Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Научно-фантастическая литература

Леонид Лагин. - Майор Велл Эндъю

Скачать Леонид Лагин. - Майор Велл Эндъю

     Понедельник, 22 июня.
     Бедная моя Дженни,  бедные мои сиротки!..  Какое счастье,  что вы
никогда не узнаете, что произошло с вашим несчастным-мужем и отцом!..

     Вторник, 23 июня.
     Пока они возятся с подбитой машиной, я попытаюсь записать события
последних двух суток.
     Зачем я это пишу?  Кто это прочтет?  Буду ли  я  сам  даже  через
каких-нибудь  два  дня  в состоянии прочесть то,  что я сейчас запишу?
Останется ли вообще через несколько дней  во  всей  Англии  хоть  одно
живое человеческое существо - все равно, грамотное или неграмотное? Не
честнее ли будет перед самим собой сознаться,  что пишу лишь для того,
чтобы хоть на время забыть о той страшной беде, в которую я попал?..
     Я честный старый солдат.  Я только хотел  внести  свой  посильный
вклад  в борьбу с этим ужасом,  с этим кошмаром,  который обрушился на
наш добрый старый остров.  Неужели  так  стремительно  и  безвозвратно
может  пойти ко дну великая культура,  могучий и изобретательный гений
такого народа?  Нет!  Не верю!  Если удалось  на  первый  случай  хоть
временно вывести из строя один их цилиндр,  или боевую машину, или как
ее там к черту правильней назвать, то можно вывести из строя, смести с
лица  земли  и  два  и  три  - все,  сколько их там ни окажется,  этих
дьявольских снарядов,  в недобрый час выстреленных в нас с  далекой  и
поистине  кровавой  планеты...  О,  если  бы  я  сейчас  был  во главе
батальона,  если бы в моем распоряжении были хотя бы  две-три  батареи
орудий,  лучше  всего  гаубиц,  с марсианами было бы покончено!  Слово
офицера!..
     Подумать только,   с   каким  поистине  коровьим  спокойствием  и
тупостью все, с кем я ехал в это злосчастное воскресное утро в поезде,
по дороге к Хорселлу, относились к предупреждениям насчет марсиан! Нет
смысла врать,  я был не умнее тех,  кто поднимал меня на смех, когда я
пробовал   заговорить  о  марсианах,  высадившихся  на  пустоши  возле
Уокинга.  Подумать только,  рядом со мной сидела  парочка,  ехавшая  в
гости  в тот самый Уокинг,  который уже вторые сутки представлял собой
кучу обгоревших развалин!
     - Если  верить  всяким  дурацким  слухам,  - ответила мне молодая
леди,  подмигнув своему  болвану  муженьку,  -  нам  пришлось  бы  все
воскресенье париться в Лондоне.
     С удовольствием выслушав одобрительное пофыркиванье нескольких не
более рассудительных соседей и соседок,  она решила развить свой успех
и подбросила в печку несколько поленьев дубового сарказма:
     - К  тому  же,  даже  если  верить  этим бабьим (бабьим!) слухам,
марсиане еле ползают вокруг своих снарядов.  Так мы, - фыркнула она, и
все эти будущие покойники заржали,  как табун сытых лошадей, - так мы,
так и быть,  не будем разгуливать около пустоши.  Мы будем,  ха-ха-ха,
гулять около самого вокзала...
     Полковник Кокс  встретил   меня   на   своем   командном   пункте
озабоченный, деловитый, спокойный, весь в горячке подготовки к бою, не
предусмотренному никакими учебниками и воинскими уставами.
     - Я  очень  рад  вам,  мой  дорогой  друг,  очень!  - повторил он
несколько раз, сильно, по-солдатски пожав мне руку.
     Мне бы  оставаться  в  расположении  полка,  а я вызвался пойти с
лейтенантом Блейдсовером и тремя  солдатами  разведать,  что  делается
