Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Классическая литература

Лев Толстой. - Смерть Ивана Ильича

Скачать Лев Толстой. - Смерть Ивана Ильича

         "XII"

     С этой минуты начался тот  три дня не  перестававший крик,  который так
был ужасен,  что нельзя было за  двумя дверями без  ужаса слышать его. В  ту
минуту, как он ответил жене, он понял, что  он пропал, что возврата нет, что
пришел  конец,  совсем конец, а сомнение так и не разрешено,  так и остается
сомнением.
     - У! Уу!  У! - кричал  он на разные интонации. Он  начал  кричать:  "Не
хочу!" - и так продолжал кричать на букву "у".
     Все  три  дня, в  продолжение  которых  для  него  не было времени,  он
барахтался  в  том  черном  мешке,  в  который  просовывала  его   невидимая
непреодолимая  сила. Он бился, как бьется  в  руках  палача приговоренный  к
смерти, зная, что  он не может спастись;  и  с каждой минутой он чувствовал,
что, несмотря на все усилия борьбы, он ближе и  ближе становился к тому, что
ужасало его. Он чувствовал, что мученье его и в  том,  что он всовывается  в
эту  черную  дыру,  и  еще больше в том, что  он не может  пролезть  в  нее.
Пролезть же  ему мешает признанье того,  что жизнь его  была хорошая. Это-то
оправдание своей жизни цепляло и не пускало его вперед и больше всего мучало
его.
     Вдруг  какая-то сила толкнула его в грудь, в бок,  еще  сильнее сдавила
ему дыхание, он провалился в дыру, и там, в конце дыры,  засветилось что-то.
С  ним сделалось то,  что  бывало с  ним в  вагоне  железной  дороги,  когда
думаешь,  что  едешь  вперед,  а  едешь  назад,  и  вдруг узнаешь  настоящее
направление.
     - Да, все было не то, - сказал он себе,  - но это ничего.  Можно, можно
сделать "то". Что ж "то"? - опросил он себя и вдруг затих.
     Это было в  конце третьего дня, за час до его смерти. В это самое время
гимназистик тихонько прокрался к отцу и подошел к его постели. Умирающий все
кричал отчаянно и  кидал руками. Рука  его попала  на  голову  гимназистика.
Гимназистик схватил ее, прижал к губам и заплакал.
     В  это самое время Иван Ильич провалился, увидал свет, и ему открылось,
что жизнь  его была не  то,  что  надо, но что это  можно еще  поправить. Он
спросил себя: что же "то", и  затих, прислушиваясь. Тут он почувствовал, что
руку его целует кто-то. Он открыл глаза и взглянул  на сына. Ему стало жалко
его.  Жена  подошла к нему. Он взглянул  на  нее.  Она с открытым  ртом  и с
неотертыми слезами на носу и щеке, с отчаянным выражением смотрела на  него.
Ему жалко стало ее.
     "Да, я мучаю их, -  подумал он. - Им  жалко, но им лучше будет, когда я
умру". Он хотел сказать это,  но не в силах был выговорить. "Впрочем,  зачем
же говорить, надо сделать", - подумал он. Он указал жене взглядом  на сына и
сказал:
     - Уведи...  жалко...  и  тебя...  - Он хотел сказать еще  "прости",  но
сказал "пропусти", и, не в силах уже будучи поправиться, махнул рукою, зная,
что поймет тот, кому надо.
     И вдруг ему стало ясно, что то, что томило его и не выходило, что вдруг
все выходит сразу, и с  двух  сторон, с десяти сторон, со всех сторон. Жалко
их, надо сделать,  чтобы им не больно было. Избавить  их и самому избавиться
от  этих страданий. "Как хорошо  и как  просто, -  подумал  он. - А  боль? -
спросил он себя, - Ее куда? Ну-ка, где ты, боль?"
     Он стал прислушиваться.
     "Да, вот она. Ну что ж, пускай боль".
     "А смерть? Где она?"
     Он искал своего прежнего привычного страха смерти и не находил его. Где
она? Какая смерть? Страха никакого не было, потому что и смерти не было.
     Вместо смерти был свет.
     - Так вот что! - вдруг вслух проговорил он. - Какая радость!
     Для него все это произошло в одно мгновение, и значение этого мгновения
уже не изменялось.  Для присутствующих  же агония его  продолжалась  еще два
часа. В груди его клокотало что-то; изможденное тело его  вздрагивало. Потом
реже и реже стало клокотанье и хрипенье.
     - Кончено! - сказал кто-то над ним.
     Он  услыхал эти слова  и повторил  их в своей душе. "Кончена  смерть, -
сказал он себе. - Ее нет больше".
     Он втянул в  себя воздух,  остановился на половине  вздоха, потянулся и
умер.

     "1886"





 
 
Страница сгенерировалась за 0.0962 сек.