Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Драма

Александр Хургин. - Лишняя десятка

Скачать Александр Хургин. - Лишняя десятка

НОЛЬ ГРАДУСОВ

     Кроме Тихона,  у Тамары Борисовны Шашель не было  никого. Как-то  так у
нее  все  сложилось. И в молодости никого не было и потом. То есть она  была
старой  девой. А  Тихон-это ее  кот. Серый,  тигровой масти. А живот у  него
кремовый. И вот этот Тихон теперь от нее ушел. Или скорее он не от нее ушел,
а случайно. Она дверь не захлопнула, потому что сразу на кухню прошла, сумку
с продуктами поставить, а Тихон в щель  шмыгнул. А тут еще лифт, как  назло,
не успел закрыться.  Тихон  туда забежал,  а на первом этаже, видно,  кнопку
нажали на  вызов.  Тамара  Борисовна  вниз  спустилась бегом, но  Тихон  уже
пропал. А обратно же сам он  прийти не  может, он же  не знает, что  ему  на
одиннадцатый этаж нужно.
     И осталась  Тамара  Борисовна без  Тихона. И вообще без  никого. Она  и
всегда-то без никого была, почему - неизвестно. Сказать, что уродина она или
змея - так  нет. Женщина как женщина. А  до пятидесяти почти лет  дожила без
никого. Старой девой. Год назад вот Тихона купила  себе  на птичьем рынке за
трешку, а он теперь взял и ушел. Замерзнет  там, черт такой. Он же не привык
к холоду. Тамара Борисовна гулять его выносила под пальто,  чтоб одна голова
торчала - и то  он дрожал.  Он и  дома-то  по утрам, если  форточка открытой
бывала,  замерзал. И всегда в  постель к ней  лез - греться. Уткнется мокрым
носом  под мышку и  урчит  от удовольствия  и  тепла.  Тамара Борисовна  его
гладит, а он  спит  и урчит. Конечно,  она  расстроилась,  когда Тихон ушел.
Во-первых, на  улице  ноль градусов  и дождь со снегом, хотя и весна уже.  А
во-вторых, она же к нему привязалась, к Тихону. А он, подлец, ушел.
     Ему-то  что,  он  не помнит,  как  котенком  болел.  То  глисты  у него
заводились откуда-то, то он со стола неудачно спрыгнул и лапу себе повредил,
а глисты, просто  непонятно - где он их брал?  С кошками ведь не общался, ел
все вареное, сто раз мытое. Сколько Тамара Борисовна с ним возилась! Лечила,
ухаживала. Надо только  на Тихона посмотреть -  какой он холеный и  чистый и
как шерсть  на  нем  блестит. Теперь, наверное, он уже не  такой. Измазался,
наверное,  весь,  блох  нахватался. И  питается,  небось, всякой  дрянью  по
помойкам. А  спит скорее всего в подвале. В нем, правда, крыс полно, но хоть
не  холодно. Тамара Борисовна  ходила туда с фонарем  -  какие-то кошки  там
живут. Но Тихона как будто бы среди них нет.  Не  мог же он так одичать, что
она его не узнала. Да и он бы  должен  был ее  вспомнить. Год все-таки у нее
жил. С  самого  детства. Нет, его  там точно не было, в  этом подвале. Может
быть, в другом каком-нибудь. Здесь везде дома и во всех домах  подвалы есть.
И в любом из них Тихон  может прятаться. Потому что  в подвалах обычно тепло
бывает. От труб. Не будет же он по улице бегать, когда там ноль градусов. Он
же  умный,  Тихон. И холода боится. Вечно у нее под пальто  дрожал. А еду он
себе какую-нибудь найдет.  Живут же как-то кошки бездомные. В крайнем случае
мышей ловить научится. Лишь бы по помойкам не лазал. Глистов подхватит - кто
его будет лечить?
     Тамара Борисовна, конечно, надеялась еще найти  своего Тихона. Вряд  ли
он  далеко  ушел.  Наверно,  тут  где-нибудь  живет.  Может,  тоже ее  ищет.
Бабушки-пенсионерки  говорили,  что  приходил к подъезду кот, на  ее  Тихона
похожий. Но он это был или не он, они не знали. Если б Тамара Борисовна жила
на  первом  этаже или на втором, например, Тихон бы по запаху свою  квартиру
нашел.  И главное, когда квартиру получала,  жеребьевку  устраивали, чтоб по
справедливости, а первый этаж можно было так выбрать, любую квартиру. Но она
не  захотела на первом этаже жить, думала  - одна все же, а тут первый этаж.
Страшновато.  И  не взяла. Одиннадцатый по жребию вытащила и с самой  лучшей
планировкой. Кухня  - девять  метров,  комната  -  восемнадцать.  Радовалась
тогда, что повезло, потому что в доме и пятиметровые кухни были, и окна - на
