Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Драма

Андрей Лебедев. - Кедря и Карась

Скачать Андрей Лебедев. - Кедря и Карась

3.
     Прапорщик   Щербина  -  батальонный  секретчик,   для   своих
пятидесяти лет выглядел молодцом. И это при всем при том, что и не
слыхивал никогда об омолаживающих диетах, гимнастике йогов и  беге
трусцой,  а  если  бы и слыхивал, то все равно предпочел  бы  этой
"херовине"  ридный традиционный набор из борща, сала и  горилки  с
беломорканалом.  Прапорщик Щербина всею сутью -  крепким  телом  и
благородной душой своею уверен, что настоящий мужчина, если он  не
калека  или инвалид, должен служить в армии или на худой  конец  в
милиции.  Настоящий  мужчина по глубокому  его  убеждению,  должен
много  пить, обязательно курить, жрать сало и непременно в большом
количестве   трахать   толстых  сисястых   баб.   С   наступлением
возрастного полового бессилия, считает прапорщик Щербина, -  жизнь
кончается,  а  если,  не дай Бог, к этому добавится  болезнь,  при
которой врачи запрещают спиртное - это и вовсе означает социальную
смерть.  "Это бесполезный человек", - говорит Щербина  про  своего
знакомого, который по причине язвы не пьет вина. "Если у мужика не
стоит,   его  надо  убивать",  -  глубокомысленно  рассуждает   он
попыхивая папиросой.
     Завидев по утру трусящих вокруг стадиона спортсменов, Щербина
обязательно произнесет любимую сентенцию: "Кто не курит и не пьет,
тот  здоровеньким помрет". Собственно вся его жизненная  философия
этим  и  ограничивается, хотя "пофилософствовать" вообще,  Щербина
очень  любит.  Замаслив  глаз стаканом вина,  в  хорошей  компании
товарищей по службе, прапорщик с удовольствием рассуждает  о  том,
какие   сорта  спиртных  напитков  можно  употреблять   при   язве
двенадцатиперстной  кишки, о том, как  его  сосед  Митрофан  Фомич
вылечил рак желудка простым денатуратом - на срам всей медицине, о
том,  как в позапрошлом году капитан Кедря в пьяном виде во  время
учений  попался генералу Брылову и конечно, же о том,  как  хорошо
служить  на Украине - какие там необычайно сисястые бабы,  вкусное
сало и крепкий самогон!
     Щербина  с неизменной папиросой в зубах неторопливо  вошел  в
комнату  техчасти  и, присев на край стола, стал  капризно  ждать,
когда его станут потрошить расспросами. Все бригадные, корпусные и
армейские  новости  идут через "секретку" и являются  своеобразным
капиталом  Щербины, которым он умело пользуется с  целью  снискать
внимание приятных людей.
     Какие  новости  товарищ  прапорщик? - первым  не  выдерживает
o`sg{  Валера  Андрейчик. Щербина щурится, дымит  папиросой  и  не
торопится вываливать весь капитал разом.
    Буксман в понедельник приезжает.
       Новость   эта  производит  сильное  впечатление.  Полковник
Буксман  - начальник штаба бригады, это гроза и стихийное бедствие
-  это  лавина  в  горах  и  цунами на море  вместе  взятые.  Горе
нерадивому  офицеру  попасться Буксману на  глаза,  когда  у  того
плохое настроение. А так как, по мнению начштаба, хороших офицеров
в  нашей бригаде кроме него самого - нет, то лучше всего встреч  с
ним, по возможности, избегать.
     Буксман может задать любой неожиданный вопрос, требуя на него
точного  и правдивого ответа. Валера снова с ужасом вспомнил,  как
осенью  полковник неожиданно заявился в техчасть и поинтересовался
данными  о местонахождении всех комплектующих мостового парка.  На
кой хрен сдалась ему эта информация, понять совершенно невозможно,
но  на  то  и Буксман, чтобы ждать от него какого-нибудь  подвоха.
Тогда,  в октябре, на путанный доклад Валеры, полковник потребовал
всю   документацию  мостового  оборудования.  Андрейчик  отчетливо
вспомнил  свое тогдашнее состояние - онемение конечностей,  липкая
от  пота спина, слабость в коленях и одно лишь желание, чтобы мука
эта скорее кончилась.
     Буксман тогда пучил глазищи, хмурил брови и переходил  то  на
дикий  крик, то на змеиный шепот. Тогда Валера отделался, в общем-
то,   легким   испугом   -   за  полный   беспорядок   в   бумагах
подотвественной части получил выговор. Теперь, через  три  месяца,
состояние  пресловутых документов нисколько  не  улучшилось  и  за
оставшееся  до приезда начштаба время, Валера никаким  образом  не
смог  бы  уже точно установить, где и сколько и в каком  состоянии
валяется  понтонов,  копров, крепежа,  балок,  лебедок  и  прочего
имущества,  про  которое  ему вроде бы по службе  положено  знать.
"Теперь выговором не отделаешься", - подумал про себя Андрейчик, -
"пахнет служебным несоответствием" решил он и опечалился.
     Впрочем,  загрустил  не один лишь он,  капитан  Кедря  смачно
выругался и заявил:
    Смоюсь  куда-нибудь, пускай меня поищет,  мне  давно  надо  на
окружные склады, заявку командир неделю как подписал.
    А  Буксман надолго приезжает, все равно Виктор Петрович,  рано
