Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Боевики

Сергей ПЛЕХАНОВ - ДОРОГА НА УРМАН

Скачать Сергей ПЛЕХАНОВ - ДОРОГА НА УРМАН

       И началась лихая,  развеселая жизнь для Кешки.  Ездил он с шулером по
приискам,  стирал на Василия,  варил,  заботился о  его лошадях,  чистил и
смазывал  его  щегольскую бричку.  И  не  раз  видел  он,  как  <картежный
художник>  истончает  кожу  на  кончиках  пальцев  наждачной шкуркой,  как
наносит иглой крап на карты.
     Но  прошел  год,  другой,  и  все  чаще  стало  закрадываться в  душу
сомнение:  <Не так живешь,  Стахеев>.  Вспоминался отец-плотник,  убитый в
японскую оккупацию,  его слова:  <Руками все добудешь,  Кешка>. И эти руки
его вспоминались -  натруженные, мозолистые, в порезах и шрамах, не то что
у Василия...
     Решение  порвать  с  Кабаковым пришло  после  одного  <набега> -  так
называл шулер свои визиты в дальние ороченские улусы.
     ...Они приехали под вечер, когда розовый снег исполосовали синие тени
сосен,  окружавших поляну.  Возле чумов носились полуодетые ребятишки, два
десятка оленей бродили вокруг.
     Кешка  осадил  коня  -  сытого вороного рысака с  лоснящейся шерстью.
Выпрыгнул из кошевки и заботливо накинул на спину воронка старое одеяло.
     Василий  откинул медвежью доху,  барственно сунул  руку  подбежавшему
хозяину-орочену.
     - Здорово, здорово. Примешь обогреться?
     Через несколько минут они уже сидели в чуме.
     Хозяйка плеснула кипятком на льдину,  заменявшую оконное стекло. Иней
смыло,  и стало светлее.  Кешка оглядел убогую обстановку жилища -  оленьи
шкуры, сложенные стопками, обитые жестью сундуки, горку щербатой посуды. В
центре  дымился закопченный котел  с  кипятком.  Порывы ветра,  налетавшие
время  от  времени,  отбрасывали шкуру,  закрывавшую вход,  и  тогда  дым,
клубившийся в верхней части чума, заполнял все его пространство.
     Василий тем временем достал из дохи бутылку спирта, положил на сундук
колоду карт. Лицо хозяина порозовело от предвкушения забавы...
     Уезжали с  первым светом.  Кошевка была  доверху загружена сундуками,
связками  соболиных  и  беличьих  шкурок.  Василий  едва  уместился  среди
выигранного добра. Кешка, поминутно зевавший от недосыпа, хмуро привязывал
к саням четырех оленей.  Сел на край кошевы и, не оглядываясь на ороченов,
стоявших у входа в чумы, хлестнул воронка.
     Когда  приехали  на  станцию,  он  молча  бросил  вожжи  Кабакову  и,
исподлобья глянув на него, сказал:
     - Все, Василий Мефодьич, отъездился. Ищи себе другого начхоза.
     - Ты чего,  Кеш?  -  сонным голосом спросил Кабаков, угревшийся среди
связок меха.
     - Не товарищ я тебе по этой части - нищету шерстить...


     - В картишки-то хоть обучил вас Кабаков,  а,  Иннокентий Иванович?  -
нарочито беспечно спросил Гончаров, когда Стахеев окончил рассказ.
     Исповедь далась тому явно нелегко. Говоря о прошлом, он старался ни с
кем  не  встречаться взглядом.  Теперь,  с  признательностью посмотрев  на
Гончарова, Иннокентий ответил:
     - Да маленько нахватался,  насмотревшись на его спектакли.  Правда, с
ним в паре не играл никогда.
     - Только-то и науки за два года?  - Боголепов тоже поддержал шутливый
тон, заданный начальником штаба.
     Но  Стахеев выглядел все таким же  настороженно-смущенным.  Поняв его
состояние,   начальник  райотдела  деликатно  откашлялся  и   доверительно
заговорил:
     - Вот теперь наш черед рассказывать. Для начала обстановочку обрисую,
чтобы понять ты мог, Иннокентий Иванович, насколько серьезное задание тебе
предстоит...


     Когда  Стахеев  узнал  о   подозрениях  в   отношении  Кабакова,   то
протестующе покачал головой.
     - Куда ему!.. На разбой он не отважится, осторожен больно...
     - Ты не забывай - семнадцать лет прошло,  - сказал Панов.  - Какой он
стал?  Может,  ему теперь человека убить,  что клопа раздавить.  К тому же
если  Кабаков  в  Харбине  осел,  тамошние  семеновцы его во как прижучить
могли... А им такой человек позарез нужен - кто лучше здешнюю тайгу знает?
     Боголепов скорбно развел руками:
     - Хотелось бы разделить вашу веру в чистоплотность Кабакова, но...
     - Да разве я говорил... - начал Стахеев.
     - Шучу-шучу,  -  успокоил Боголепов и  деловым тоном  добавил:  -  Мы
сделали запросы,  о вашем бывшем <батьке> - ни в местах лишения свободы не
значился,  ни  арестован не  был.  Провели расспросы сотрудников советских
учреждений, выехавших с КВЖД, и в точку попали: видели в Харбине человека,
по всем приметам похожего на Кабакова.
     - Все  это  мы  выяснили за  те  двое  суток,  пока  вас  разыскали и
доставили из-под  Севастополя...  Дело  взято  на  контроль очень  высоким
начальством, - вставил Гончаров.
     - Так я чем могу.  - Стахеев вскочил и по-военному щелкнул каблуками.
И тут же обмяк, развел руками: - Только что я могу?..
     - Николай Семенович,  объясните суть вашего плана, - сказал начальник
райотдела и кивнул Иннокентию:
     - Садитесь.
     - Есть у  Кабакова кто-то либо в  райцентре,  либо в Золототресте,  а
может,  и там и здесь свои люди,  - начал Панов. - Оттого и не удается его
прихлопнуть.  Сколько раз засады делали - он обязательно в стороне ударит,
будто насмехается... Один выход - своего человека в банду посадить...
     Боголепов,  тяжело  ступая  на  больную  ногу,  подошел к  Стахееву и
посмотрел на него в упор:
     - Ну,  что скажешь,  Иннокентий Иваныч?  Не знаю, какие там чувства к
тебе Кабаков питает, а только риск смертельный...






 
 
Страница сгенерировалась за 0.0413 сек.