Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Сказки

Иштван Фекете - Лисенок Вук

Скачать Иштван Фекете - Лисенок Вук

     Старший егерь так посмотрел на шутника,  что  тот  готов  был  сквозь
землю провалиться.
     - Ну, парень, берегись, я тоже тебя так  попугаю,  что  ты  света  не
взвидишь.
     - Да средь бела дня, - прибавил старик жнец и снова замахал косой.
     День уже клонился к вечеру. От  пшеничного  поля  осталась  маленькая
полоса, и охотникам надоело ждать появления лис.
     - Если бы рыжая была  тут,  то  давно  уж  выскочила  бы,  -  заметил
какой-то жнец, точа косу. - Не снесла бы такого гама.
     - Должно быть, - согласился с ним стоявший поблизости охотник.
     Но старший егерь не терял надежды.
     К вечеру сжали почти все пшеничное  поле,  оставался  лишь  небольшой
уголок,  и  именно  здесь,  под  бузиной,   притаились   три   лисы.   Они
переговаривались лишь глазами. Страх  смерти  холодным  ветром  витал  над
ними, но тронуться с места было нельзя.
     -  Если  придется  выскочить  отсюда,  давайте  разбежимсн  в  разные
стороны, - прошептала наконец Карак.
     - Кто-нибудь из нас, возможно, спасется.
     - Подождем, - сказал Вук, - я еще раз выгляну.
     - Нет, нет, - испугались одновременно Инь и Карак. - Ты погибнешь.
     Но лисенок их не послушался. В нем  билось  отважное  сердце  старого
Вука, и он понимал, что лучше умереть, чем нелепо,  вслепую  нарваться  на
беду.
     Прижавшись носом к земле и закрыв глаза, Карак ждала, когда прогремит
смертельный выстрел. Храбрость  Вука  восхитила  бы  ее,  если  бы  в  эту
страшную минуту она способна была восхищаться.
     Жнецы вышли на сжатую полосу, и староста закричал:
     - Эй, люди, полдничать!
     Охотники посмотрели на старшего егеря.
     - У меня дела в деревне, - повесив ружье на плечо, сказал  он.  -  Вы
покараульте еще немного, ведь почем знать...
     И он пошел в деревню.
     Когда он скрылся за холмом, охотники тоже повесили на плечи ружья.
     - У старшего егеря об эту пору вечно  находятся  дела,  -  подмигнув,
сказал один из них.
     - Вкусное пивцо со льда... - сказал другой.
     - Хорошенькая  трактирщица,  которая  разливает  пиво,  тоже  лакомый
кусок, - сказал третий, и они  побрели  к  высокому  дереву,  под  которым
полдничали жнецы.
     - Вы правы, - встретил их староста. - Тут уже не осталось ни мыши, ни
лисицы.  Угощайтесь,  пожалуйста,  господа  охотники,   вот   сальце.   Не
побрезгуйте.
     Трясясь от волнения всем телом, Вук крался обратно к бузине.  Путь  к
бегству был открыт, и в его глазах горел огонь жизни.
     - Они ушли. За мной, быстро! - с трудом переводя дух, проговорил он.
     Инь и Карак в оцепенении смотрели на него.
     -  Быстро,  -  прошипел  Вук;  глаза   его   засверкали,   и   лисицы
почувствовали, что надо повиноваться.
     Инь и Карак встали, словно во сне, готовые последовать  за  ним.  Они
дрожали, понимая, что пшеничное поле хорошо просматривается  и  их  логово
почти на виду. Настороженно озираясь, вышли они из укрытия,  и  тогда  Вук
понесся впереди, как красный факел.
     Охотники закусывали салом, весело шутили с девушками и хвастались,  с
какой удивительной ловкостью заманивали они в  ловушку  лисиц,  как  вдруг
опять закричал Пишта Беке:
     - Вон лисы!
     У  всех  застрял  кусок  в  горле.  Охотники   повскакали   с   мест,
засуетились, но все понапрасну: лисы были уже далеко.
     - Кто бы подумал, кто бы подумал ? Вот горе!
     - Почему горе? - спросил староста.
     - Ведь если старший егерь узнает, что здесь  были  лисы,  то  нам  не
снести головы.
     - Лисы? - переспросил староста. - Разве здесь были  лисы?  Кто-нибудь
видел здесь лис? - И он оглядел жнецов, которые по его взгляду все поняли.
     - Я не видел, - сказал Пишта Беке.
     - И мы тоже, - подхватили остальные.
     - Ну, то-то же! На этот счет, господа охотники, можете быть спокойны.
     В это время Вук добрался уже до леса. Он немного замедлил бег,  чтобы
его догнали Инь и Карак; потом  все  вместе  они  забрались  в  кустарник,
густой, как камыш, и прохладный, точно в пасмурную погоду, - ведь  роса  в
нем едва успела высохнуть.
     Лисы бросились на землю. Потом долго  лежали  молча.  Вокруг  в  лесу
стояла глубокая тишина, лишь дятел стучал по больным деревьям.
     Карак заговорила первая.
     - Вук, лисий народ заговорит о тебе, и с сегодняшнего дня ты  станешь
сам себе голова. Ты храбрый, как великий Вук, и тебе не нужно  ни  у  кого
просить совета. При желании оставайся с нами, а если  захочешь  найти  для
себя   новую   нору,   твое   дело.   Ты   волен   поступать,   как   тебе
заблагорассудится.
     - Мы, я и Инь, останемся с тобой, - сказал Вук. - Если ты позволишь.
     - Глупые разговоры!  -  воскликнула  растроганная  Карак.  -  Конечно
позволю. Ведь я не нарадуюсь, на вас глядя. Но вы, конечно, знаете это.
     Тишиной был объят лес.
     Три лисы посмотрели друг на друга, и им показалось, будто они дали  в
чем-то обет.
     Потом  Карак  встала,  и  они  побежали  в  глубь  леса,  где  всегда
сохранялась  густая  пепельно-серая  тень  и  творились   разные   чудеса,
неведомые людям. В молодом ельнике вырыли  они  нору,  и  пришло  для  них
славное времечко.
     Инь ходила с Карак по лесам, полям и  училась  тому,  чего  не  могла
познать в неволе, а Вук бродил  сам  по  себе  и  причинял  егерю  Боршошу
столько неприятностей, что тот беспрестанно проклинал весь лисий род.
     Сначала пропала его красивая белая кошка. Потом  сбежала  лисичка.  И
без конца исчезали то утка, то курица, или егерь недосчитывал гусей у себя
на дворе.
     Боршош негодовал, день и ночь караулил лис, но все напрасно. Потом он
наставил вокруг дома  капканов,  которые  Вук  старательно  обходил,  зато
попался менее осторожный фокстерьер старшего егеря и вот  теперь  уже  две
недели, как хромал.
     Досталось тогда Боршошу, нечего и говорить.
     А Вук был невидим, как паутина ночью. Он вырос, набрался сил  и  стал
крупней, чем двухгодовалые  лисы,  которые  завидовали  ему,  но  уступали
дорогу.




 
 
Страница сгенерировалась за 0.0935 сек.