Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Научно-фантастическая литература

Леонид Лагин. - Майор Велл Эндъю

Скачать Леонид Лагин. - Майор Велл Эндъю

 Четверг, 25 июня.
     Прошлой ночью я не сомкнул глаз.
     Утром, лишь только достаточно  рассвело,  я  начертил  на  листке
бумаги  "Пифагоровы  штаны"  и поднес бумагу к самому иллюминатору.  В
цилиндре заметили,  что я хочу привлечь внимание.  Пучок света, на сей
раз, к счастью, безвредного, осветил мой незамысловатый чертеж, и одна
за другой несколько пар больших,  чудовищно спокойных глаз  показались
по ту сторону иллюминатора.
     Мой расчет был очень прост:  мыслящие существа, дошедшие до такой
высокой  степени  цивилизации,  как  марсиане,  не  могут обойтись без
геометрии.  Геометрия всюду одинакова.  Увидев  мой  чертеж,  марсиане
поймут,  что  имеют  дело  с  мыслящим  существом  и  что это мыслящее
существо хочет с ними вступить в контакт.
     Удостоверившись, что все они ознакомились с моим первым чертежом,
я предложил их  вниманию  второй.  Это  была  грубо  нарисованная,  но
достаточно ясная схема солнечной системы. Кружочки, изображавшие Землю
и Марс,  я перечеркнул крестиками.  Перечеркивая Землю,  я  на  всякий
случай ткнул пальцем в грудь,  а перечеркивая Марс, показал пальцем на
цилиндр.  Потом я постарался изобразить вокруг Сатурна кольцо и держал
эту  бумажку,  прижав  к стеклу иллюминатора,  пока марсиане не ушли в
глубь цилиндра.
     Тогда я,  совершенно обессилевший от нервного напряжения,  присел
на дно корзины.  Выпитая натощак бутылка коньяку дала себя знать,  и я
не заметил, как уснул...
     Проснулся я оттого,  что ярдах  в  двухстах  от  меня  разорвался
снаряд.  Потом еще два. Несколько осколков прогудело где-то высоко над
моей  головой.  Почти  одновременно  с  этими   тремя   взрывами,   не
причинившими марсианам никакого вреда, в отдалении раздался грохот, от
которого листва на деревьях под нами зашелестела,  как  при  ураганном
ветре,  и  от  теплового  луча  марсиан  взлетела  на  воздух батарея,
укрывшаяся за восточной окраиной городка. Кажется, это был Уэйбридж. А
может  быть,  Шеппертон.  Было очень трудно разобраться:  дым,  пламя,
зыбкие коричневые стены пыли от рушившихся зданий. Все более или менее
приметные ориентиры, были начисто сметены с лица земли...
     На этот раз пленных (если людей,  взятых для  такой  цели,  можно
называть  пленными)  взяли  в  свои  корзины  марсиане с других боевых
машин. Но значит ли это, что меня не хотят беспокоить, что меня как-то
выделяют из массы других пленных?.. А что, если меня решили оставить в
живых?  Просто так,  из благодарности?.. А может быть, меня оставили и
оставят  в  живых  не  столько из благодарности (вряд ли они настолько
сентиментальны),  сколько в  знак  доверия?  А  если  в  знак  особого
доверия,  то чего они от меня ждут?.. Как мне отблагодарить марсиан за
то, что они мне доверяют?
     Погруженный в   размышления,  я  долго  не  обращал  внимания  на
местность, по которой неторопливо продвигались боевые машины.
     Я был уверен почему-то,  что мы возвращаемся в пустошь. И вдруг я
поднял глаза и увидел,  что мы передвигаемся в  прямо  противоположном
направлении.  Вскоре  меня  охватило  странное  чувство:  меня  томило
какое-то неопределенное воспоминание.  Я  готов  был  поклясться,  что
совсем  недавно  был  уже  в  этих  местах,  хотя  - и это было так же
несомненно - ни разу не видел их сверху.  И вспомнил: в отдалении, вон
