Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Научно-фантастическая литература

Станислав Лем. - Повторение

Скачать Станислав Лем. - Повторение

   Но Вашему Величеству, который еще ребенком играл в  "кибернетики"  и  в
"малого мозговничего", должно быть известно, как легко переделать  автомат
в садомат или в автосадомазомат и что делают  умственные  агрегаты,  когда
они получают самосознание, как они набрасываются на  собственный  машинный
разум, чтобы его подзуживать, поддразнивать и выворачивать  наизнанку  все
более искусными методами философской церебеллистики, что всегда  кончается
либо расщеплением сознания, либо коротким замыканием на себя.  И  в  самом
деле, зачем раскапывать звезды, подвергаясь ожогам третьей степени,  зачем
кидаться  на  другой  конец  Вселенной,  зачем  шевелить  пальцем,   когда
маленькая проволочка,  вставленная  в  мозг,  все  превосходно  уладит?  И
вправду,  история  церебеллистики,  дебри  которой  поглотили  во   многих
галактиках множество разумных,  многообещающих  цивилизаций,  должна  быть
записана для всеобщего предостережения! Вся эта индустрия счастья, все эти
усилители похоти, или вожделяторы...
   - Нет, это просто невозможно! Что ты тут плетешь? К чему это? Король  и
сам это знает! Говори по существу! - не выдержал Трурль.
   - К чему я клоню? Король это сам знает? И при этом ставит под  сомнение
сохранительную суть наших проектов! Я как раз  объясняю,  что  не  следует
впадать  в   ту   ошибку,   которую   ты   совершил   однажды   со   своей
счастьестремительной инженерией.
   - Замолчи! Как ты смеешь клеветать на меня  в  высочайшем  присутствии?
Вот я тебя сейчас!..
   Видя, с какой ненавистью  мерят  друг  друга  взглядом  верные  друзья,
король выступил в роли посредника, чем ликвидировал  ссору  в  зародыше  и
одновременно положил конец разглагольствованиям Клапауция.
   - Не падайте духом! - сказал король  благожелательно.  -  Я  знал,  что
выбрал наитруднейшую из задач, но я доверил ее не кому попало.  Идите  же,
мои дорогие, посоветуйтесь без скандалов и  возвращайтесь  ко  мне,  когда
сможете продемонстрировать мне лучший мир.
   И они пошли, бранясь на ходу и наскакивая друг на  друга  и  размахивая
руками,  к  удивлению  придворных.  Прошли  они  так   через   королевскую
оранжерею, через дворцовые сады,  через  пять  мостов  на  пяти  городских
каналах и даже того не заметили.
   - Не в том суть, - говорил Трурль, - чтобы создать мир, застегнутый  на
все пуговицы, мир, очищенный от катастроф,  в  котором  никто  не  мог  бы
никому ничего ни вонзить, ни вырвать.  Это  педантизм,  лакировка  Божьего
дела. Дело не в том, чтобы  вычистить  его  до  глянца,  а  в  том,  чтобы
превзойти автора в исходной концепции!
   - Оставь при себе эту риторику! Ты не перед королем стоишь!  -  оборвал
его Клапауций.
   - И все-таки! В Божьем варианте одно существо не может достигнуть  всех
совершенств одновременно.  Если  я  о  чем-нибудь  мечтаю  или  к  чему-то
стремлюсь, то этого не имею, а если имею, то не стремлюсь и не  мечтаю.  Я
не могу упиваться надеждой, если она сбылась, а между тем сладость надежды
совсем иная, чем радость обладания! Таким образом, бытие принуждает нас  к
постоянным отречениям. Если я ожидаю любовных объятий, то, очевидно,  меня
никто  не  обнимает,  а  если  обнимает,  моему  разыгравшемуся  любовному
воображению уже нечего ожидать. Я не могу обнимать и не обнимать, иметь  и
не иметь. Что достигнуто, то мне безразлично, а что бесценно и  неизменно,
то недостижимо. Так наше бытие качается между  чрезмерной  уверенностью  и
излишним риском, то есть между скукой и страхом.
   От голода до пресыщения один шаг. И мало того. То, что  мы  воображаем,
всегда наше и уже потому слишком гибко, податливо  и  беспочвенно,  а  что
материально, реально, безотносительно, то не зависит от  нас  -  прямо  до
отчаяния. Дух слишком зависим от меня, материя слишком независима!
   - Что ты плетешь?! - скривился Клапауций, но Трурль не унимался.
   - Переводя эту фатальность творения на язык строительной  практики,  мы
отметим  три  ограничения  свободы  в  бытии:   материальное,   временное,
пространственное. Либо что-то является мыслью, либо  вещью  -  это  первое
принуждение. Вторая несвобода -  местоположение.  Если  что-то  где-нибудь
находится, то там же не имеет права находиться ничто другое. Третья неволя
- это насилие,  которому  подвергает  нас  время,  потому  что  мы  в  нем
заключены: если нас выпустит среда, то  поймает  четверг,  после  четверга
придержит пятница - вечная  муштра,  настоящая  казарма;  равняй  шаг,  ни
вперед, ни назад - замечали вы,  так  же  как  и  я,  эту  военно-строевую
природу времени? Ни на волос нельзя отклониться от настоящего!  Я  считаю,
что мы должны ликвидировать все эти ограничения. Что ты скажешь?
   - Ты хочешь ликвидировать время, пространство и Материю?
   - Именно так!




 
 
Страница сгенерировалась за 0.0457 сек.