Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Научно-фантастическая литература

Геннадий ПРАШКЕВИЧ - КОСТРЫ МИРОВ

Скачать Геннадий ПРАШКЕВИЧ - КОСТРЫ МИРОВ

   2.
   Хенк был счастлив.
   Трое суток -  это  не  просто  карантин.  Трое  суток  -  это  прекрасная
возможность вернуть навыки землянина. Не так-то просто после нескольких  лет
одиночества дружески похлопать по плечу первого встречного,  а  Хенку  этого
хотелось... Впрочем, то, что за стойкой бара торчал длинный жилистый усач  с
объемистым миксером в руках, а перед  ним  на  высоком  табурете  откровенно
скучал  низкорослый,  но  плечистый  человек  в   желтой   майке   звездного
перегонщика, вовсе еще не означало, что  они  были  людьми.  Обероны  -  это
вернее, хотя в штате Конечной станции, несомненно, должны  были  состоять  и
земляне.  Законы  Вселенского  Свода  требовали  стандарта,  такой  стандарт
принесли  Преобразователи:  если  ты   похлопал   по   плечу   широкоплечего
перегонщика в желтой майке, не  стоило  всерьез  думать,  что  ты  и  впрямь
похлопал по плечу именно человека, а не китообразное, к примеру, существо  с
Тау или аморфное разумное облачко с Пентаксы...
   Бармен и человек в желтой майке звездного перегонщика обернулись к  Хенку
одновременно. Будь он пылевым облаком, распростершимся  на  полнеба  ему  не
составило бы труда держать в поле обзора сразу обоих,  но  сейчас  Хенк  был
человек, - ему пришлось кивнуть дважды, неловко поворачивая  тяжелую  голову
сперва к одному, потом к другому.
   - Титучай?
   Пьянящий, но безалкогольный напиток всегда был к  месту,  но,  спрашивая,
бармен не улыбнулся - подозревал в Хенке  оберона,  не  любил  оберонов  или
вообще не был общительным. Хенк усмехнулся: такие парни,  как  этот  бармен,
ему всегда нравились. Как правило, это дельные парни. Спроси такого о шляпе,
он не удивится и не пойдет трепать по всей  Симме  о  каком-то  чокнутом  со
звезд, разыскивающем не принадлежащую ему шляпу... Взяв это на заметку, Хенк
повернулся к перегонщику.
   Но и перегонщик не выглядел приветливо. Выдвинув вперед широкие и плоские
губы (щучьи, отметил про себя Хенк), он хмуро прищурился, будто испытывал  к
Хенку не столько интерес, сколько массу подозрений.
   - Титучай! - подтвердил Хенк. - Три  титучая!  Сразу  всем!  Это  за  мое
возвращение!
   - А счет? - недоброжелательно поинтересовался бармен.
   Хенк назвал  бортовой  номер  своего  корабля,  автоматически  являвшийся
номером его счета. Счет на Симме  имел  отнюдь  не  формальное  значение.  В
сущности, Конечная станция принадлежала Цветочникам, и расходы Хенка  сейчас
оплачивала Земля, причем чистой информацией. Стакан титучая, выпитый Хенком,
вполне мог быть оплачен именно его, Хенка, статьей.  О  тех  же  протозидах,
например...  Хенка  эта  мысль  развеселила,  он  улыбнулся  бармену,  потом
щучьегубому.
   - С возвращением! - Бармен нехотя поднял крошечную рюмку.
   - Возьми посудину пообъемнее, - посоветовал Хенк. - Не  похоже,  что  вам
приходится пить часто.
   Бармен хмыкнул:
   - Кому как... У меня сегодня это третья!
   - Вы что, открыли регулярную линию?
   - До этого еще не дошло, - вмешался в разговор щучьегубый и  ухмыльнулся:
- Вторую бармен пил за меня, а первую  за  патрульных.  Симма  прямо  набита
разумниками, не протолкнешься!
   Хенк не  стал  спрашивать,  что  делают  на  Симме  сотрудники  звездного
Патруля. Он не полез с расспросами  и  к  щучьегубому.  Ему  вполне  хватало