трассу. А в ее квартире - во двор. Знала бы, что Тихон у  нее будет и уйдет,
конечно,  согласилась  бы  на  первый  этаж.  Брать-то у нее, если подумать,
нечего. И  сама она тоже...  Кому нужна? И раньше не  нужна была, а теперь и
говорить глупо об этом. Теперь даже сослуживцы косятся.  Говорят, вполне без
нее  обойтись можно.  Уже  и  сократить пробовали.  Спасло  только  то,  что
тридцать лет она на одном месте работает. Из техникума в девятнадцать пришла
в лабораторию  и до сих  пор работает.  И  всех всегда устраивала. Хотя они,
сослуживцы, правы. Как Тихон ушел, ей не  до работы  стало. Думает о нем все
время. А работа ее внимания требует. Она же у микроскопа целый день.  Ну,  и
ошибается, само собой, раз о другом думает. Да если  б только на работе. Она
и в выходные, и по  вечерам Тихона  ждет. Вроде понимает,  что не  может  он
прийти, а ждет.
     По подвалам, правда,  ходить Тамара Борисовна перестала. Потому что все
равно  не найдешь  его там - разбегаются кошки, когда  человек в  их  подвал
лезет - и потому еще, что нарвалась недавно. Еле целая осталась.  В какой-то
очередной раз  полезла она  в подвал,  который через пять домов от  ее дома,
спустилась, а там, в подвале, свет горит, штанги, гири стоят, маты постелены
-  для борьбы,  наверное, а на матах  мальчики и девочки  молоденькие совсем
лежат, ну и все вместе... А в углу двое в шашки играют. Девчонка  между ними
раздетая,  а  они  на животе  у нее играют. Увидели Тамару Борисовну,  шашки
сбросили девчонке этой на живот и встали.
     - Чего тебе, бабка? - один из них спрашивает.
     Тамара Борисовна говорит:
     - Ничего. Я Тихона своего ищу.
     - Вали отсюда,  -  этот мальчик говорит. - Нет здесь никакого Тихона. А
не то мы тебя  сейчас тоже тут  положим, -  и смеются. И громче всех девочка
та, на которой они играли, заливается.
     Тамара Борисовна к выходу попятилась, а этот, что выгонял ее, подошел к
одной паре на матах, пнул их носком ботинка и говорит:
     -  Я сколько повторять буду, что в двери замок стоит? И  закрывать  его
должны последние.
     Он еще попинал ногами эту пару, но они на него и внимания не  обратили.
И другие тоже не обратили. А Тамара Борисовна спиной, спиной - и за дверь. И
опять замок открытым остался.
     После этого случая Тамара Борисовна сказала:
     - Все. Хватит. В воскресенье иду на рынок и покупаю себе нового Тихона.
     Только сказала, Тихон и объявился. Сидел возле дома и ждал ее с работы.
Грязный, конечно, тощий, но -  он. И с ним кошка  какая-то незнакомая  рядом
сидела. Тоже грязная и  худая. Тамара Борисовна  схватила  Тихона на  руки и
чуть  не  целует.  А  Тихон  мяучит  и  вырывается.  Она  его держит,  а  он
царапается. Потом извернулся и выскользнул из рук. Но не убежал, а в подъезд
пошел. И кошка за ним пошла, И  Тамара Борисовна.  В лифт вошли,  поднялись,
Тамара Борисовна дверь отперла,  пальто сбросила - и к холодильнику. А Тихон
с  кошкой  сидят в  прихожей,  ждут.  Вынула  она колбасу, рыбу, хлеб маслом
намазала,  молока в тарелку  налила.  И  отошла. Тихон  кошке  кивнул, и они
вместе на еду набросились. Едят, ворчат, друг друга отталкивают. Поели и еще
просят.  Тамара  Борисовна остаток колбасы  им  скормила, а потом  консервов
открыла банку.  Слопали  они  это все.  молоко  допили,  и Тихон  о ее  ногу
потерся, спасибо, значит, сказал.  А подруга его, кошка, умылась, подошла  к
входной  двери  и  просится,  чтоб  ее  выпустили.  Тамара  Борисовна  дверь
отворила,  кошка  вильнула  хвостом и выбежала.  А Тихон -  за  ней.  Тамаре
Борисовне дверь  бы надо  было  сразу захлопнуть,  а она  не  сообразила. На
площадку выскочила, а они - по лестнице вниз. Тамара Борисовна лифт вызвала,
съехала в  нем - какое там! Ни Тихона, ни  кошки. Одни бабушки-пенсионерки у
подъезда гуляют и возмущаются:
     - Развели, - говорят, - котов, прямо жизни от них никакой нет.
     Постояла Тамара Борисовна немного на тротуаре и домой вернулась. Она же
без пальто выскочила, а на улице холодно. Ноль градусов всего, хоть и весна.






 
 
Страница сгенерировалась за 0.0985 сек.