Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Драма

Игорь Михайлов. - Аська

Скачать Игорь Михайлов. - Аська

ПРИМЕЧАНИЯ

     Поэма "Аська" была написана Игорем Михайловым в Печлаге в 1942-43 гг.
     Позже  ее удалось переслать в  Москву, а оттуда  переправить в Таганрог
жене поэта. После его возвращения она, боясь обыска, отнесла  лагерные стихи
и  поэмы мужа в  библиотеку,  где в то  время работала,  и надежно спрятала.
Однако рукописи  были  выкрадены  новой сотрудницей библиотеки  и, вероятно,
переданы  "куда следует"  (что,  как  ни  странно,  не  имело  последствий).
Сохранившийся в памяти текст "Аськи" был тогда же записан поэтом,  к тому же
сбереглись некоторые черновики.
     Игорь  Михайлов  не  предполагал  больше  возвращаться  к  работе   над
"Аськой":  пройденное  оставалось  за  спиной, лагерное  окружение  отошло в
прошлое, писалась поэма в специфических условиях, "чтоб беспросветный был не
так был тяжек", и уж, конечно, никаких надежд на  публикацию не было.  Позже
друзья  убедили  его,  что  реставрация поэмы,  где  за  якобы  пустяковым и
шуточным  сюжетом  *) мрачным фоном стоит лагерная  жизнь  с массой  бытовых
подробностей, - его прямой гражданский и поэтический долг.
     В первом варианте "Аськи" повествование шло от первого лица, а"двойник"
     автора  -  Скорин  отсутствовал;  не было и таких  персонажей, как врач
Нурмухамедов (он был одним  из героев  пропавшей  в Таганроге поэмы "Сельхоз
Кось-ю"),  его  "лагерная жена"  Томка,  "авторитетный  вор" Мирошниченко  и
другие обитатели палаты.
     Возобновлены "Стансы к Аське", от которых в памяти автора, кроме общего
замысла,   сохранилось   только   несколько   строф.   Оставшиеся  фрагменты
первоначального варианта кое-где подверглись переработке.
     Что касается героини поэмы, то о ней Игорь  Михайлов  в  одном из писем
рассказывал: "  Аська мне  очень нравилась, но  соперником моим был не повар
Васек (лицо  тоже реальное, как  и  все  другие персонажи "Аськи"), а доктор
Сергейко. Этот человек получил десять лет из-за попытки спасти своего брата,
ложно  обвиненного в шпионаже, и теперь хотел спокойно устроить свою  личную
жизнь,   для   чего  ему  нужно   было  найти  помощников,  которые   смогут
добросовестно выполнять  повседневную  работу  и  не продадут  его. Меня  он
натаскивал, исследуя вместе каждого больного. Я был у него "лечащим врачом",
а  Иван  Алексеевич  Лихачев  вел отчетность, выполняя работу медстатистика.
Однажды во время моего ночного дежурства Аська, войдя в палату ("кабинка", в
которой  жил  Сергейко,  находилась  в  конце  ее),  подошла  ко  мне:  "Ну,
благослови,  Михайлов,  пойду  уж дам ему: неудобно  все-таки,  второй месяц
человек меня кормит..." Так Аська сошлась с доктором Сергейко.
     ____________
     *) Сокращая эпилог, автор убрал из него полемические строки:
     Нисколько не весомей, не огромней
     сюжет у классиков - и ничего!
     Вам "Казначейша" с "Домиком в Коломне"
     являют подтверждение сего.
     Вообще же в поэме в ее  нынешнем облике объединены два разных лазарета:
большой  лазарет  за   Печорой,  где  терапевтическим  отделением  заведовал
Сергейко, и медпункт  при сельскохозяйственной колонне "Кось-ю", где  врачом
был Керим Саидович Нурмухамедов."


     В  этих  примечаниях  мы  будем  не  раз  обращаться  к  письмам  Игоря
Михайлова, беря данные отрывки в кавычки.