собственных мыслей, о том же, к примеру, возвращении... Он  с  удовольствием
смотрел сквозь прозрачную стену бара. Там,  за  невидимым  колпаком  силовой
защиты,  слабый  ветерок  лениво  курчавил  металлические   заросли,   гонял
спиральную ржавую стружку, высекал из кустов шлейфы искр.  Две-три  вечерние
звезды прокололи  дикое  пепельное  небо  Симмы.  Бармен  время  от  времени
перекрывал собой их свет, и Хенк  перебрался  на  другой  табурет,  ближе  к
щучьегубому.  Перегонщик  незамедлительно  воспринял  это   как   сигнал   к
сближению.
   - Сегодня и завтра, - сообщил он, - в Аквариуме оберон с Оффиуха.
   Хенк кивнул. Ему нравилась эта новая манера обращаться ко всем на ты,  но
сам он к этому еще не привык.
   - Секреты пластики! - вспомнил он. - Я слышал об оффиухцах.
   - Это следует видеть! - Щучьегубый  переглянулся  с  барменом.  -  Ни  на
Земле, ни на Проционе такого не увидишь. Оффиухцы вроде протозид,  их  ничем
не заманишь во Внутреннюю зону.
   - Нашел с кем сравнивать!  -  возмутился  бармен.  -  Протозиды!..  -  Он
презрительно, даже брезгливо поджал  губы:  -  Протозиды  убивают,  оффиухцы
радуют.
   Он плеснул в свою  крошечную  рюмку  несколько  капель  титучая  и  вслух
выругался.
   Хенк усмехнулся. За время его отсутствия ничего не изменилось. Да и  вряд
ли  могло  измениться:  ненависть  Арианцев,  Цветочников,  океане  Бюрге  к
истребителям звезд не могла рассеяться сама собой. Он опять  усмехнулся.  Он
чувствовал себя гонцом, несущим добрую весть. Завтра утром он  разберется  в
заметках, набросанных для него Шу, и даже, может быть, в  том  же  Аквариуме
познакомит сотрудников станции с некоторыми из выводов...
   Он поманил к себе бармена:
   - Через Симму, наверно, прошло немало людей?
   - С Земли? - не понял бармен. - Это ты имеешь в виду?
   - Неважно откуда. Главное, людей.
   - Были... Конечно, были...
   - Ваши склады, наверно, завалены самыми разными вещами, а?
   - Да уж наверно! Мы ничего не выбрасываем... Тебя что-то интересует?
   - Да, - кивнул Хенк.
   - Твой счет надежен. Говори. Если эта штука сыщется, она твоя!
   И Хенк сказал:
   - Шляпа...
   Он ничего не добавил к просьбе. Он вовсе не хотел  объяснять,  зачем  ему
понадобилась шляпа. Но объяснять и не пришлось: бармен и  щучьегубый  хорошо
видели шрам, вовсе не украшающий Хенка. Другим,  уже  более  мягким  голосом
бармен спросил:
   - Где тебя так?
   Он понял просьбу Хенка по-своему, решил, что шляпа нужна по самой простой
причине - прикрыть шрам. А голос бармена, решил Хенк, подобрел  потому,  что
до  него,  наконец,  дошло:  Хенк   -   человек.   Оберон,   пройдя   сквозь
Преобразователь, никогда не получит ни морщинки, ни бородавки, ни тем  более
шрама.  Эти  чисто  индивидуальные  отметины,  как  правило,  присущи   лишь
человеку. Квазилюди всегда гармоничны, их лица, их кожа всегда чисты.
   - Где тебя так? - переспросил бармен.
   - Не помню... - отмахнулся Хенк.
   - Немудрено! Такой удар может вышибить из памяти даже собственное имя...
   - Ну нет! - засмеялся Хенк. - Свое имя я помню. Оно не очень-то  сложное,
не такое, например, как у  Цветочников,  но  мне  нравится.  -  И  подмигнул
бармену: - Хенк!
   - Люке! - ответил бармен. - Зови меня  Люке.  Это  не  имя,  но  мне  так
нравится.
   - А я Ханс, - представился перегонщик. - По-настоящему Ханс.  Без  всяких
этих оберонских штучек.
   Хенк кивнул. Хенк был растроган. Он  подумал:  "Шу  повезло.  Шу  получит
шляпу..."





 
 
Страница сгенерировалась за 0.0413 сек.