Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Научно-фантастическая литература

Павел Вежинов. - Измерения

Скачать Павел Вежинов. - Измерения

    Все, что она сказала, было правильным и  логичным.  Но  осознал  я  это
гораздо позже. А тогда я только растерянно глядел на нее, словно не  верил
своим ушам.
   - Ты с ума сошла! Кто мне поверит?  Да  меня  в  лучшем  случае  просто
высмеют, а то и прямо отправят в психиатричку.
   - Ну и что?
   Голос ее звучал вполне спокойно, но я внутренне содрогнулся.
   - Как что? Зачем делать то, в чем явно никакого смысла?
   - Есть смысл! - сказала она. -  Конечно  же,  есть!  Тут  важнее  всего
убедить людей. Но даже если это  тебе  не  удастся,  ты  по  крайней  мере
выполнишь свой долг.
   Меня охватила полная беспомощность. И отчаяние. Я  ясно  сознавал,  что
никогда не сделаю этого, что бы ни случилось. Почему, до сих пор не  знаю.
Жена как будто поняла это, взгляд ее смягчился.
   - В чем-то ты по-своему прав. Но давай рассуждать логично. То,  что  ты
мне сказал, действительно выглядит невероятным. Чтобы не сказать глупым. Я
вообще не поверила бы тебе, если б не знала историю  твоей  бабушки.  Ведь
ее-то предчувствие сбылось. Почему? Не знаю. Но  если  мы  чего-нибудь  не
знаем, то вовсе не значит, что этого вообще  не  существует.  Сейчас  меня
беспокоит одна-единственная мысль - не только  сейчас,  всегда!  Ответь  в
последний раз, только откровенно! Про бабушку ты правду  рассказывал?  Или
все это - одно твое воображение?
   - Как так воображение?
   - Так! Воображение, вымысел. Люди любят верить в чудеса, но,  поскольку
чудес на свете не бывает, они их попросту выдумывают.
   Ум ее, как всегда, работал безупречно, словно  электронная  машина.  Но
вместо того, чтобы образумиться, я только еще больше разъярился.
   - Конечно правда! - не в силах сдержаться, закричал  я.  -  Как  я  мог
такое придумать? Что угодно, только не это. В конце концов есть же у  меня
совесть ученого.
   - Нет у тебя никакой совести! И ты просто-напросто врешь.  Или  сейчас,
или тогда. Иначе чем объяснить твое идиотское поведение?
   - Но что ж тут удивительного! - В жизни я еще так не кричал. - И что ты
скачешь на одном месте, как лягушка в банке. Говорят тебе -  бессмысленно!
Совершенно бессмысленно!
   - Как это бессмысленно? - Она тоже повысила голос. - Но представь себе,
что землетрясение и в самом деле случится. Как в  Мексике  или  Лиссабоне.
Неужели у тебя хватит духу взять все это на свою совесть?
   - Ничего я не возьму на свою совесть! - Я  был  в  полном  отчаянье.  -
Ничего! Потому что я знаю, я уверен - как бы  сейчас  ни  поступил,  никто
меня не поймет и не послушает. Вообще все это выше моих сил и моей власти.
   Наконец-то она меня поняла.  Наконец.  Лицо  ее  окончательно  погасло.
Сникнув, она просидела неподвижно минут пять, а может, и  полчаса.  Я  уже
говорил, что для измерения  времени  нет  никаких  объективных  критериев.
Потом лицо ее понемногу прояснилось.
   - И все же какой-то  смысл  в  этом  есть!  Ладно,  можно  пожертвовать
людьми. Может, для их же пользы. Но сходи хотя бы  в  сейсмический  центр.
Или, скажем,  в  Академию.  У  тебя  там  столько  друзей...  Расскажи  им
откровенно-обо всем, что мы с тобой знаем. Просто чтобы остался  документ.
Каждую гипотезу нужно доказать или опровергнуть. Неужели ты не  понимаешь,
что у тебя в любом случае должны быть свидетели?
   Я горько вздохнул. Свидетели, какие  свидетели?  А  если  действительно
погибнут тысячи, десятки тысяч людей?  Тогда  я  сразу  же  из  безвинного
превращусь в обвиняемого. Вместе с еще несколькими людьми, у которых  силы
и власти ровно столько же, сколько у меня. Как и  у  большинства  мыслящих
горемык в этом мире.
   - Ладно, - ответил я. - Это уже кое-что... Я подумаю...


   Я провел кошмарную ночь. По  законам  логики  жена  была,  конечно  же,
права. Она всегда была права. Ее беспощадный ум не признавал  ни  лжи,  ни
компромиссов. Ее истины были суровы, прямы и жестоки. Не истины, а  волчьи
капканы. Железные зубья впивались в живую плоть, не  оставляя  надежды  на
избавление.
   Конечно, каждый может подумать: но если жена права,  почему  бы  ее  не
послушаться? Человек, претендующий на звание ученого и  умеющий  логически
мыслить, должен был бы без возражений принимать любую истину. И все же  на
этот раз я не мог с ней согласиться, все во мне  сопротивлялось.  Чувства,
убеждения? Нет, все!
   Дело в том, что она не была права. То есть для себя, может, и права, но
не для меня. Я говорю это не из любви к каламбурам, а потому, что так  оно
и есть. Бессмысленно и глупо требовать от человека то, чего  он  не  может
сделать. Словно в нем таится  какая-то  чуждая  сила,  которая  тащит  его
назад, делает беспомощнее безруких и безногих.
   Понимаю, что выражаюсь не слишком  ясно.  Особенно  для  неискушенного,
непосредственного  ума.  Вы   не   замечали,   как   часто   люди   бывают
непоследовательны? И очень редко говорят то, что думают. А порой совершают
неожиданные, я бы сказал, безумные поступки. Нет ничего труднее, чем  быть
последовательным. Но что значит - быть последовательным? Следовать за чем,
за кем? За самим собой? В лучшем случае -  за  той  частью  себя,  которая
зовется разумом или сознанием. Не может человек до  конца  познать  самого
себя. Это означало бы постичь все истины мира. А за  нашу  короткую  жизнь
это невозможно. Гораздо более невозможно, чем взлететь  птицей  в  небеса.
Что, наверное, когда-нибудь  и  случится,  потому  что  такое  в  границах
человеческих возможностей. Но каким образом познать самого себя?
   Несомненно, человек - самое сложное произведение природы. У него  может
быть хоть  сотня  лиц,  но  два  из  них  всегда  будут  доминировать  над
остальными. Человек - это то, что он есть, и то, чем он был на  протяжении
миллионов лет. Но разве каждый может еще раз пройти этот бесконечный путь,
чтобы полностью осознать себя!
   Много лет назад жил у меня маленький общипанный попугайчик. И кошка  по
кличке  Мери,  невероятно  милое  и  воспитанное   существо.   Она   умела
пользоваться уборной, как человек, и не прикасалась ни к какой  еде,  если
та не лежала у нее в мисочке. Я кормил ее только хорошо проваренным  мясом
и рыбой, так что Мери даже не ведала вкуса крови.
   У нее было любимое местечко - в одном из кресел. Оттуда ей лучше  всего
был виден попугай. Иногда  она  часами  смотрела  на  него,  не  мигая,  с
каким-то совсем не кошачьим умилением, даже с нежностью. Жену  эта  дружба
чрезвычайно радовала.
   - Видишь, как они любят друг друга, - говорила она. - Свыклись,  словно
братик с сестричкой.





 
 
Страница сгенерировалась за 0.0432 сек.