Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Фэнтези

Игорь Гергенредер. - Парадокс Зенона

Скачать Игорь Гергенредер. - Парадокс Зенона

21


     Толя  Вывалов  знает,  что  тесть не  носит домой полных сумок. Вывалов
разочарован в еврее, если не сказать больше.
     То, что он стучал, - это само собой, и оно неглупо. А что - тупо ждать,
когда тебя укатают на Колыму или сведут вниз по лестнице? Стучали все! Но не
все умели, и не всем везло.
     Тесть умел, и ему везло.
     Но, оказывается, и еврейская голова не застрахована от маразма. Видать,
не зря толкуют про эту гадость - склероз. Тяжелый случай!  Поют новые песни,
а он  все на  той  же  ноте: "Я вам больше  скажу..." На  х...я?! Умственная
инвалидность.  А  Толя  страдай. Идка  по ночам плачет, спать не дает.  Теща
вкусно готовить перестала.  Сляжет  -  и  придется  помогать Идке полы мыть,
стирать. Разве жизнь и так недостаточно однообразна? Хорошо еще, что природа
пока не вовсе похерена и иногда утешает. ..
     Южноуральское резкое  лето! Оно исходило  терпко  забродившими  сочными
силами.  Поутру вдоль проселков дымились  в  росе, дозревая, ячмень и озимая
рожь. В перелесках, там, где расступались клены и тополя, вымахали из жирной
почвы  наливные  тучные  травы.  В их ровной зелени  влекуще-улыбчиво синели
колокольчики, цвели  золотистые  скабиозы, к ночи душистый  табак  распускал
свои бархатисто-бордовые  звезды.  Поспела  благодатно уродившаяся  черника.
Огороды изобиловали редиской и зеленым луком, картофельная  ботва разрослась
ввышину,  обещая   россыпи  полновесных  клубней.  Виктория  укрупнилась  и,
ярко-красная, насыщенная сладостью, так и просилась в рот.
     В то воскресенье теща и Ида, взяв дочку, уехали на дачу к родне. Старик
сказал - ему  нездоровится. Дело известное: он  терпеть не  может  поездки в
гости, компании, праздники.
     Толя встал в половине двенадцатого. Накануне браконьерничал с дружками,
подфартило наваристо: убили  косулю.  В  каком  наплыве вожделения он  тащил
домой свою долю!.. Засыпал  в мыслях  о  залитых  острым  соусом, сдобренных
чесноком зразах.
     Теща умотала  - придется поработать  на себя  самому.  Любишь  кататься
-хм...
     Толя не  признает мясорубку  - теряются соки. У него  особое деревянное
корытце  и  тяпка  -  массивная полукруглая  острая  лопатка, насаженная  на
крепкий черенок. Он сидит на кухне и измельчает куски мяса в корытце.
     Окно обращено во двор, он не асфальтирован, и возле замыкающих его стен
укоренились крапива и мясистые лопухи, их оплела сорочья пряжа, вскинул свои
верхушки  подорожник. Из  полуподвала  видны побеленные  основания  тополей,
цветущая лебеда. В открытую фортку доносятся запах дворовой мусорной прели и
невнятный аромат зелени.
     Вошел  Дворин  в  застегнутой  до горла  теплой  кофте,  снял  с  плиты
закипевший  чайник, заваривает себе  грудной чай. Покашливает, руки  дрожат.
Морщинистое лицо изжелта-бледно,  в пятнах старческой пигментации, мешки под
глазами свисают  складками. До  шестидесяти  не дотянул,  а  дашь  хорошо за
семьдесят. Толя чувствует что-то вроде жалости.
     - Эх, Наумыч, - в глаза обычно называет тестя по отчеству, - не  могу я
глядеть, как ты сам себя наказал...
     Тот,  по обыкновению, молчит. Зять ему  не  то  чтобы противен,  он  не
худший  из  тех,  что  были   возможны.  Дворин  относится  к  нему   как  к
нормально-неизбежному обстоятельству.
     - Я... - Вывалов стоит у стола, рубит тяпкой мясо в корытце, здоровяк в
свежеглаженой белой майке, - я тебя не сужу... ну, ты понимаешь... Правильно
делал.  Весь  мир -  бардак,  все  люди  - бляди!  Но  потом  надо  же  было
сообразить.
     Слышит он, нет? Вот маразматик! Присел к столу с краю, чай будет пить.
     -  Может, тебя это не волнует, - наставительно говорит Толя, -  а семью
волнует! Мне влияет на нервы.
     Дворин  отхлебнул  чаю.  Он  столько  лет пьет из  источника.  Пить все
тяжелее. Но,  кажется, уже недалеко до конца.  Он  будет  пить до конца, как
пил.
     -  Ты был умный  человек,  Наумыч. Ты был  хитрый человек!  Неужели  не
соображаешь, как ты свихнулся?  Ну,  скажи мне, объясни, зачем ты талдычишь:
город взяли, город взяли?
     Отмолчится... нет, смотри-ка - поднял взгляд, произносит с апломбом:
     - Потому что взяли! И прошли по нему...
     - Да хоть бы и так, тебе это надо?!
     - Мне это надо!
     - Ну-ну... вот он и есть... склероз. - Толя хотел сказать: "Маразм".
     Он  переключил мысли на зразы. Эх, и обжираловка будет  сегодня! У него
припрятана   и   бутылка   перцовки.   "Зубровка"   или   старка   были   бы
предпочтительнее (сорок градусов, а перцовка - только тридцать), но их редко
найдешь  в магазинах, и дороговаты. Ладно перцовка  есть. Стал насвистывать.
Перекладывает фарш в  миску, тяпка на столе. Давеча дружки пели это...  Толя
напевает: "Моряк поехал  в Ашхабад, а  водки  нет  в песках... устал искать,
устал искать..."
     Старик встал, шибнув стол: стакан с чаем - на пол. Хвать тяпку - острие
уперлось Толе под подбородок. Рука не дрожит. А глазищи!
     - Батя... - Толя шепотом.
     Легонечко назад от острия... сунет тяпкой - перережет горло.
     -  Украли!..  Испохабили...  -   яростный  хрип;   лицо  исказилось.  -
Изгадили...
     Швырнул тяпку на стол. Как голову держит!
     Толя   переложил   инструмент  подальше,   на   подоконник.  Встряхнуть
старикашку за шкирку?
     -  Что  такое? -  Вывалов  хочет рассвирепеть. Что-то  ему мешает.  Вид
старика. Тот никогда не стоял таким... таким, хм... героем.
     - Что, ну?.. - повторил Толя грубее, и тут  показалось более интересным
поиздеваться: - Взяли город, а? Взяли? Город взяли!
     - Взяли.
     - Ха-ха-ха! - Вывалов в восторге бьет себя  ладонями по груди. - И, это
самое, с песней...
     - Да. Прошли по нему с песней. И как прошли!
     - Ги-ги-ги-и!  -  Толя  пару  раз подпрыгнул  на  месте, шлепая себя по
коленкам. - И ты сам видел? Ты там был?
     -  Я  - шел! - сказал Дворин с горькой гордостью. - С  песней,  которую
потом украли и изгадили.
     Толя хохотнул еще раз-другой.
     Замолчал.
     Вглядывается  в  стоящего перед  ним  тестя...  осанка...  выражение...
Обалдеть!  Шестеренки  искрометно завращались в  голове  Толи.  Он отнюдь не
дурак,  Толя Вывалов. Мысль пошла... Вот почему... "Я вам больше скажу..." -
вот оно что-оо! Он не из этих, а... Он?!
     - Батя... - рот не  закрылся, - ты...  - Толя вытер слюну с угла рта, -
брал город? Я никому ни-ни! - он перекрестился, - чтоб  я сдох! А эти козлы,
хо-хо-
     хо! ой, козлы-ыыы... Они все козлы против тебя, батя.