за  тем  леском,  и за тем,  и вон за этой кучкой домиков,  тонувших в
сочной зелени садов,  и во-о-он за теми высокими каменными  изгородями
расположились  огневые  позиции  полка,  которым  командует  мой  друг
полковник Кокс.  Ну,  конечно,  я еще помог ему выбрать для его гаубиц
ложбинку справа от железнодорожной станции...
     Значит, еще минут пять,  не более,  и мы окажемся в зоне огня его
батарей.  Судя  по  опыту  предшествующих  дней,  им  вряд  ли удастся
произвести больше одного залпа. В лучшем случае (для полковника Кокса,
а  не  марсиан) ему удастся повредить одну из боевых машин марсиан.  А
потом полковник Кокс со своими орудиями  и  артиллеристами  все  равно
будет  сметен  с лица земли.  Но марсиане озлобятся.  А кроме того - и
это-то  наиболее  вероятно,  разрывы  снарядов   единственного   залпа
полковника  Кокса,  не  причинив  никакого вреда цилиндрам,  превратят
меня, ничем не защищенного от осколков, в груду дырявого мяса...
     Еще в  военной  школе я получал высшие баллы за то,  что быстро и
точно набрасывал в полевых условиях  кроки.  Мне  до  сих  пор  трудно
вспомнить,  отдавал  ли  я  себе отчет,  чем руковожусь,  набрасывая с
лихорадочной быстротой на листке бумаги кроки местности,  по  которой,
не  подозревая  о  грозившей им опасности,  продвигались боевые машины
марсиан.  Но скажу без ложной скромности:  редко кому когда бы  то  ни
было  удавалось  в  столь  короткие  промежутки  времени  набросать  в
труднейших условиях  (плохая  видимость:  ведь  моя  корзина  была  на
обращенной  назад части цилиндра,  и трясло,  как на спине у верблюда)
столь точные кроки,  от которых зависела - страшно сказать!  -  судьба
человечества. Над всеми естественными и искусственными прикрытиями, за
которыми укрывались орудия полковника Кокса,  я по наитию (кто  знает,
какие  знаки  употребляют  в  подобных  случаях  марсиане!) нарисовал,
конечно схематически,  орудия с белыми облачками вокруг их жерл и стал
неистово стучаться в иллюминатор.
     Не думаю,  чтобы они услышали там,  внутри,  этот  стук:  слишком
толсты были прозрачные пластины,  заменявшие в них наше земное стекло.
Но, прижавшись к иллюминатору, я застил собой свет, поступавший внутрь
цилиндра,  и  на  это обстоятельство марсиане сразу обратили внимание.
Одна  за  другой   промелькнули   за   иллюминатором   несколько   пар
неподвижных, холодных глаз.
     А спустя считанные мгновения (я так до сих пор и не могу  понять,
каким  способом  марсиане  поддерживают  между  собой  связь в походе)
боевые машины развернулись в широкое каре,  охватив с флангов  огневые
позиции полковника Кокса.  Потом,  по тому же невидимому и неслышимому
сигналу,  все  машины  одновременно  подняли   над   собой   сероватые
цилиндрические  предметы  размером со ствол трехдюймового орудия,  и в
тучах рыжей пыли,  в чудовищном пламени и грохоте взлетел на воздух  и
превратился  в  прах весь полк со всей орудийной прислугой,  со всеми,
расположенными в  глубине  позиций,  зарядными  ящиками,  повозками  и
лошадьми.
     И все это обошлось без единого выстрела со стороны того,  что еще
несколько  мгновений  тому  назад  составляло  грозное и мощное боевое
подразделение.
     Впрочем, для кого грозное? Для марсиан оно было не более грозным,
чем нападение десятка ос на человека в водолазном скафандре.
     Я не  сентиментальная  барышня.  Я  старый военный,  и меня учили
трезво оценивать боевую обстановку.  Больно и трудно признаться,  но я
