Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Религия

Саймон Тагуэлл. - Беседы о блаженствах

Скачать Саймон Тагуэлл. - Беседы о блаженствах

      Глава 11

     Блаженны, миротворцы, ибо сынами Божьими нарекутся

     Блаженство  миротворцев тесно связано  с  блаженством  чи-стых сердцем,
потому что мир и чистота  нерасторжимы. Ис-тинный мир духовный бывает лишь у
чистых сердцем, а без такого мира не сумеешь примирить других.
     У отцов-пустынников есть одно предание: три христиани-на посвятили свои
дела Богу. Один решил мирить людей, дру-гой помогать больным, третий  ушел в
пустыню. Первый не смог утишить мирских ссор и, в унынии пошел ко второму;
     тот  же  плохо справлялся со своим делом. Они отправились к третьему, в
пустыню, и  спросили, как им  быть. Он помол-чал, налил воды в чашу и сказал
им: "Глядите". Сперва во-да была неспокойна, потом сравнялась, и они увидели
в  ней свои лица. Тогда  он сказал им: "Точно так же  тот, кто жи-вет  среди
людей, не видит своих грехов, ибо не знает  покоя. Но если  он узнает покой,
он увидит себя".
     История эта учит  не только тому, что мирить людей мо-жет лишь тот, кто
сам  обрел мир.  Она учит и другому: мир тесно  связан с  самосознанием, без
которого  невозможны  столь насущные добродетели, как смирение и  надежда на
Бога.
     Такое самопознание  бывает  лишь  у  милостивых.  Пока на-ше  зрение не
очищено милостью к ближним, мы не сможем увидеть себя в тихой воде смирения,
и  будем  печься  лишь  о   том,  чтобы  наш  мнимый  образ  был  как  можно
привлекатель-ней. Этот путь ведет не к миру, а к душевной болезни*.
     Путь  к миру --  приятие  правды. Все  то, чего  мы  не ви-дим  в себе,
становится нашим врагом. Эти отброшенные свойства быстро обретают воплощение
в тех, кто  нас окру-жает. Не всякая  вражда  вызвана именно  этим,  но  это
игра-ет большую роль в том, что мы не ладим с ближними.
     Только  полная  правда  может породить  истинный  мир.  Но природа наша
раздроблена и искажена. Правда о  нас  -- не-полная искаженная правда. Чтобы
она стала полной, нужно дскупление, нужен крест.

     * Ср. слова св. Серафима: "Обрети мир, и тысячи вокруг  тебя спа-сутся"
(.прим. ред).

 