 

     - Уважаю! - вскричал Толя, чувствуя, что, может, и не врет. - На колени
     встану - спой ту песню!.. - встал на колени.
     - Брось клоунаду, - в сердитой рассеянности сказал Дворин.
     -  Я  ниц распр-р-ростр-рюсь! - Толя,  повалившись  на пол,  исподлобья
глядел на тестя, протягивал руки к его ногам.
     - Встань! - сухо сказал Дворин.
     - А?
     - Не лежать же на полу.
     - Ага, - Толя сел на табуретку, насвистывая.
     Мама родная - старик поет!

     Шотландский парень Далгетти
     Поехал в Эр-Рияд...

     Куплет следовал за куплетом, и, когда припев  повторился, Толя  ухватил
его, и пошел дуэт:

     Устал идти, устал идти!
     Где взять глоток вина?
     А ждет тебя, мой Далгетти...
     .....................................................

     "А ждет тебя, мой Далгетти"
     "А ждет тебя, мой Далгетти"
     "А ждет тебя, мой Далгетти..."


#

 

     *Правильно суфражистки - участницы  женского  движения (2-я пол. 19 в.,
Англия,   США,    Германия),   выступавшего   за   предоставление   женщинам
избирательных прав (Прим. автора).


     Повесть идет четвертой, после повести "Комбинации против Хода Истории",
в сборнике под общим названием "Комбинации против Хода Истории".

 





 
 
Страница сгенерировалась за 0.2595 сек.