не   вижу   теперь  на  всей  нашей  планете  сил,  которые  могли  бы
противостоять беспощадной и сверхсовременной мощи марсиан...
     Я старался  не  вспоминать  о  полковнике  Коксе.  Он  был,  смею
надеяться,  моим другом.  Он был человеком  хорошего  происхождения  и
самых  лестных связей.  Я был бы рад иметь его на своей стороне в этой
новой ситуации.  Но я отнюдь не  уверен,  что  он  обладал  достаточно
широким кругозором,  чтобы стать на мою точку зрения, даже если бы ему
представилась такая возможность. Он был, пожалуй, слишком чувствителен
и  старомоден  для кадрового военного.  Боюсь даже,  что он не смог бы
отнестись к моей точке зрения с должным если не  пониманием,  то  хоть
уважением.  Что  ж,  это  несколько  облегчает тяжесть моих теперешних
переживаний...
     Весь во власти этих мыслей,  я стоял,  опершись о стенку корзины,
когда мне вдруг ударил в глаза пучок света из иллюминатора.  Я  увидел
во  мраке  цилиндра  два  глаза  и  матовый  блеск  бурого змеевидного
щупальца.  Мне показалось,  что марсианин машет  мне  этим  щупальцем,
чтобы привлечь мое внимание.  Во всяком случае,  когда я приблизился к
иллюминатору,  щупальце поднесло к самому стеклу  серебристую  матовую
пластинку,  несколько  напоминающую  алюминиевую.  Я  различил  на ней
прекрасно вычерченные густой черной краской "Пифагоровы штаны".  Потом
оно  перевернуло  пластинку.  На  обратной  ее стороне было изображено
что-то,  напоминающее  крючковатый  крест.  Подобные  знаки  я   часто
встречал   на  индийских  храмах,  хотя  ясно,  что  ничего  общего  с
индийскими  культовыми  знаками,  кроме  чисто   случайного   внешнего
сходства, этот знак не имел и иметь не мог.
     "Пифагоровы штаны",  видимо,  должны были служить  подтверждением
того,   что  марсиане  признают  меня  мыслящим,  высокоорганизованным
существом,  с которым они считают возможным вступить в контакт. Что же
до  крючковатого  креста,  то хочется видеть в нем знак того,  что они
признают меня полезным для себя,  достойным признательности за помощь,
которую я им только что оказал.
     Первой моей мыслью было,  что  отныне  я  единственный  на  Земле
человек,  которому  не  грозит  гибель от руки (от щупальца?) марсиан.
Второй  моей  мыслью  было,  что  я  стою   на   пороге   огромных   и
величественных свершений. Третьей моей мыслью было: хорошо, что, кроме
меня, никого в корзине нет!
     Долго и  смиренно  искал  указания  и  утешения  в чтении библии.
"Несть власти,  аще не от бога!" Эти  пророческие  и  боговдохновенные
слова да будут мне путеводной звездой в моем грядущем трудном подвиге!
И не могу не повторить снова и снова:  как хорошо,  что никто  не  был
свидетелем  того,  как  между  марсианами  и  мною  впервые и навсегда
установился нерушимый контакт!
     Верю, что  господь  направил  мою руку,  когда я вычерчивал кроки
огневых позиций полковника Кокса,  и что он и в  дальнейшем  будет  ее
направлять в угодном ему направлении...
     Ночью черное небо прорезал  стремительный  ярко-зеленый  болид  и
упал милях в восьми от Уокингской пустоши.  Это шестой снаряд с Марса.
Новое пополнение.  Со дня на день мы становимся сильнее и  сильнее.  К
месту его падения сразу отправились две боевые машины,  чтобы оградить
его  от  возможных  эксцессов  со   стороны   безумцев,   продолжающих
сопротивление.  К  утру  вновь  прибывшие  марсиане уже смогут принять
участие в дальнейших мероприятиях по наведению порядка.





 
 
Страница сгенерировалась за 0.0597 сек.