     1) Иван Алексеевич  Лихачев, по  свидетельству И.Михайлова, как и  всех
его  знавших, - едва ли не самый  замечательный человек,  встреченный  ими в
жизни. Это  был  блестящий переводчик и  знаток многих  иностранных  языков.
Познакомились  они  в Печлаге  и  провели  не  одну ночь  перед  раскаленной
печуркой в  лазарете,  где  И.Михайлов  был лекпомом  ("ночным  лепилой"), а
И.Лихачев - одним из пациентов. И.Михайлов читал ему на память  свои и чужие
стихи,  а  И.Лихачев  -  свои переводы  английских,  французских,  немецких,
итальянских,  испанских,  португальских, румынских поэтов,  порою совершенно
неизвестных в России. И.Михайловым написаны воспоминания об И.А.Лихачеве.
     2) Очевидно, так бы и случилось (из бывших зэ-ка формировались штрафные
батальоны,  где  уцелеть  было  практически невозможно),  если бы  судьба не
распорядилась   иначе.   Поэт   по  окончании  срока   был   мобилизован  на
строительство   завода   авиационной   фанеры   в   село   Жешарт,   и   его
"повелительница"   (не   только   завмедпунктом,   но   и  жена   начальника
строительства) "отвоевала" его у военкома.
     3)И.Михайлов  считал 13 своим числом. Действительно, он родился в  1913
г., был  арестован  13-го числа,  и  сумма цифр номеров камер,  в которых он
сидел,  всегда составляла 13.  Добавим, что число  изданных  им стихотворных
сборников также оказалось равным 13-и.
     4) Название прозаической книги Артюра Рембо ("Une saison  en enfer"), о
которой  много  рассказывал И.Лихачев, читая переводы из  Рембо, выполненные
без книги, бумаги и карандаша  в  камере  между допросами, сопровождавшимися
избиениями.
     5) Имеется в виду повесть А.Чехова "Палата N 6".
     6) Поэма "Аська"  написана во время ночных дежурств в одном из лагерных
лазаретов, где еще не  было  электричества и работать приходилось  при свете
"коптилок".
     7) "Братья Котельниковы"  -  одна  из  ранних поэм И.Михайлова  -  была
принята  Мих.Голодным  для  опубликования в "Новом мире", но вскоре началась
борьба с "формализмом", и  поэма эта, построенная на  изысканных рифмах,  не
увидела света. Она не сохранилось. Несколько строк из нее вошло впоследствии
в поэму "Смерть начдива Азина":
     Вот зарницы удар горизонт расколол
     и еще раз прошелся - начисто.
     И задумался медленный их разговор,
     даже голос звучать иначе стал.
     "В основу поэмы, - вспоминает И.Михайлов, - был положен подлинный факт.
В   газетах   сообщалось,   что   пограничника  Котельникова,   погибшего  в
столкновении  с нарушителями  границы,  заменил его  младший  брат,  рабочий
одного из  ленинградских заводов.  Ему были вручены винтовка и шинель брата.
Предваряя  Семена  Кирсанова,  не раз пользовавшегося впоследствии  подобным
приемом, я заставил эти вещи обратиться  к новому хозяину с соответствующими
монологами.  Своего  героя  я  водворил  на  оптико-механический  завод, где
работал тогда сам..."
     8) Имеется в виду поэт Илья Сельвинский.
     9)  Народная азовская легенда "Матвеев Курган"  (написанная в 1937  г.)
рассказывает   о   сыне  Пугачева,  основавшем   в  бывшем  Миусском  округе
крестьянские  общины.  Поэма  была  высоко   оценена   Сельвинским,  который
заведовал тогда отделом поэзии в журнале "Октябрь", и напечатана в N 7 этого
журнала за 1939 год.
