Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Драма

Альберт Анатольевич Лиханов - Кикимора

Скачать Альберт Анатольевич Лиханов - Кикимора

      В  ту  пору  был  развит  такой  спорт.  Загибали  железную  проволоку,
накручивали коньки - конечно, не такие, как теперь, - прямо  на  валенки,  и
на улице цеплялись за  какой-нибудь  транспорт:  за  лошадь  или  за  редкую
машину.
     Когда цепляешься за машину - жуть берет. Несешься - аж  снег  летит.  И
тут важно, чтобы дорога была накатанной, и лучше всего,  зацепившись,  ехать
позади и чуть рядом с машиной, чтобы видеть дорогу.
     Когда по главной улице пер грузовик, у него на хвосте катилось  пацанов
десять самое малое. Если не хватало места, ухитрялись сделать так: тот,  кто
зацепился своим крючком, другой рукой держал еще один крюк, и за  ним  несся
еще один мальчишка. А за ним еще, целый состав.
     Милиционеров было мало, все тетки, гоняли нас вяло  -  разве  угонишься
за пацаном на коньках? А если и  угонишься,  что  с  ним  делать?  К  матери
вести? Она на работе. В милицию вызывать? Так чем она поможет, коли  днем-то
ребятня все равно сама по себе.
     Честно говоря, я машин боялся.  Были  жертвы.  На  коньках  требовалось
стоять  мастерски.  Если  машина  затормозит,  можно  по  инерции  укатиться
вперед,  под  колеса.  Были  у  нас  ветераны  войны  школьного  возраста  -
однорукие и одноногие мальчишки, неумелые  ездоки  за  машинами.  А  сколько
разбитых носов и шишек! Ведь даже если машина  просто  съедет  с  накатанной
дороги на снег, можно очень даже запросто пострадать - коньки  вгрызаются  в
мягкий наст, на скорости летишь носом вперед. Вот я  и  боялся  машин.  Даже
без бабушкиных и маминых нравоучений обходился -  сам  видел,  что  к  чему.
Цеплялся к лошадям, точнее, к саням.
     Нельзя сказать, чтобы это уж совсем безопасно. На каждом возу  извозчик
с кнутом - бережет силы своей лошади; зацепился, так гляди в оба,  чтобы  ни
секунды промедления. Иной какой взрослый парень  и  без  кнута  обойдется  -
соскочит с саней, догонит неумелого конькобежца и надает тумаков. Так что  и
на малой скорости хлопот не  оберешься.  Удовольствие  и  страх  соревнуются
между собой.
     Я вначале обходил его подводу,  отворачивался  в  сторону,  не  замечал
злобного врага. Но в том-то и дело, что  он  был  злобным.  Другой  извозчик
хлопнет кнутом для острастки - ребята отцепятся тут же, а этот целил.  Будто
воробьев лупил.
     Сидит тихо, для обману голову склонит, будто  спит,  потом  хрясь  -  и
какой-нибудь пацаненок летит с  воем  в  сугроб,  а  пальтецо  его  распорол
Миронов кнут.
     В нашей округе даже ходила молва, что этот бородатый извозчик  заливает
в конце кнута свинцовый набалдашник, что просто так пальто, даже  худенькое,
не располосуешь, что за бородатого лучше не цепляться.
     Уличная горка не любила и боялась Мирона. И я бросил вызов.
     Уроки  стратегии  без  сочетания  с  тактикой  кое-чему  научили  меня.
Допустим, соображал я, мне удалось  прицепиться.  Что  дальше?  Какой  толк,
если он огреет меня? Надо сделать так, чтобы позлить его как следует  и  при
этом остаться невредимым, это раз. А во-вторых, какой я друг  кобыле  Машке,
если стану для нее лишним грузом?
     Я придумал.
     Для Машки -  цепляться  только  тогда,  когда  они  едут  с  горы.  Для
Мирона - чтобы позлить его - раздобыть длинную цеплялку. Так, чтобы кнут  не
достал меня.
     Это было не такое простое дело  -  достать  длинную  цеплялку,  но  мне
посодействовал Вовка Крошкин: с помощью довоенных  марок  из  серки  ВСХВ  -
Всесоюзная сельскохозяйственная выставка, если кто  не  знает,  -  я  достиг
соглашения с одним большим парнем из Вовкиного  района,  и  тот  выгнул  мне
такой прут, что все надо мной поначалу засмеялись на нашей горке.
     Но только поначалу.
     Когда не знаешь, в самом деле смешно. Длинный железный  прут  сгибается
на плече, прямо-таки провисает, будто коромысло. И  весу  в  нем  -  ого-го,
наверное, килограмм.
     Я зашел на гору и, вяло отшучиваясь, начал ждать. Пацаны  цеплялись  за
любую подводу, а я стоял, выжидая своей минуты.
     Наконец  появился  Мирон.  Он   уже   порядочно   обнаглел,   даже   не
оборачивался: его тут все знали, никто не цеплялся. И тогда пробил мой  час.
Я занял исходную позицию, пробежал несколько шагов  за  Машкиными  санями  и
подцепился.  Лошадь  будто  почувствовала  это,  но  не  обиделась,   весело
фыркнула мне. Я злорадно усмехнулся: Машка - союзница! А ты, Мирон...
     Мальчишки, растянувшись по горке, стояли  разинув  рты.  Наверное,  это
заставило Мирона обернуться.
     Он увидел  меня,  нахмурился,  но  кнутом  не  хвостнул  -  отвернулся.
Несколько метров мы проехали спокойно, и я уже подумал, что конюх не  тронет
меня вообще, признав своего знакомого. Наивная душа!
     Мирон просто думал, ему потребовалось время  на  размышления.  Но  зато
потом! Он так резко обернулся и с такой  злостью  хлестнул  кнутом,  целя  в
меня, что я вздрогнул, хотя ведь готовился к этому.
     Не зря готовился! Кнут стукнул по моей железке,  даже  близко  меня  не
достав.
     Я  засмеялся.  Засмеялись  пацаны  на  горке.  Все  видели  посрамление
бородатого извозчика  из  детской  поликлиники.  Ничего  не  скажешь:  одним
ребятишкам везет молочко, других лупит кнутом.




 
 
Страница сгенерировалась за 0.0925 сек.