     Как обычно, здесь необходимо  знать одну парадоксальную психологическую
истину. Если  мы будем  слишком  сильно стремиться  к "миру  душевному",  мы
утратим и тот, который у нас был. Умиротворенность начинается с того, что мы
при-нимаем ее  отсутствие.  Когда  мы  тревожимся,  попытка  изба-виться  от
"нервозности"  ничего  не  даст,  она  только  приба-вит  новый  повод   для
беспокойства. Когда  мы в депрессии,  незачем усиливать ее, страдая от того.
что мы в депрессии.
     Возложить на  Господа  заботы свои -- совсем не то же самое,  что любой
ценой избавляться от волнений. Мир во  Христе -- субъективное чувство. Мы, в
буквальном  смысле  этих  слов, отдаем Христу  наши  заботы  и  треволнения.
Хри-стос же дает нам мир. "который превыше всякого ума" (Фил. 4, 7);  только
Он может соединить и утешить наши раздробленные души.
     Но этот мир неотторжим от Креста.  Отдаваясь Ему, мы, по  удивительному
слову  "Облака неведения",  предаемся "на волю врагов". Нельзя обрести мир и
бороться с внешними невзгодами.
     Следует  напомнить  в  этой  связи,  что   в  Евангелиях  мир   властно
провозглашается,  а  не  медленно  вырабатывается.  Евангельский  мир  -- не
отсутствие забот; он  положителен, тверд и весом. Христос говорит апостолам:
"Мир  оставляю вам, мир Мой  даю вам"  (Ин. 14, 27) -- и  посылает их  нести
весть о мире ("Мир дому сему"  Лк.  10,  5).  Мир этот  столь  ощутим, почти
реален, что если в доме его не примут, он как бы отскочит назад, к апостолу.
Привычное  приветствие "Шалом"  становится  властным  провозглашением истины
Божьей,  которая  не  в   пример  сильнее  психологических,  эмо-циональных,
социальных факторов. Возвещая мир, мы  возве-щаем животворящую  силу Божью в
самой сердцевине  не-правды  и  греха.  Миротворцем станет лишь тот, кто, во
Христе  и  в Церкви,  покорится  Господню  слову.  Только  тогда,  в  та-ком
послушании можем мы передавать мир другим.
     Необходимо  уточнить, что  здесь  и речи  нет о  хлопотах, об  активной
деятельности.  Порой такая  деятельность нужна,  но к миротворчеству она  не
имеет никакого отношения. Ми-ротворец ничего  не улаживает, не ищет  удобных
компромис-сов, --  он просто  возвещает, что раздробленная действитель-ность
побеждена   Божьей  цельностью.   Здесь  и   речи  нет   об   уступках   или
попустительстве. Целостность Божия вмещает


     все, что есть. Ничего  не надо отбрасывать,  кроме лжи. Мир, который мы
возвещаем, так полон, что может на первый взгляд показаться  противоречивым.
Церковь  (по слову Вати-канского собора --  "qermen  unitatis" *)  должна по
самой   сути   своей   быть  сложной,  разносторонней,  парадоксальной,  как
породившее  ее Слово. Мы не достигли бы  мира, спрямляя сложность жизни. Вот
почему христианин не  может "прини-мать чью-то сторону".  Вот почему Церковь
так  предостерега-ет от  частной истины,  ереси.  Дело  Церкви  --  находить
доб-рое   в  бесчисленном  множестве   ситуаций,  мнений,  людей,   ко-торое
представляет ей реальный путь. Когда св. Августин отправлялся на проповедь в
Британию, папа  Григорий  Вели-кий настоятельно просил сохранить  как  можно
больше язы-ческих  построек и церемоний, придав им христианский смысл, чтобы
люди не были слишком удивлены  и оскорблены**. Наша цель -- утверждать, а не
отрицать и противоречить.
     Конечно,это  никак  не значит, что мы  должны принимать  любое  мнение.
Когда  это  необходимо,Церковь  предает  анафеме  мысли  и  учения,  которые
признает невер-ными.  Однако она  отрицает их  именно потому, что они  узки,
односторонни, и противопоставляет им не столь  же  узкую, ие противоположную
мысль, а  Божью  правду  в  ее целостно-сти.  Заметим, что в  большей  части
догматических   постанов-лений   анафемы   изложены   много   точнее,    чем
положительное   учение,   а   точность,  содержащаяся  в   нем,  мистична  и
таин-ственна, и  похожа скорее на правило, которое  надо  запом-нить. чем на
мнение, которое можно обсуждать.
     Самый опасный  соблазн  во  всяком  споре -- вцепиться в свое мнение  п
подчеркивать  его  несовместимость с  мнением противника.  Так  бывает  и  у
церковных людей; но Церковь никогда  этим  не удовлетворится. Апостол  Павел
даже усмат-ривает  промыслительную ценность в существовании  ересей  (см.  1
Кор. 11, 19). Чтобы стать мудрым христианином, надо  узнать все другие школы
мысли. Внимание к разнообразию мнений и должно отличать христиан от еретиков
и   сек-тантов.  Даже  отвергаемые  нами  взгляды  что-то  вносят   в  на-ше
мировоззрение.

