Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Научно-фантастическая литература

Карл ЛЕВИТИН - ЖИЗНЬ НЕВОЗМОЖНО ПОВЕРНУТЬ НАЗАД

Скачать Карл ЛЕВИТИН - ЖИЗНЬ НЕВОЗМОЖНО ПОВЕРНУТЬ НАЗАД

    Когда Энн удалось отфильтровать все эти  невеселые  мысли  от  неизбежных
эмоциональных наслоений, их жизнь на Капкане предстала перед ней  совсем  уж
несносной. Ну, хорошо, капканцы - законсервированная крохотная популяция,  в
которой  каждая  жизнь  переливается  сама  в  себя  с  единственной  целью:
сохраниться   до   некоторого   счастливого   мига.   Инструкция   требовала
"воспроизводства  популяции  при  экстремальных  условиях"  -  и   уж   куда
экстремальнее, в страшном сне не придумаешь. Но они-то, они-то  с  Рольсеном
не летели же сюда только для того, чтобы прозябать в климатизаторах,  словно
орхидеи? Наоборот, именно с их появлением на Капкане и должен был  наступить
тот светлый миг, ради которого экипаж  "Чивера-1"  отказался  от  нормальной
человеческой смерти и обрек себя на существование, смысл которого теперь уже
не ясен ни одному капканцу: жить, чтобы просто  жить  -  как  Рольсен  хотел
летать, чтобы просто летать. Получалось,  что  трагедия  нынешних  капканцев
находилась в тесной связи с теми спорами, что шли на Земле между Рольсеном и
Грусткиным,   которые   тогда   она   склонна   была   считать   абстрактным
мудрствованием. Непонимание общей картины, одно лишь  буквальное  следование
раз и навсегда заданным правилам без попыток  осмыслить  их  -  это  и  есть
типичнейшее капканство. А с другой стороны, полное забвение всех  инструкций
и наставлений, кроме одного какого-то догмата, тоже ведет к нему же. Ведь  и
чиверяне построили свой  страшный  мир  исходя  из  требований  одного  лишь
пресловутого параграфа  26,  пусть  и  важнейшего  и  определяющего,  но  не
единственного же! В то же время не  поступи  они  так,  сегодня  на  Капкане
вообще на было бы никаких людей, пусть даже живущих с обратным  направлением
времени. И, наконец, вот они есть - а что толку?
   Эта цепочка рассуждений, каждое из которых как бы опровергает предыдущее,
неожиданно привела Энн к решению заглянуть, наконец, к Бобу, на "Чивер", Так
сложилось, что она не бывала там долгими месяцами - Тит требовал постоянного
внимания. Но теперь, после последнего разговора с  Рольсеном,  Энн  овладело
какое-то смутное чувство, похожее на подозрение. Она взяла с  собой  Тита  и
отправилась за лиловый лес и дальше, через огромное поле,  покрытое  лиловой
же травой, - туда, где серебрился их "Чивер-2923", частично  разоренный  для
того, чтобы превратить их дом в подобие земного, а  частично  переделываемый
Бобом в нечто могучее и неземное.
   Выйдя за радиус действия климатизаторов, Энн надела прогулочный  скафандр
и натянула на Тита огромный, не по росту,  комбинезон,  который  ей  удалось
немного присобрать вокруг его тоненького тельца. Дело было даже  не  в  том,
что инструкция категорически требовала этих минимальных мер защиты, - воздух
на Капкане и в самом деле был не  совсем  безвреден,  он  оказывал  какое-то
пьянящее действие, безусловно ненужное ребенку.
   Когда, наконец, за последним перелеском показался  корабль,  Тит  ускорил
шаги -  ему,  видимо,  передалось  беспокойство,  овладевшее  Энн.  Люк  был
отдраен.   Устройства   входного    контроля    "Чивера"    пропускали    е„
беспрепятственно как члена экипажа. Энн набрала для Тита код гостя и вызвала
по интеркому Боба. Она видела, как одна за другой зажигались лампочки опроса
помещений корабля. Вот мигнула последняя, и на табло  зажглась  надпись  "НЕ
ОБНАРУЖЕН".
   ... Энн и не помнила, как она с Титом бежала вдоль поля, как вглядывалась
в экран поискового индикатора, взятого ею из аварийного  комплекта  корабля,
как обрадовалась, когда сигнал стал четким и ввел их в  заросли  капканского
кустарника, о который цеплялись их  одежды,  и  как,  наконец,  увидела  она
Рольсена, со счастливым лицом бредущего им навстречу безо всякого скафандра,
но зато с какой-то огромной заржавевшей железкой в руке.
   Когда он подошел ближе и  Энн  смогла  рассмотреть  то,  что  он  бережно
прижимал к себе, она сначала просто не поверила своим глазам. Однако  уже  в
следующий миг на душе е„ стало одновременно и горько, и обидно, и мерзко.
   Интуитивно она ждала беды - но все-таки не такого масштаба.
 
