Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Боевики

Виталий ГЛАДКИЙ - КИШИНЕВСКОЕ НАПРАВЛЕНИЕ

Скачать Виталий ГЛАДКИЙ - КИШИНЕВСКОЕ НАПРАВЛЕНИЕ

                                   * * *

     Капрал  Георге Виеру,  невысокий худощавый парень двадцати трех  лет,
читал письмо из дому.
     "...А еще сообщаю,  что Мэриука уехала в Бухарест. Она вышла замуж за
сына господина Догару, помнишь, он прихрамывал на левую ногу и в армию его
не  взяли.  Мэриука приходила перед отъездом попрощаться.  Вспомнили тебя,
поплакали.  У  них в  семье большое несчастье,  мы тебе уже писали,  -  на
фронте погиб отец.  А  неделю назад младший брат Петре попал под  немецкий
грузовик, и теперь у него отнялись ноги. На этом писать заканчиваю, береги
себя,  Георге,  когда стреляют,  из окопа не высовывайся. Я молюсь за тебя
каждый день,  и мама тоже. Все целуем тебя. Твоя сестра Аглая. Тебе привет
от Джэорджикэ и Летиции".
     - Что раскис, Георге?
     - А,  это ты,  Берческу...  -  Виеру подвинулся, освобождая место для
товарища.
     Берческу закурил,  мельком взглянул на письмо,  которое Виеру все еще
держал развернутым, и спросил:
     - От Мэриуки?
     - М-м... - промычал неопределенно Георге и спрятал письмо в карман. -
Закуришь? - протянул Берческу помятую пачку дешевых сигарет.
     - Давай."
     Покурили,  помолчали.  Берческу искоса поглядывал На Виеру -  тот был
явно не в себе.
     - Все,  нет  Мэриуки,  -  наконец проговорил Георге и,  поперхнувшись
сигаретным дымом, закашлялся.
     - Что, умерла?
     - Вышла замуж.
     - За кого?
     - Ну не за меня же! - вскочил Виеру и нырнул в блиндаж.
     Через пару минут за ним последовал и Берческу.  Виеру лежал на нарах,
закинув руки за голову и о чем-то думал.
     - Кхм! - прокашлялся с порога Берческу.
     Виеру посмотрел на него и отвернулся к стене.
     - Георге...  -  голос Берческу слегка подрагивал.  -  Ты это... ну, в
общем, не переживай. Война закончится, ты молодой, найдешь себе.
     - Берческу! - Виеру резко поднялся, схватил товарища за руку. - Давай
уйдем! Домой.
     - Ты что,  Георге!  -  Берческу замахал руками.  -  Поймают - пули не
миновать. Здесь хоть надежда на солдатское счастье...
     - Уйду сам...  Ничего я уже не боюсь, Берческу. Не могу! Не хочу! Три
года в окопах.  Ради чего?  Немцы нас хуже скотины считают.  А свои? Вчера
капитан  Симонеску избил  денщика до  полусмерти только  за  то,  что  тот
нечаянно  прожег  утюгом  дыру  на  его  бриджах.   А  тебе,  а  мне  мало
доставалось?
     - Да оно-то так...  - Берческу мрачно смотрел в пол. - Я тоже об этом
думал...
     Ночью  роту,  в  которой служил  капрал  Виеру,  подняли по  тревоге,
усадили в грузовики и отправили в неизвестном направлении.
     Два последующих дня солдаты трудились не  покладая рук -  сколачивали
фанерные макеты танков и пушек, красили их в защитный цвет. На третий день
макеты  начали  устанавливать на  хорошо  оборудованные и  замаскированные
позиции,  откуда  немцы  спешно  убирали танки,  противотанковые орудия  и
тяжелые минометы.
     Георге старательно обтесывал  длинную  жердь  -  ствол  пушки-макета.
Работа спорилась,  время бежало незаметно;  пряный дух свежей щепы приятно
щекотал ноздри, и капрал пьянел от такого мирного, уже подзабытого запаха.
Рядом,  что-то  мурлыча под нос,  трудился и обнаженный по пояс Берческу -
полуденное солнце припекало не на шутку.
     - Эй, капрал!
     Виеру оглянулся и увидел коренастого немецкого унтер-офицера, который
махал ему рукой.
     - Иди сюда!
     Виеру нехотя поднялся,  стряхнул с одежды мелкие щепки и направился к
большой группе немецких солдат, которые, беззаботно посмеиваясь, собрались
вокруг поддомкраченного грузовика;  на земле лежало колесо,  а  возле него
стоял автомобильный насос.
     - А ну качни... - Унтер-офицер показал на насос.
     До Георге,  который все еще пребывал в радужном настроении, навеянном
работой,  смысл этих слов дошел с  трудом;  он уже было взялся за рукоятку
насоса, как вдруг кровь ударила в голову, и Георге, медленно выпрямившись,
мельком взглянул на унтер-офицера и пошел обратно.
     - Эй, ты куда?! Стой! - Унтер в несколько прыжков догнал Георге Виеру
и схватил за плечо.
     Георге обернулся.  Немец был одного роста с ним,  но пошире в плечах,
на капрала повеяло сивухой - унтер-офицер был навеселе.
     - Ты что, не понял? Пошли... - потянул немец капрала за рукав.
     Виеру отдернул руку и зашагал дальше.
     - Георге!  -  услышал он вдруг крик Берческу.  И в тот же миг сильный
удар в челюсть свалил его с ног.
     - Паршивый мамалыжник...  -  зашипел,  брызгая слюной,  унтер и  пнул
Георге ногой. - Вставай!
     Георге вскочил и в ярости ударил по губам унтера.  Тот явно не ожидал
такого  оборота,  отшатнулся,  провел тыльной стороной руки  по  губам  и,
увидев кровь,  с криком бросился на Георге.  Они сцепились и покатились по
земле.
     - Держись, Георге! - долетел до Виеру голос Берческу...
     Немецкие и румынские солдаты дрались до тех пор, пока не прибыл наряд
полевой жандармерии.


