Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Сказки

Иштван Фекете - Лисенок Вук

Скачать Иштван Фекете - Лисенок Вук

      Царило полное безмолвие.
     - Здесь тебе не пройти, - повернувшись к  лисенку  сказала  Карак,  -
ведь даже мне приходится быть осторожной. Я тебя понесу.
     Вук покорно подставил спину, и Карак бережно взяла его в свои  острые
зубы.
     Старая лиса осторожно шла по узкому карнизу.  В  жилах  Вука  застыла
кровь,  над  такой  страшной  бездной  они  пробирались,  но  он  все-таки
расслабился, зная, что от него сейчас требуется одно: не шевелиться. Потом
тропку пересекла метровая трещина. Карак чуть ли не перелетела через  нее,
и Вук зажмурился, стукнувшись головой о  скалу.  Когда  он  открыл  глаза,
Карак завернула в небольшую расселину, не видимую ни снизу, ни  сверху,  и
опустила его на землю.
     - Мы дома. Иди за мной.
     Узкая расселина постепенно расширялась, и они  добрались  по  ней  до
большого логова с идущими направо и налево ходами, где  поместилось  бы  и
два  десятка  лисиц.  Тускло  мерцал  лунный  свет,  и  Вук  с  изумлением
огляделся.
     - Тут замечательно, - удивленно сказал он, - а я зашиб  себе  голову.
Здесь очень хорошо пахнет. Точно тут есть что-то такое...
     - Тут всегда что-нибудь есть, - похвасталась Карак и, достав половину
зайца, поделилась с лисенком, который наелся до отвала.
     - Мне нравится здесь, - погодя прокряхтел он, -  здесь  прекрасно.  Я
как будто и не ушиб голову. А теперь мне хочется спать.
     - Ну и спи, - улыбнулась Карак. - Сюда никто не может  добраться.  Ни
Гладкокожий человек, который стремится все у нас  отобрать  и  съесть,  ни
собака Вахур, эта продажная тварь. Не выходи отсюда, пока я не вернусь.
     В одном углу логова была целая куча сухих  листьев,  занесенных  туда
ветром. Растянувшись на них, Вук сквозь сон видел, как Карак прошмыгнула в
щель между скалами.
     Ночь миновала. Вместо дрожащего мерцания луны  в  расселину  проникла
сперва серая мгла, потом живые пробуждающие лучи солнца. Но Вука даже  они
не разбудили.
     Тут что-то заслонило свет, и Карак вползла в логово,  держа  в  пасти
Курри, который и на этот раз потерял голос где-то по дороге.
     Старая лисица подняла не больше шума, чем легкий ветерок;  Вук  и  не
проснулся бы, но запах петуха разнесся в воздухе, и  малыш  повел  во  сне
носом.
     Карак ласково посмотрела на чуткого лисенка, который,  открыв  глаза,
сказал:
     - Здесь очень хорошо пахнет, и Вук хочет есть.
     - Ешь, ешь, сынок, - поощряла его Карак, - для  этого  я  и  принесла
Курри, который своим пением меряет длину ночи.
     - Я люблю Курри, - пробормотал Вук,  набивая  живот  подсунутыми  ему
кусками.
     Наступило молчание. Изредка похрустывали косточки, и  над  скалами  с
клекотом кружили два сарыча. Вук прислушивался.
     - Они нас не тронут? - насытившись и облизывая рот, спросил он.
     - Нет. Кричат птицы Кие, они подстерегают Цин, мышиный народ, нам  до
них дела нет.
     Воздух стал согреваться. Курри был почти уничтожен, и Карак  затащила
остатки от него в дальний угол, потому что Вук уже только смотрел на  них,
а есть больше не мог.
     - Давай спать, - зевая сказала она. - Ты тоже поспи, ведь  скоро  уже
ты вырастешь, а взрослые лисы больше спят днем.  Когда  проснешься,  ни  в
коем случае не шуми, а если поднимешь меня, я тебя укушу.