   05. 15. 20/2900/VI
   Появление  мыслящего  существа  в  районе  входного  люка  зафиксировано.
Показание индикатора интеллекта  -  единица.  Результат  теста  по  таблицам
узнавания членов экипажа - отрицательный. Сигнал с датчика  угрозы  -  ноль.
Схема совпадений реагирует на  эти  четыре  заранее  обусловленных  сигнала,
поданных одновременно, переходом к программе "КОНТАКТ".
   Схема слежения за объектом фиксирует его перемещение к первому указателю.
Посылка сигнала на включение второго указателя. Далее -  аналогично,  вплоть
до появления сигнала "ОБЪЕКТ У КОММУНИКАТОРА".
   Алгоритм  отработан.  Прошел  сигнал  включения  коммуникатора  объектом.
Прогонка тестов контроля системы жизнеобеспечения. Результат - норма.
   Зафиксирован  сигнал  физиологического  контроля  о  повышенном   расходе
энергии  объектом.  Подан  на   вход   системы   жизнеобеспечения.   Подняты
поддерживаемые постоянными уровни подачи витаминов, белков, кислорода.
   Подготовлены  цепи  схемы  оповещения  объекта  о  возможности   покинуть
помещение вместе с тремя другими  объектами,  находящимися  в  изолированном
отсеке.
   Начат обратный отсчет времени.
   Проходит сигнал: "ОТДРАИТЬ ЛЮК".
   Приказ выполнен.
   12. 00. 00/3010/VI.
 
   БОБ
   - ... Все-таки лучше бы они не посылали в полеты женщин - и парадокс же с
ним, с этим  нелепым  параграфом.  Ну  что  в  самом  деле  такого,  если  я
действительно в последнее время не возился с "Чивером", а обследовал Капкан?
Да, я немного обманывал Энн, но ведь так было спокойнее и ей, и мне, и Титу,
который просто места себе не находит, если она нервничает. И вот  -  столько
эмоций, столько слов... Впрочем, нет, слово она сказала всего одно...
   Неужели трудно понять, что я просто не в силах заниматься постоянно одним
и тем же делом? Надо же мне иметь  отдушину  для  того,  чтобы  не  спятить!
Наконец, даже в научном отношении - в смысле  истории  космической  техники,
например, имело полный смысл искать номерной знак не чего-нибудь, а,  самого
"Чивера-1". И вот теперь, когда я его  нашел,  когда  коллекция,  которую  я
собираю всю свою жизнь, стала на самом деле  бесценной,  вместо  того  чтобы
порадоваться за меня - слезы, отчаяние, душевный кризис.
   "Накопитель". Это надо же так сказать! Это я-то, которому лично вообще не
нужно ничего. Как я могу заниматься  мелким  ремонтом,  когда  где-то  рядом
разбросаны обломки самого первого "Чивера", и среди них его номерной знак  -
сокровище, которому нет равных, ради которого не жалко потерять те несколько
месяцев, что я оторвал от возни с кораблем. Да я и не оторвал ничего, потому
что не было минуты, чтобы не думал о знаке, о его аверсе и  его  реверсе,  о
том, насколько он сохранен, и о том - что кривляться перед  самим  собой,  -
как  вытянутся  физиономии  у  дорогих  коллег,  когда  я  достану  его   из
макрокляссера.
   Теперь мне и впрямь нечего делать на Капкане,  и  я  готов  работать  как
кибер, лишь бы отсюда выбраться.  И  пусть  все  упреки,  что  раньше  я  не
стремился на Землю, в чем-то верны, пусть  -  теперь-то  у  меня  настоящий,
могучий стимул. Ну так, спрашивается, вокруг чего  разговор,  для  чего  все
душевные метания?
   А главное, для чего ворошить всю эту давнюю историю теперь, когда  все  в
корне переменилось? Я довел-таки за эти годы корабль  до  такого  состояния,
что он может стартовать. Я работал как  целая  лаборатория  и,  быть  может,
придумал кое-что, чего на Земле еще  и  в  помине  нет.  В  конце-то  концов
Рольсен - это все-таки Рольсен! Но о каком старте может идти речь, когда Тит
в трансформатории, время идет, а что делать - непонятно...
   Лучше бы Энн, чем обвинять меня, вспомнила,  как  втягивала  мальчишку  в
свои интеллектуальные игры, как забивала ему голову мыслимыми и  немыслимыми
проблемами. Конечно, Энн растила его практически сама, я ей скорее мешал.  И
выучила Тита она всему, чему только можно. И парень он вырос хоть  куда.  Но
нет, нет и нет моей вины  в  том,  что  он  решил  перевернуть  мир!  Тысячи
мальчишек в его возрасте ни о чем не советуются с отцом - и вовсе не потому,
что тот что-то когда-то сделал не так.




 
 
Страница сгенерировалась за 0.0938 сек.