     10)  Сванетская  поэма "Восхождение на Тетнульд" написана  в  1939  г.,
впервые опубликована в журнале "Звезда" (N 9 за 1939 г.). Поэма  написана по
специальному  "заданию"  Н.Тихонова.  Упоминаемый  ниже  "милый  спутник"  -
искусствовед  В.С.Бойков,   вместе  с  которым  И.Михайлов  странствовал  по
Сванетии.
     11) "Кочмас, или Вечер воспоминаний". Эта поэма  написана в 1940 г.  во
время   службы  автора  в  г.Калинине  (Твери)  по  материалам  архива   413
стрелкового  полка  и  должна  была  выйти  в  калининском  издательстве,  в
альманахе "Звенья". После ареста поэта набор был рассыпан, и альманах в свет
так и не вышел.
     Сюжет поэмы относится к периоду гражданской войны, когда в  бою под
Кочмасом красноармейцы впервые увидели танк. Сохранилась вступительная часть
поэмы  и описание кочмасского  боя,  опубликованные в  газетах  "Калининская
правда" и "За родину". Четыре строчки из "неофициального вступления" к поэме
фигурируют в обвинительном заключении, предъявленном И.Михайлову, в качестве
"клеветы на армейскую жизнь":
     Считаем роскошью махорку,
     a колбасу волшебным сном,
     и чай, похожий на касторку,
     из жирных кружек жадно пьем.
     12)  Переделанное  в  честь фильма  название  столовой (или  ресторана)
"Волга".
     13) Незавершенная  повесть в стихах "Воспоминание в Детском Селе"  была
изъята у  автора  при  аресте.  В  1965 г. написана  заново,  белым  стихом;
опубликована в 1974 г. в сборнике "Правый берег".
     14) В.Маяковский, поэма "Во весь голос".
     15)   За  неимением   чернил  в  лагерных  лазаретах  зачастую   писали
разведенной "марганцовкой".
     16) "Всегда  с благодарностью вспоминаю, - пишет  И.Михайлов, - Наталью
Ивановну Колюбакину. Нашему классу повезло, что она, будучи директором нашей
"детскосельской  трудовой  школы-девятилетки"  (бывшей   Мариинской  женской
гимназии), не только  преподавала  у  нас  литературу, но  и  была  классным
руководителем. Держалась она величественно и строго, дисциплина  в ее классе
была образцовой.  Кроме  затеянного  ею  литературно-художественного журнала
"Первые шаги", в  классе  ею же был заведен  "Дневник" -  толстая клеенчатая
тетрадь. Каждый ученик в алфавитном порядке получал его на день и должен был
записать в него что-то наиболее  важное, оставшееся  в  памяти от  минувшего
дня. Запись зачитывалась в начале урока русского языка..."
     17) Их имена - Иван Соколов и Борис Мысловский.
     18)  Езерский  -  герой  одноименной  неоконченной  сатирической  поэмы
Пушкина. Арбенин  -  герой не  только драмы Лермонтова "Маскарад",но  и  его
раннейроман-
     тической драмы "Странный человек".
     19)  Строчка из шуточных  пушкинских  стихов по  поводу  иллюстрации  к
"Евгению Онегину" в "Невском альманахе".
     20)  Имеется в виду АСА - "антисоветская агитация",  самая  невинная из
"литерных" статей, находившихся в компетенции Особого Совещания.
     21) Так блатные в шутку характеризуют лагеря.
     22) 58-я - политическая статья Уголовного кодекса, включавшая в себя 15
пунктов,  из  которых   первый  был   "измена   родине",  каравшаяся  обычно
расстрелом,  а  последний -  "застарелая контрреволюция"  (скажем, виновен в
том, что некогда голосовал за Учредительное собрание).
