Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Классическая литература

А.П.Чехов. - Скучная история

Скачать А.П.Чехов. - Скучная история

      Я сижу у себя в комнате и курю трубочку. Входит, по  обыкновению, жена,
садится и начинает говорить о  том, что хорошо бы теперь, пока  тепло и есть
свободное время,  съездить в  Харьков  и разузнать там, что  за  человек наш
Гнеккер.
     -- Хорошо, съезжу...-- соглашаюсь я.
     Жена, довольная мною, встает и  идет к двери, но тотчас же возвращается
и говорит:
     -- Кстати еще одна просьба. Я знаю, ты рассердишься, но моя обязанность
предупредить тебя... Извини, Николай Степаныч, но все наши знакомые и соседи
стали уж поговаривать о том, что  ты очень часто  бываешь у Кати. Она умная,
образованная, я не спорю, с ней  приятно провести время, но в  твои годы и с
твоим общественным положением  как-то, знаешь, странно находить удовольствие
в ее обществе... К тому же, у нее такая репутация, что...
     Вся кровь вдруг отливает от  моего  мозга,  из  глаз сыплются  искры, я
вскакиваю и, схватив себя за голову, топоча ногами, кричу не своим голосом:
     -- Оставьте меня! Оставьте меня! Оставьте!
     Вероятно, лицо  мое  ужасно,  голос  странен,  потому  что  жена  вдруг
бледнеет и громко вскрикивает каким-то тоже не своим, отчаянным голосом.  На
наш крик вбегают Лиза, Гнеккер, потом Егор...
     -- Оставьте меня! -- кричу я.-- Вон! Оставьте!
     Ноги мои немеют, точно их  нет совсем, я чувствую,  как падаю на чьи-то
руки, потом недолго  слышу плач  я погружаюсь в обморок, который длится часа
дватри.
     Теперь о Кате. Она бывает у  меня каждый день перед  вечером, и  этого,
конечно,  не могут  не заметить ни соседи,  ни знакомые.  Она  приезжает  на
минутку  и увозит  меня  с собой  кататься. У  нее своя лошадь  и  новенький
шарабан,  купленный  этим  летом.  Вообще живет она  на широкую ногу: наняла
дорогую дачуособняк с большим  садом  и перевезла в  нее всю свои" городскую
обстановку, имеет двух горничных, кучера... Часто я спрашиваю ее:
     -- Катя, чем ты будешь жить, когда промотаешь отцовские деньги?
     -- Там увидим,-- отвечает она.
     -- Эти деньги, мой  друг, заслуживают более серьезного отношения к ним.
Они нажиты хорошим человеком, честным трудом.
     -- Об этом вы уже говорили мне. Знаю.
     Сначала мы едем по полю, потом по хвойному лесу, который виден из моего
окна. Природа по-прежнему кажется мне прекрасною, хотя бес и шепчет мне, что
все эти  сосны и  ели,  птицы и белые облака  на небе через  три или  четыре
месяца, когда  я умру, не заметят  моего  отсутствия. Кате  нравится править
лошадью и приятно, что погода хороша и что я сижу рядом с нею. Она  в духе и
не говорит резкостей.
     --  Вы  очень  хороший человек, Николай Степаныч,-- говорит  она.--  Вы
редкий экземпляр, и нет такого актера,  который сумел бы сыграть  вас.  Меня
или, например, Михаила Федорыча сыграет даже плохой актер, а  вас никто. И я
вам завидую, страшно завидую! Ведь что я изображаю из себя? Что?
     Она минуту думает и спрашивает меня:
     -- Николай Степаныч, ведь я отрицательное явление? Да?
     -- Да,-- отвечаю я.
     -- Гм... Что же мне делать?
     Что ответить  ей?  Легко сказать "трудись",  или "раздай свое имущество
бедным",  или "познай  самого себя", и потому,  что это легко сказать, я  не
знаю, что ответить.
     Мои    товарищи,    терапевты,    когда     учат    лечить,    советуют
"индивидуализировать  каждый  отдельный  случай".  Нужно  послушаться  этого
совета, чтобы убедиться, что  средства,  рекомендуемые в учебниках  за самые
лучшие  и  вполне пригодные для  шаблона, оказываются совершенно негодными в
отдельных случаях. То же самое и в нравственных недугах.
     Но ответить что-нибудь нужно, и я говорю:
     -- У тебя, мой друг, слишком много свободного времени.  Тебе необходимо
заняться  чем-нибудь.  В  самом деле, отчего бы  тебе  опять не поступить  в
актрисы, если есть призвание?
     -- Не могу.
     --  Тон и манера  у  тебя таковы,  как  будто  ты  жертва. Это  мне  не
нравится,  друг  мой.  Сама ты  виновата.  Вспомни, ты  начала  с того,  что
рассердилась на людей и  на порядки, но ничего не сделала, чтобы те и другие
стали лучше. Ты не боролась со злом, а утомилась,  и ты  жертва не борьбы, а
своего бессилия. Ну, конечно, тогда ты была молода, неопытна, теперь  же все
может пойти  иначе. Право,  поступай! Будешь ты  трудиться,  служить святому
искусству...
     -- Не лукавьте, Николай Степаныч,-- перебивает меня Катя.-- Давайте раз
навсегда  условимся: будем  говорить об актерах, об актрисах, писателях,  но
оставим  в покое  искусство. Вы  прекрасный, редкий человек, но не настолько
понимаете искусство, чтобы по совести считать его святым.  К искусству у вас
нет  ни чутья, ни  слуха. Всю  жизнь вы  были  заняты,  и вам  некогда  было
приобретать это чутье. Вообще... я не люблю этих разговоров об искусстве! --
продолжает она нербно.-- Не люблю! И так уж опошлили его, благодарю покорно!
     -- Кто опошлил?
     -- Те опошлили его пьянством, газеты -- фамильярным  отношением,  умные
люди -- философией.
     -- Философия тут ни при чем.
     -- При чем. Если кто философствует, то это значит, что он не понимает.
     Чтобы дело не дошло до резкостей, я  спешу-переменить разговор  и потом
долго молчу. Только когда мы выезжаем из леса и направляемся к Катиной даче,
я возвращаюсь к прежнему разговору и спрашиваю:
     -- Ты все-таки не ответила мне: отчего ты не хочешь идти в актрисы?
  -- Николай Степаныч,  это,  наконец, жестоко! -- вскрикивает она и
вдруг вся краснеет.-- Вам  хочется, чтобы я  вслух сказала правду? Извольте,
если это... это  вам нравится! Таланта у меня нет! Таланта нет и...  и много
самолюбия! Вот!
     Сделав такое  признание, она отворачивает  от меня лицо и, чтобы скрыть
дрожь в руках, сильно дергает за вожжи.
     Подъезжая к ее  даче,  мы уже  издали видим Михаила Федоровича, который
гуляет около ворот и нетерпеливо поджидает нас.
     -- Опять этот Михаил Федорыч!  -- говорит Катя с досадой.-- Уберите его
от меня, пожалуйста! Надоел, выдохся... Ну его!




 
 
Страница сгенерировалась за 0.0503 сек.