     * "семя единства".
     ** Речь  идет  не о св. Августине Гиппонском (в  правосл. трад. --  бл.
Августине),  а  о  менее  известном  апостоле  Британии.  Автор ссылается  в
указателе на "Историю Церкви" Беды Достопочтенного, 1, 30.

 

     В XIII веке на  юге Франции обрела огромную силу аль-бигойская ересь, и
Церковь не могла с нею сладить, пока Диего  и Доминик не стали проповедовать
по-новому  (дело  это  продолжили  и  дети  Доминика,   и  дети  Франциска).
Про-поведь их  поражала тем, что она во многом походила на уче-ние еретиков.
Чтобы спор стал  плодотворным, наши отцы  глубоко  вникли  в то,  в  чем они
согласны с противником. Это была  не хитрость; просто они признавали, что  у
еретиков  есть нечто,  весьма  полезное для  Церкви. И альбигойская ересь, и
нищенствующие ордена отвечали на одну и ту же потребность христианства.
     Это очень важно сейчас, в XX веке. Карл Ранер писал в 1953 году:  "Тот,
кто пришел к католичеству из другой кон-фессии, приносит с собой очень много
истинных христианских ценностей. Он должен  внести их в  дом Отца,  обогащая
Цер-ковь.  Очень   хорошо,  если   можно  понять,  что  человек  был  прежде
протестантом. Не надо отбрасывать свое наследие;
     надо помнить, что тебе препоручено передать его Вселенской Церкви".
     И снова,  это не значит, что  никогда ни с кем  нельзя  све-рить. Порою
полезно уяснить, уточнить истину, приведя ве-сомые  доводы  в ее защиту.  Но
как бы  весомы  они ни  были, мы  уже не будем "католиками", если абсолютное
мерило для  нас --  наша  точка зрения. Можно  отстаивать то, что мы считаем
верным  (или,  точнее,  наиболее  вероятным),  дабы  внести  свою  лепту   в
сокровищницу истины. Однако мы  долж-ны  быть готовы к тому, что наш кусочек
правды совсем не таков, каким мы его видим.
     Точно  так же  мы  не вправе отмахиваться от чужих  мнений,  даже  если
совершенно  с ними  не  согласны. Пускай  мы не усматриваем в них и  крупицы
правды --  мы обязаны допустить, что,  в конце концов,  нечто истинное в них
есть. В каждом  зле  .есть семя добра, а в каждой неправде -- тяга к правде.
Истинный христианин умеет  быть со всяким,  и  никого  не отвергает, ибо  он
стремится открыть  повсюду  яв-ленное  Слово, возвестить о  нем и тем  самым
возвестить мир о целостности Божией и целостности творения.
     По слову  Клемента Александрийского, самый верный  при-знак христианина
-- его способность понимать других. Если  мы предпочитаем  такое-то  мнение,
эта значит, что оно вире,


     а не уже прочих. Суждение А может понять  суждение В и С. тогда как В и
С друг друга понять не могут.
     Однако  такая  христианская  целостность  почти  неизбежно  приходит  к
столкновению с нетерпимыми и частными исти-нами века сего. Христос даст Свой
мир "не так, как мир да-ст" (Ин. 14, 27). Он Сам говорит, что принес не мир,
но меч (Мтф.  10, 134). Целостность истинного христианства про-тивна мирской
падшей  жизни, которая  поклоняется бесчис-ленным заменам  истины, нелепым и
нетерпимым.
     Но  миротворцы  блаженны, ибо  они  нарекутся  сынами Божьими.  Они  --
сыновья Христа, Его наследники (Р.  8, 17). Если мы миротворцы, мы разделяем
с  Ним  Его достояние.  Отец дал  Ему все;  и мы  можем  стать  "причастными
Боже-ского  естества". В этой недоступной разуму причастности мы  и обретаем
истинное блаженство.

 

 





 
 
Страница сгенерировалась за 0.0962 сек.