     23) "Почти все, описанное в  "Аське", - вспоминает И.Михайлов,- так или
иначе автобиографично. Из трех "стрелков", больше всего запомнившихся
     мне по лагерю  (если  оставить  в стороне безликий конвой, гонявший нас
ночью  "пулей" - воспоминание,  конечно,  тоже  несмываемое!)  два попали  в
поэму: один - добродушный малый, которому  я читал стихи  на общих  работах,
другой - высокий,
     скуластый, рябой и свирепый, не  разрешавший мне ни на минуту поставить
тачку в те тяжелые месяцы, когда я "доходил" на режимной колонне. Третьему в
"Аське" места как-то не нашлось. Во время передышки на этапе, когда я мешком
повалился на железнодорожную насыпь, он мне иронически заметил: "Ты бы лучше
вот сюда лег" - и показал на рельсы. Какое-то истерическое чувство заставило
меня сделать  вид,  будто я принял  его предложение всерьез,  подползти  еще
ближе  к  нему  и удобно  положить  голову на  рельс.  Возмездие последовало
незамедлительно: слегка  размахнувшись, он ударил меня прикладом в лоб: умей
понимать, когда дядя шутит!"
     24) Поэма "Сельхоз Кось-ю", к  сожалению,  пропала в  Таганроге. В  ней
рассказывалась подлинная  история о том, как  вся  эта женская  колонна была
поражена сифилисом. Произошло это потому, что гориллообразный каптер-нацмен,
подкармливая  полуголодных  женщин,  поочередно  жил  с  ними  и  постепенно
перезаразил их всех.  Врачу колонны Нурмухамедову выгодна была эта  болезнь:
леча его тайком, чтобы он  не лишился  доходного места, он,  в свою очередь,
пользовался  от  него  немалыми  материальными  благами. Герой  поэмы,  тоже
"лепила",  увлекшись одной из "дешевок", напомнившей  ему черты той, которую
он любил на воле, сходится с ней.  В поэме была  передана целая гамма чувств
человека, которому кажется,  что  он  заразился. Но герой поэмы отделывается
испугом, что же касается его лагерной подруги, то она разделяет участь своих
товарок.
     Тут будет уместно отметить,  что  И.Лихачев, освободившийся  из  лагеря
много позже автора поэмы, в одном из писем сообщил  последнему, что такое же
заболевание постигло и Аську. Оказывается, и она, которая "жила почти всегда
с большим начальством", не избежала общей участи.
     25) "Слабкоманды" формировались из "доходяг". Различались СК-1 и СК-2.
     В первую входили  те, кого  еще  кое-как  можно  было  использовать  на
лагерных  легких работах, во вторую - те, кто и на это был уже не  способен,
фактически это были смертники.
     26)  Тот, кто изобрел эти шифрованные "цветные" сводки, был воистину не
лишенным остроумия человеком. Сводка могла выглядеть примерно так:
     Красных -5
     Желтых- 10
     Зеленых -2
     Серых -12
     Лиловых -4
     Черных -2
     Сие  означало:  "красные"  -  больные   с  воспалительными  процессами,
"желтые" -поносники, "зеленые" - малярики, "серые" - пеллагрики, "лиловые" -
цынготники, наконец, "черные" - мертвые.
     27) Сейчас кажется странным, что хождение  в  брюках  названо "лагерной
модой", однако в  те  времена в самом  деле "на  воле" женщины  в  брюках не
ходили.  Даже полувоенная  форма  комсомольской  "юнгштурмовки"  для девушек
состояла из гимнастерки и юбки.
     28)  Свадебная  цыганская  песня, в  которой  девушка, заботясь о своем
брате, уговаривает подругу - "душеньку" (чаиньку) выйти за него замуж.
     29)  Медицинская  комиссия  могла   списывать   (актировать)  старых  и
безнадежно  больных  заключенных,  которые  заведомо никогда  уже  не  будут
способны  к физическому  труду. Однако политических заключенных в годы войны
даже и в этом случае не отпускали домой и продолжали держать в лагере.
     30) Перефразировка  строк  Некрасова из  стихотворения "Когда из  мрака
заблужденья": "И в дом мой смело и свободно хозяйкой полною войди".
