Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Исторические прозведения

БОГДАНОВ Е.Ф. - ЛОДЕЙНЫЙ КОРМЩИК

Скачать БОГДАНОВ Е.Ф. - ЛОДЕЙНЫЙ КОРМЩИК

  2
 
   В тот же день Селиверст Иевлев отправил в Архангельск гонцов с  вестью  о
победе и в качестве доказательств тому - шведский флаг и "чиненое"  ядро.  В
донесении князю Прозоровскому стольник писал,  что  "неприятельские  корабли
взяты, а воинских людей с тех кораблей сбил". Стольник просил воеводу, чтобы
тот прислал к нему "в прибавку" служилых людей, ядер,  пороху,  "впредь  для
опасения", и велел бы  принять  завоеванный  фрегат.  Яхта  была  совершенно
разбита и без починки ее с мели снять было невозможно.
   Воевода, немало  обрадовавшись  удачному  исходу  поединка  недостроенной
крепости  с  иностранными  кораблями,  тотчас  прислал  на   остров   Прилук
солдатского голову Григория Меркурова с  отрядом,  двадцать  пушек,  ядра  и
порох. О трофейном фрегате воевода распоряжений никаких не дал,  и  стольник
по своей воле все же отправил судно на буксире в Архангельск.
   Такое своеволие воеводе не понравилось. Он  велел  вернуть  обратно  "сей
свейский трофей" и вскоре сам отправился на Линской Прилук,  чтобы  во  всем
разобраться на месте, восстановив картину баталии.
 
   * * *
 
   Рябова перевязали, накормили. Сам стольник Иевлев, когда  Иван  рассказал
ему, как он вел шведские корабли с намерением посадить  на  мель  под  пушки
крепости, поднес ему штоф вина, перевел из сырого  рабочего  барака  в  избу
стряпухи и даже отвел кормщику отдельную каморку с кроватью.
   Тело убитого переводчика привезли на остров и похоронили.
   Рябов набирался сил, рассчитывая поскорее оправиться от раны и  добраться
до дому. Все сердце изболелось по Марфе. С сердечной  болью  думал  он  и  о
своих товарищах со шняки, не ведая, где они находятся и что с  ними.  То  ли
шведы их уничтожили, то ли высадили где-нибудь в море  на  пустынный  остров
без еды, без шлюпки, обрекли на смерть.
   Вскоре на Линской Прилук прибыл Прозоровский. Едва сойдя  с  причала,  он
уже начал браниться на чем свет стоит. Подбежавшего к нему  инженера  Резена
воевода чуть было не ударил, кричал, брызгая слюной:
   - Ты почему приостановил работы? Люди без дела шляются! Стена и на вершок
не подросла! Ужо доберусь я до вас!
   Резен, побурев от гнева, оправдывался:
   - Была баталия! Шведы зело побили кладку ядрами: чинить пришлось,  князь.
Сие ведомо тебе.
   - Чего побили? Чего побили, спрашиваю  тебя!  -  кричал  Прозоровский.  -
Жалко, што тебя ядром не стукнуло! Ты мне свое нераденье на баталию не вали.
Эка баталия - два кораблишки разбили тридцатью пушками! Палили боле в  воду,
чем по цели. Вояки!
   Прозоровский не участвовал в сражении, и, стало  быть,  лавры  победителя
достанутся не ему. От этого воеводу распирала злость,  честолюбие  играло  в
нем, как дрожжи в недоходившей браге.
   Ввалившись в казенную избу, он послал за Иевлевым, который  в  это  время
находился на складах, и, когда тот прибежал, взял его в оборот:
   - Ты, шкура барабанная, почто не в свое дело вступаешься? Почто  архиерею
Холмогорскому писал ведомость о приходе неприятеля? Отвечай!
   Воевода сидел в окружении дьяков приказной избы да  воинских  командиров.
Он уже был в подпитии, и это придавало ему злости и куражливости.
   - Отвечай! - Прозоровский с силой  хватил  кулаком  по  столу.  Забрякали
стеклянные штофы, на пол покатилась серебряная чара.
   Все  существо  Иевлева   взбунтовалось   против   такого   бесцеремонного
обхождения и несправедливости. Разве не он оборонил крепость?  Разве  он  не
досматривает за стройкой?
   - Будешь отвечать али нет? - требовал воевода.
   - Ты, князь-воевода,  на  меня  не  кричи,  -  с  достоинством  отозвался
стольник. - Я как-никак прислан сюда царем и ответ буду держать перед ним. А
писал я Афанасию ведомость потому, что он сам меня просил об этом!
   - Ты еще  оправдываться?  -  рявкнул  Прозоровский,  вылез  из-за  стола,
опрокидывая посуду, выхватил нз ножен шпагу  и  стал  плашмя  бить  ею,  как
батогом, Иевлева по голове.
   Стольник, подняв руки, защищался от ударов, ретируясь к двери.  Он  хотел
было уйти восвояси, но в сенях его настигли  люди  Прозоровского,  схватили,
вернули в избу, растянули на полу.
   - Тащите батогов!  Всыпать  ему  горячих!  -  гремел  воевода.  Его  лицо
побагровело, глаза сверкали, он размахивал кулаками.
   Однако бить стольника не стали. Воевода, покуражившись  над  ним,  остыл,
велел отправить Иевлева под арест.
   Узнав, что в соседней избе находится кормщик, который привел  шведов  под
стены крепости, воевода взбеленился:
   - Каков гусь? Шведа привел под самый  Архангельск!  А  этот  лапоть,  что
именует себя стольником, ходит за ним,  как  нянька!  Где  кормщик?  Ведите!
Шкуру спущу!
 
   Рябов сидел в каморке возле окна. Он уже настолько оправился,  что  начал
ходить, и собирался через день домой в деревню с  попутным  суденышком,  что
пойдет за рыбой для трудников.
   Вбежал солдат, приносивший ему еду. Испуганно  шепнул:  -  Воевода  идет!
У-у-ух! Лютой! Берегись!
   Солдат исчез, будто не был. В каморку, пригнувшись у входа, шагнул  князь
Прозоровский - высокий, грузный, в кафтане  зеленого  сукна,  при  шпаге,  в
парике. Иван встал, остолбенел при виде такого важного пришельца.
   - Кто таков? - спросил князь, глядя мимо Ивана.
   - Иван Рябов, кормщик Николо-Корельского монастыря, боярин.
   - Это ты привел шведов?
   - Я, боярин, их на мель посадил с умыслом...
   - Молчать! Ведом мне твой умысел! За деньги привел неприятеля с  пушками,
чтобы Архангельск взять!
   - С умыслом я... под пушки... нарочно...
   - Молчать! Четвертовать тебя мало! Взять его!  В  тюрьму!  В  Архангельск
немедля! Заковать! Ивана схватили, отправили в город.
 




 
 
Страница сгенерировалась за 0.0424 сек.