Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Драма

Кэтрин Энн Портер. - Тщета земная

Скачать Кэтрин Энн Портер. - Тщета земная

     Дядя Габриэл ждал пять лет, прежде чем женился на  тете  Эми.  Она  все
прихварывала, у нее были слабые легкие;
     дважды она была помолвлена с другими молодыми людьми и  оба  раза  безо
всякой причины разрывала помолвку и только смеялась, когда люди постарше,  с
добрым сердцем, советовали ей не капризничать  и  не  отвергать  преданность
красивого, романтичного Габриэла, который вдобавок приходится ей  троюродным
братом, - ведь это  не  то  что  выйти  замуж  за  совсем  чужого  человека.
Говорили, что Габриэл слишком страдал от ее холодности, потому и начал вести
беспутную жизнь и даже пить. Дед его, человек очень богатый, любил  Габриэла
больше всех внуков; из-за страсти Габриэла к скачкам у них  вышла  ссора,  и
Габриэл закричал: "Нужно же мне хоть что-то в жизни, черт возьми!" А ведь  у
него и так было все на свете - молодость, богатство, красота, любящая родня,
и еще большее богатство ждало впереди. Дед упрекнул его в неблагодарности, в
склонности к безделью и мотовству. Габриэл возразил - дед, мол, и сам держал
скаковых лошадей и сумел извлечь из  них  немалую  выгоду.  "Но  средства  к
существованию мне давали не лошади", - заявил дед.
     Об этом и еще о  многом  Габриэл  писал  кузине  Эми  из  Саратоги,  из
Кентукки и Нового Орлеана и присылал ей подарки, цветы во льду и телеграммы.
Подарки были занятные - например, огромная клетка, полная крохотных  зеленых
попугаев-неразлучников; или украшение для прически - пышная  эмалевая  роза,
на лепестках ее стразовые росинки, а над  нею  дрожит  на  золотой  пружинке
яркая бабочка из разноцветной эмали; но телеграммы всегда пугали мать Эми, а
цветы после путешествия в поезде и  потом  в  почтовой  карете  прибывали  в
довольно жалком виде. Розы он присылал в такую пору, когда у Эми и дома  сад
был полон роз в самом цвету.  И  она  поневоле  посмеивалась,  хотя  мать  и
уверяла ее, что со стороны Габриэла все это очень трогательно и мило.  Такие
подношения доказывают, что Эми всегда присутствует в его мыслях.
     - Совсем неподходящее для меня место, - отвечала Эми, но как-то странно
она это говорила, не понять, что же у нее на уме. Очень  возможно,  что  это
говорилось всерьез. И ни на какие вопросы она не отвечала.

     - Это свадебный наряд Эми, - говорит бабушка и разворачивает широчайший
бархатный плащ сизого цвета, раскладывает серебристое муарового шелка платье
и маленькую шапочку - ток серого бархата, украшенную спереди  темно-красными
перьями. Рядом с бабушкой сидит красавица  кузина  Изабелла.  Они  беседуют,
Миранда, если есть охота, может послушать.
     - Она не захотела надеть ничего белого, даже фаты, - говорит бабушка. -
И я не стала спорить, я ведь обещала моим дочерям, что они будут венчаться в
чем пожелают. Но Эми меня удивила. "На что я буду похожа в белом атласе?"  -
сказала она. Правда, она  была  бледненькая,  но  в  белом  атласном  платье
выглядела бы как ангел, мы все так  ей  и  сказали.  А  она  говорит:  "Если
вздумается, хоть траур надену, это же мои похороны, а не чьи-нибудь".  Я  ей
напомнила, что Лу и твоя мама венчались в белом и с фатой и мне приятно было
бы видеть под венцом всех моих дочерей в одинаковом наряде. А Эми  отвечает:
"То Лу с Изабеллой, а то я", и, сколько я ни допытывалась, она не  объяснила
мне что это значит. Один раз, когда ей нездоровилось, она сказала: "Мамочка,
мне недолго осталось на этом свете", но сказала как будто не всерьез.  Я  ей
говорю: "Ты можешь прожить очень долгую жизнь, только будь разумна".  А  Эми
отвечает: "В этом-то вся беда". И еще она сказала:
     "Мне жалко Габриэла. Он сам не понимает, на что напрашивается".
     Я опять постаралась ей объяснить, что замужество и дети вылечат  ее  от
всех болезней, - продолжает бабушка. - В нашей семье,  говорю,  все  женщины
смолоду слабы здоровьем. Вот когда я была в твоем возрасте, все думали,  что
я  и  года  не  протяну.  Это  называлось  бледная  немочь,  от   малокровия
становишься прямо зеленая, и всем известно, что от этого  есть  только  одно
лекарство. А Эми отвечает: "Ну, если я доживу до ста лет  и  позеленею,  как
трава, я все равно не захочу выйти за Габриэла". И тогда я ей сказала  очень
серьезно, что, если у нее и правда такое чувство, ей, конечно, не следует за
него выходить, и надо Габриэлу отказать раз и навсегда, и пускай он уедет. И
у него все пройдет. А Эми отвечает: "Я уже ему отказала и велела  уехать,  а
он не слушается". Тут мы с ней посмеялись, и я сказала, что девушки умеют на
сто ладов уверять, будто не хотят замуж, и на тысячу ладов умеют  испытывать
свою власть над мужчинами, но она-то, Эми, уже всем этим вдоволь натешилась,
и пора ей честно решить, да или нет. Вот я, - продолжает бабушка, - только и
мечтала, как бы выйти за вашего дедушку, и, не попроси он моей руки,  я,  уж
наверно, сама бы его попросила. А Эми уверяла, будто и вообразить не  может,
как это ей вдруг захочется замуж. Я, говорит, буду заправская  старая  дева,
совсем как Ева Паррингтон. Ведь уже тогда было ясно и  понятно,  что  Ева  -
прирожденная старая дева. Тут  Гарри  и  говорит:  "Ну,  Ева...  у  Евы  нет
подбородка, вот в чем беда. Если бы и у тебя не было  подбородка,  Эми,  ты,
конечно, тоже разделила бы участь бедняжки Евы". А дядя Билл сказал:  "Когда
женщинам больше нечем утешиться, они начинают добиваться  права  голоса.  Не
очень-то оно заменяет супруга", - сказал дядя Билл. А Эми  ему:  "Мне  нужен
такой спутник жизни, чтоб была не жизнь, а вальс, вот кого я ищу".  Напрасно
было учить ее уму-разуму.





 
 
Страница сгенерировалась за 0.1024 сек.