там,  откуда  теперь  уже  непрерывным  потоком двигались жалкие толпы
перепуганных беженцев. У каждого был свой вариант событий.
     Нам предстояло уточнить,  что же происходит там и правда ли,  что
они будто бы повылезли из своей ямы посреди пустоши и  что  они  якобы
имеют  какие-то  особые,  не  похожие ни на какие земные,  удивительно
быстрые средства передвижения.
     Я вышел во главе моего маленького отряда в двенадцатом часу утра.
К началу второго небо покрылось черными тяжелыми тучами.  Стало темно,
душно и жутко.  Блеклые языки пожаров лизали черный горизонт.  Грянула
гроза.  С низкого темно-свинцового  неба  под  адские  вспышки  молний
хлынул ливень.
     Мы промокли до нитки почти мгновенно,  но продолжали двигаться  в
заданном  направлении.  Мы  наивно  радовались.  Мы предполагали,  что
марсиане испугаются неизвестного им явления земной природы,  спрячутся
в своей яме, а нам дадут спокойно добраться как можно ближе к Уокингу,
разведать все возможное и спокойно вернуться обратно.
     Мы прошли,  таким  образом,  не  соблюдая  простейших  требований
маскировки,  мили три,  не меньше,  когда вдруг  лейтенант  Блейдсовер
сдавленным голосом вскрикнул:
     - Вот они!.. Вот они!..
     Мы увидели   при  свете  молний  быстро  приближавшихся  марсиан.
Вернее, мы увидели огромные, ярдов двадцать в диаметре, цилиндрические
сосуды, быстро, очень быстро передвигавшиеся на высоких, с трехэтажный
дом,  металлических  треножниках.  Это  было   так   же   необычно   и
удивительно,  как если бы вдруг зашагали,  торопливо перебирая, своими
стальными треножниками, приусадебные водонапорные баки.
     Но это было не только необычно и не только удивительно.  Это было
и очень страшно.
     Надо было  возвращаться  и  как  можно  скорей,  пока  они нас не
приметили. Нет, мы не ударились в панику. Мои солдаты и лейтенант даже
пытались  острить.  Но  острили  они  почти  шепотом,  хотя  до чудищ,
примчавшихся на нашу бедную Землю из космической бездны,  было еще  не
менее мили.
     Теперь-то я понимаю, что нам нельзя было рисковать. Нам надо было
сразу нырнуть в кусты и выжидать.
     А мы (нет смысла этого скрывать) растерялись  и  побежали  очертя
голову  прямо по дороге.  Вскоре последние строения мертвого городка -
мы даже не успели узнать,  как он называется,  - остались позади, а мы
все  бежали и бежали,  разбрызгивая дорожную грязь,  то и дело попадая
ногами в колдобины, залитые водой, бежали, не сворачивая в сторону, не
рассредоточившись,  компактной группой,  то и дело для вящего удобства
марсиан освещаемые мертвой голубизной молний.
     Когда я,  мобилизовав все свое мужество, заставил себя оглянуться
назад, ближайшая машина марсиан уже почти настигла нас. Вспышка молнии
слишком  коротка,  чтобы  видеть  предмет  в движении.  Цилиндр как бы
застыл всего в нескольких десятках шагов,  застыл,  подняв высоко  над
нами  одну  из голенастых суставчатых ног и отбрасывая на нашу группку
необыкновенно густую черную тень.
     Нам уже не осталось времени даже на то,  чтобы подумать, что же с
нами произойдет. Было только ясно, что все, все пропало.
     В ту же сотую долю секунды я увидел, как из сочленений треножника
с шипением вырвался ярко  светящийся  зеленый  пар,  что-то  над  нами
залязгало,  как буфера вагонов во время составления поездов. Мою талию
крепко  обхватило   что-то   холодное,   металлическое,   суставчатое,
змееподобное.  Снова  вспыхнула  молния,  и  я  увидел,  как блестящее