     - Расстрелять мерзавцев!  Всех!  - Немецкий полковник топнул ногой. -
Они осмелились поднять руку на солдат фюрера!
     - Господин полковник!  -  Генерал Аврамеску,  спокойный и корректный,
поднялся из-за стола.  - Я считаю, что это не лучший способ поднять боевой
дух румынских солдат перед предстоящими боями.
     - Какое  мне  до  этого дело!  Ваши  солдаты совершили преступление и
должны за это отвечать по законам военного времени.  Шесть немецких солдат
доставлены в госпиталь. Я требую отдать зачинщиков драки под трибунал!
     - То,  что  вам  нет дела до  результатов предстоящего сражения,  где
боевой дух -  одно из слагаемых победы,  я  постараюсь довести до сведения
командующего группой армий генерала Фриснера.  Ну  а  по поводу зачинщиков
драки  я  не  возражаю:  по  нашим  сведениям,  затеял  потасовку немецкий
унтер-офицер Отто Блейер.
     - Господин  генерал,   вы  меня  неправильно  поняли,   -  стушевался
полковник при имени генерала Фриснера. - Возможно, э-э... в этом есть вина
и  немецких солдат.  Но драка была больше похожа на бунт!  И  этот ваш,  -
полковник открыл папку,  нашел нужный листок, - капрал Георге Ви-е-ру, - с
отвращением прочитал по слогам,  -  самый настоящий красный! Я приведу его
высказывания...
     - Не нужно,  -  генерал Аврамеску устало махнул рукой. - Капрал Виеру
пойдет под военно-полевой трибунал. Но остальные солдаты будут освобождены
из-под стражи и  отправлены на фронт.  Это мое окончательное решение.  Вас
оно устраивает, господин полковник?
     - В какой-то мере да... - полковник замялся.
     Генерал Аврамеску понял его.
     - Этот разговор,  господин полковник,  останется между нами.  Генерал
Фриснер   слишком   занят,   чтобы   разбирать   подобные   незначительные
недоразумения.
     - Конечно,  господин генерал!  -  просиял полковник.  -  Ваше решение
правильное, и я к нему присоединяюсь...
     Георге  и  Берческу  сидели  в  одной  камере.  Виеру  изредка  щупал
заплывший глаз, и тогда Берческу посмеивался, несмотря на то, что у самого
вид был не ахти какой.
     - Георге,  а  здесь лучше,  чем  на  передовой,  -  неизвестно отчего
довольный Берческу похлопал по каменной стене.  -  Кормят вполне прилично,
тихо, спокойно...
     - Это  точно,  -  весело  согласился Виеру  и  потянулся до  хруста в
костях.
     - Георге,  но как ты унтера...  -  Берческу расплылся в улыбке.  - Я,
ей-богу, не ожидал...
     Через  день  рядового Берческу освободили,  а  капрал Виеру остался в
камере ждать приговора военно-полевого трибунала.






 
 
Страница сгенерировалась за 0.0471 сек.