     И она закрыла глаза.
     Потом, пока солнце медленно проплывало над двумя лисами,  они  крепко
спали, лишь плавно вздымались их бока.
     Первым проснулся Вук - у него подвело животик, -  но  он  не  решался
пошевельнуться: ведь Карак запретила ему. Он смотрел на вход в логово, где
иногда скользили тени, и ему хотелось узнать, что зто  за  тени.  Каменный
уступ у входа освещало теперь солнце, и лисенок жадными глазами глядел  на
гревшуюся там большую ящерицу Чус с зеленой спинкой. Каг, его отец, иногда
приносил ему таких ящериц. Они были помельче, но мясо у них  вкусное...  а
сейчас нельзя даже пошевельнуться.
     Карак крепко спала, лишь перебирала изредка  во  сне  ногами,  словно
бежала.
     Вук подумал немного, а Чус тем временем спряталась в щель. Солнце уже
ушло с каменного уступа, и лисенок снова заснул.
     Проснулся он оттого, что Карак зашевелилась. В глазах  старой  лисицы
не было и следа сна, и Вук вскочил, словно сроду не спал.
     - Здесь была Чус, - сообщил он. - Спинка у нее зеленая. Но я побоялся
шуметь. Мясо-то у нее вкусное.
     - Брось, сынок, - улыбнулась Карак, - авось проживем и без Чус. Да ты
все равно не сумел бы ее поймать. Чус проворная, и там за ней  трещина.  Я
уже пробовала, - махнула она лапой. - Не стоит с ней возиться. Иди, сынок!
- Она вытащила остатки петуха. - Поедим то, что осталось от Курри,  небось
вечером что-нибудь перепадет нам.
     Петушиного мяса было на один зуб, но червячка они заморили.
     Потом издалека донесся шум. Крики человека, звон бубенчиков  и  свист
кнута.
     - Слышишь? Это Гладкокожий, человек! - проворчала Карак. -  Не  может
он не шуметь! Орет на весь лес и считает, что все  ему  принадлежит.  Всех
подряд убивает, и мы лишь его боимся. Некоторые люди ходят с  молниебойной
палкой и способны убить тебя даже на расстоянии. Берегись их!
     - Сюда не придет человек? - содрогнулся от страха Вук.
     - Куда ему, - торжествующе засмеялась Барак, - ведь он ходит на  двух
неуклюжих ногах, как аист Келе, тот, что ищет  на  лугу  Унку  и  живет  в
деревне вместе с людьми.
     - Не обижают его люди?
     - На что им аист? У  него  только  ноги  да  шея,  а  мясо,  говорят,
вонючее.
     - А нас зачем люди обижают? - встревожился лисенок. - Они едят нас?
     - Черта с два! Им просто жалко уступить нам то, что мы едим, ведь они
считают, все принадлежит им: и Курри, и Калан, и Таш, и все  прочее.  Люди
любят то же, что мы, и убивают нас, чтоб им больше досталось. И наша  шуба
нужна им, потому что они гладкокожие, как Унка, и  будут  мерзнуть,  когда
затвердеет хребет вод. Но на то темнота, чтобы скрывать нас. На то  у  нас
четыре ноги, чтобы люди нас не догнали, и нос, чтобы мы  издали  чуяли  их
приближение, ведь хороший лисий нос издали чует их, таких дурно  пахнущих.
Люди завистливые, поэтому ненавидят свободный лисий  народ.  Сильные,  как
корова Му, у которой они даже молоко крадут, и мы не  можем  справиться  с
ними, избегаем этих врагов и отнимаем у них все, что возможно. У людей нет
ни носа, ни ног, ни глаз,  ни  ушей,  только  огромный  рот.  И  это  наше
счастье, иначе давно погиб бы свободный лисий народ. И все же  остерегайся
людей! Их и Вахура, который предал свободный народ и одолжил человеку свой
нос. А теперь давай оглядимся немного, ведь ты будешь жить со  мной.  Мать
мне отдала тебя.




 
 
Страница сгенерировалась за 0.0962 сек.