его  звук  голоса  Лапласа,  который  произнес  что-то  вроде
очередного "грмрдр", и последовавший за этим странный шорох. Он открыл глаза
и  увидел,  что  голем  больше  не  походит  на  серую   бесформенную  глыбу
затвердевшей глины, но более  похож на облепленного влажной почвой человека,
правда, немного уродливого. Глаза-камешки его  странно блестели, а руки были
разведены в стороны. Но что самое главное, в правой руке его был меч, и этим
мечом  голем  описывал  в  воздухе угрожающие круги, направляясь  к Каскету.
Лаплас за спиной голема тихонько хихикал и потирал руки.
     - Вот видишь, -  крикнул он Каскету, -  Мне удалось узнать  текущее имя
бога.  А  теперь ты узнаешь,  чья кровь необходима моему голему  для полного
завершения.
     Каскет вскочил на ноги и сделал выпад своим мечом в сторону голема. Тот
ловко отскочил. Лаплас прыгал и громко смеялся. Каскет и глиняное порождение
магии  закружили  друг  против  друга,  обмениваясь  частыми  ударами. Голем
двигался упруго и ловко, тогда как уставший после длительного подъема Каскет
был не в форме  и  скоро  понял, что, если поединок будет продолжаться так и
дальше, он действительно очень быстро узнает, чья же кровь нужна для полного
завершения  голема.  Тот обрушился на него с новыми силами, которых  у него,
судя  по  всему, оставалось еще  много, и ослепил  сериями эскапад  и  туше.
Каскету пришлось  плохо. Он  кое-как сумел отбиться,  не обращая внимания на
издевательский  смех  творца  голема.  Затем  прыгнул   за  большой  камень,
оттягивая  время. Голем  на секунду потерял  ориентацию.  Они  стали  ходить
вокруг камня, время от времени обмениваясь ударами. Каскет пока думал.
     - Все по правилам! - вопил Лаплас. - Все по правилам!
     Судя по всему, он был в восторге.
     Не придумав ничего  лучшего,  Каскет  стал  подбирать с земли увесистые
булыжники  и метать их в своего противника. Эта прогрессивная метода  вскоре
оказала  свое  действие:  один  булыжник  выбил  меч из руки голема,  другой
раздробил ему живот, а третий, метко запущенный, снес истукану голову. После
этого голем  рассыпался, превратившись в кучку серой глины, а улыбка  быстро
сползла с лица Лапласа.
     Каскет  крепко связал его и прислонил  спиной к камню. В рот Лапласу он
сунул  кусок  своего  плаща  -  дабы  старик  не  учинил  еще  какого-нибудь
злонамеренного колдовства. Закончив, Каскет отошел и  полюбовался  на  плоды
своих трудов. Затем вытащил меч.
     - Блаженны идиоты,  - произнес  он,  - ибо  их есть  царство  небесное.
Блаженны тупые ублюдки, ибо они соль земли. Блаженны нелепые  ханжи, ибо они
бога узрят. Блаженны гонители и  мракобесы, ибо  они - свет  мира.  Блаженны
алчущие  и  жаждущие чужого, ибо они  насытятся. Блаженные  нечистые душой и
оскверненные пороками, ибо они наследуют землю. И если просто изречешь: "да,
да" или "нет, нет", то это от лукавого. И если правый глаз  соблазняет тебя,
соблазнись, ибо не причинишь так себе вреда. Ты слышал, что сказано: "Око за
око, зуб за зуб"? И я говорю тебе: воистину!
     С этими словами он  кончиком своего  меча сделал  несколько  аккуратных
надрезов на  теле  Лапласа в месте  залегания крупных  сосудов  и с минуту с
удовлетворением смотрел, как кровь вымывает из колдуна жизнь, орошая землю и
одежду темно-красным. Потом Каскет ушел с этого места.
     Когда же сошел он с горы, за ним не следовало множество народа.




 
 
Страница сгенерировалась за 0.0991 сек.