     31)  Отбывшим срок заключения по  политическим  статьям  не разрешалось
жить в
     областных  и  так  называемых  "режимных"  городах. В  паспорте бывшего
заключен- ного делалась шифрованная отметка, на  основании которой во многих
городах ему не разрешалась прописка.
     32) Здесь велось  послевоенное  строительство, главным образом, как и в
селе  Жешарт,  силами  "мобилизованных"  туда бывших  заключенных.  По  этим
стройкам  прошел  "крестный  путь"   лагерного  друга  поэта  Г.В.Мельникова
(см.примечание 44).
     33) И.Михайлов вырос  в городе Пушкине, бывшем Царском, а потом Детском
Селе.
     34) Измененная строчка Лермонтова из стихотворения "Благодарность":
     "За жар души, растраченный в пустыне".
     35) И.Лихачев был  выписан  из лазарета,  но через  полгода вновь попал
туда с отеком ног и, пройдя комиссию, был сактирован.
     36)  Родители  поэта погибли во  время блокады Ленинграда  в 1942 году.
"Именно  в те дни, - вспоминает И.Михайлов, - мне приходилось особенно часто
производить  вскрытия.  Однажды мне приснилось, что  я вскрываю  собственную
мать, объясняя ей при этом: "Вот  видишь, мамочка, ты много курила, от этого
у тебя  такие темные, продымленные легкие".  Во  сне  это  не  было страшно,
потому что мама слышала  меня, как-то  даже  реагировала  на мои объяснения,
т.е.,  видимо, была  жива, но  проснулся я  с чувством ужаса.  Мне так  и не
удалось выяснить, совпал ли этот сон по времени со смертью матери".
     37) Жена поэта, Серафима Григорьевна Глебова.
     38) На этой улице жила подруга матери поэта, Марии Александровны Рослак
(по  происхождению  шведки)  -  Фанни  Хальберг, с  сыном которой  Леннартом
И.Михайлов играл  в  детстве.  В  20-х  годах Ф.Хальберг  с сыном уехала  на
родину. Между подругами шла постоянная переписка, оборвавшаяся только в 1937
году.
     39) Шестой пункт 58-й статьи - "шпионаж". Вообще некоторые пункты легко
запоминались по совпадению начальных букв данного пункта  и соответствующего
преступления: Шестой - Шпионаж, Девятый - Диверсия.
     40) Перефразированная цитата из поэмы Пушкина "Цыганы".
     41)   Из   четвертого    котла   кормилась   только   высшая   лагерная
"аристократия".
     42) Цитата из "Скупого рыцаря" Пушкина.
     43)  Подразумевается известный анекдот о  купце-матерщиннике,  который,
овдовев,  приготовился  благопристойно  встретить  приехавших  из   пансиона
дочерей. Все шло благополучно до самого  вечера, когда  он предложил дочерям
спать вместе на  материнской кровати: "Ты, Даша, спи с  Дуней...То-есть нет,
ты,  Дуня,  спи с Дашей"...  - и, не  умея  избежать матерного звучания этих
фраз, махнул рукой: "Да ну вас к такой-то матери, спите как хотите!"
     44)  "Сказка,  скользкая  немножко..." - непристойная поэма, написанная
И.Михайловым  в  то   же  время,  что  и  "Аська".  Является  очень  вольным
переложением   польской  сказки,  рассказанной  автору  в  Печлаге  доктором
Шимборским. Она заканчивается такими строчками:
     Что ж, прощай, хмельное слово!
     Лавры нового Баркова
     дай мне ото всех и вся,
     как мне Мельников клялся.
     Георгий  Викторович  Мельников  -  один  из ближайших друзей  поэта,  с
которым он познакомился на Севере.
     45) "Опасный сосед" - фривольная поэма, прославившая В.Л.Пушкина.





 
 
Страница сгенерировалась за 0.1233 сек.