металлическое щупальце легко,  без видимого напряжения поднимает  меня
на   высоту   трехэтажного  дома  и  опускает  в  нечто,  напоминающее
металлическую корзину  с  открытым  верхом,  наглухо  прикрепленную  к
стенке   громадного  кастрюлеподобного  цилиндра.  Это  и  была  самая
настоящая корзина,  но с дном площадью в десять-двенадцать  квадратных
ярдов.
     Я был в ней не один. Рядом со мной оказались все три моих солдата
и  два неизвестных мне человека.  Они сидели,  обхватив руками колени:
очень плотный мужчина,  лет сорока пяти,  с мясистым  лицом  и  мощным
затылком,  и  юноша,  лет  восемнадцати,  не больше,  очень похожий на
пожилого - очевидно,  его сын. Старший был без пиджака, в подтяжках, в
сорочке без пристежного воротничка, но с торчавшей сзади запонкой.
     Лейтенанта Блейдсовера среди нас, к счастью, не было. Хорошо, что
хоть он избежал этого позорного и страшного плена.  Да поможет ему бог
вовремя и благополучно добраться до огневых позиций полка и не  забыть
то, что я сказал ему еще до того, как мы так глупо бросились бежать от
марсиан.  Боже,  помоги рабу твоему лейтенанту Блейдсоверу не  забыть,
что я советую полковнику Коксу немедленно вытребовать как можно больше
гаубичных батарей,  потому что против этих  цилиндрических  крепостей,
стремительно  передвигающихся  в  воздухе на высоте трехэтажного дома,
нужны орудия с крутой траекторией.
     Оба незнакомца смотрели на нас странными, остекленевшими глазами.
Впрочем, очень может быть, что они смотрели не на нас, а как бы сквозь
нас. Они просто бесцельно смотрели прямо перед собой, и все.
     Ливень уже давно потушил все  пожары,  и  я  потерял  возможность
ориентироваться  на местности.  Но мне показалось,  что марсианин (или
марсиане?) внутри "нашего" цилиндра после минутной остановки повернули
обратно к пустоши.
     Одновременно в результате не замеченных мною сигналов и остальные
цилиндры повернули к песчаной яме на пустоши.
     "Наша" машина  легко  шагала  по  дороге,   скрадывая   по   мере
необходимости   все   изгибы,   перешагивая   через   дома  и  сады  с
обуглившимися плодовыми деревьями.
     Было непонятно,  зачем  они  нас взяли.  Для того чтобы на досуге
получше нас рассмотреть? Чтобы узнать поточнее, что собой представляют
земные существа? Тогда почему они ограничились только людьми? Почему в
этой проклятой корзине, в которой трясло, как на спине бегущего слона,
не  было ни лошади,  ни собаки,  ни кошки?  Может быть,  им нужно было
что-то у нас выведать?  Но как? Ведь мы не знаем марсианского языка, а
они  -  английского.  К  тому же нам удалось выпытать у наших штатских
спутников,  что марсиане и не пытались вступать с ними  в  переговоры.
Это,  собственно,  единственное,  чего нам удалось от них добиться.  В
ответ на наш вопрос они,  наконец,  отрицательно мотнули  головой,  не
проронив ни единого слова.  Всего моего красноречия не хватило,  чтобы
заставить их заговорить, а я их просил, срамил, я угрожал им позором и
всяческими  неприятностями в дальнейшем.  Они молчали.  Они продолжали
смотреть  сквозь  меня  с  лицами,  как  бы  навсегда  застывшими   от
нечеловеческого  горя  и  ужаса.  Когда  я,  совершенно выйдя из себя,
сказал, что я за себя не ручаюсь, если они и впредь будут пренебрегать
просьбой  британского  офицера,  они истерически зарыдали,  прижавшись
лицами к стене корзины, но так и не произнесли ни единого слова.
 





 
 
Страница сгенерировалась за 0.0469 сек.