или поздно попадешься, - со злорадством в голосе пропел Щербина...
     А-а-а, чтоб его! - теперь Валера и Кедря опечалились сообща.
    Слышь,  карась, в позатом году, когда тебя еще здесь не  было,
мы  с  капитаном Синицыным от Буксмана в окно прыгали,  -  капитан
несколько оживился при воспоминании о приключении, но потом  снова
впал в угрюмость.
     Щербина,  докурив свою папиросу, встал и степенно удалился  с
сознанием  выполненного дела, посеяв в сердцах  офицеров  техчасти
страх и смятение.
     Синицын  чертыхаясь  полез в шкаф искать  какие-то  бумаги...
Слышь, Кедря, ведь Буксман точно опять спросит, почему тягач 38-40
не списали. Где прошлогодние акты? Давай ищи у себя в столе!
    Вот,  смотри, карась, какая дрянь ведь получается, этот  тягач
-  одна  рама  от него осталась, на кирпичах в парке, а  бригадная
автослужба второй год бумаги на списание не берет - срок не вышел.
И  этот  Буксман, сука, все отлично понимает, а спросит  -  почему
машина из парка не выходит? Расстрельное дело, Виктор Петрович,  -
ожил вдруг прапорщик Чернов.
    По  закону  тягач  должен быть либо списан,  либо  по  графику
ремонта  быть  в  ремзоне, либо выходить по  тревоге  в  исправном
состоянии,  он  же у вас по табелю числится как  исправный,  а  ни
кабины,  ни  колес, ни мотора уже год как нет. Будь завтра  война,
вас  с  Синицыным  расстреляют - минорно закончил  прапорщик  свой
монолог...
      Да  будь завтра война, - отозвался из шкафа Синицын, -  будь
завтра война, нас всех к стенке поставят, хуже 41-го года будет. У
нас   с  тобой,  Виктор  Петрович,  при  коэффициенте  технической
готовности ноль девять, пол парка по тревоге из ворот не выйдет...
    А   те,   что  выйдут,  через  десять  километров  встанут   и
развалятся, - подхватил Валера.
      Ты,  карась,  тут  нам не бухти. Ты лучше свои  понтоны  иди
посчитай, - огрызнулся Кедря.
     При   упоминании  о  понтонах,  Валера  вновь  погрузился   в
меланхолию...  Кедря,  смотри  что  я  нашел!  -  радостно   вдруг
воскликнул  из  шкафа капитан Синицын... Прошлогодняя  справка  по
КТГ, развернутая по всем ротам, очень подробная, тебе надо ведь!!
     - Она ж секретная, какого хрена она там валялась -
    Точно так и с грифом и за номером...
    Слушай,  Синицын... - Кедря вдруг оцепенел лицом  и  корпусом,
как охотничья собака, учуяв добычу,
    ...  давай  ее  сюда. Скорее! Сейчас мы этому  Щербине  усы-то
пообкрутим, что б ему!
     Чернов, Синицын и Андрейчик с удивлением посмотрели на Кедрю
     -Андрэйчик,  карась  разэдакий, красный карандаш  давай  мне,
живо!
     Заинтригованные   ожиданием  чего-то  необычного,   обитатели
батальонной  тех части сгрудились вокруг Кедриного стола,  пытаясь
угадать  смысл и причину оживления пожилого капитана,  ему  крайне
несвойственного.  Андрейчик  интуитивно  почувствовал,  что  скука
обыденной  штабной  жизни  сейчас  развеется  нарушаемая  каким-то
экстраординарным событием, связанным с этой секретной бумажкой.
     Немного  поколдовав  и несколько раз примерясь  эдак  и  так,
Кедря  вдруг  решительно начертал красным карандашом  поперек  уже
начавшей  желтеть и блекнуть справки. Все склонились  через  плечи
капитана,  стараясь  прочесть.  Склонился  и  Валерий,  и  прочтя,
мгновенно  понял  блестящий  замысел  Виктора  Петровича.  Поперек
секретной  справки торчком стояла жирная надпись кричащим  красным
карандашом:  "Тов.  Щербина! Это таким образом  во  вверенной  вам
секретной  части организованы учет хранение материалов  служебного
пользования?!"
    Закорюка  похоже получилась, точно как Руденко подписывает,  -
добрительно усмехнулся Синицын.
    Теперь,  как передать ему? - в задумчивом возбуждении  спросил
Кедря.
    Пойдем,  возьмем  в  мобчасти пакет  для  секретной  почты,  -
отозвался Черняев, до которого теперь тоже дошло.
    Ну,  Кедря,  ну молодец! - запричитал он и первым  бросился  к
двери.  Жизнь  в  техчасти  забила вдруг  ключом.  С  лиц  штабных
офицеров  исчезли обычные для них скука, безразличие и  усталость,
уступив место лихорадочному огоньку, задору и боевому возбуждению.
У офицеров появилось настоящее интересное дело.
     Притащили пакет секретной почты. Синицын на машинке отбил  на
пакете  адрес  части  и  ее номер. Справку с  Кедриной  резолюцией
вложили в пакет и опять все дружно побежали в мобчасть, где имелся
свой  штемпель  для служебной переписки. С шутками и  прибаутками,
смешками  и сальными анекдотами опечатали пакет сургучом  и  вновь
собрались  вокруг  кедриного  стола в  предвкушении  драматической
развязки.
    Ну, Щербина полные штаны со страху наложит -
    На его месте и ты бы наложил.
    Он  свою тупую голову сломает, думая каким образом эта  бумага
в штаб корпуса попала.
    А если застрелится?
    Не  застрелится, промажет, он осенью на стрельбах  ноль  очков
выбил.
     Кедря  осторожно  острым  концом ножниц  переправлял  на  еще
теплом  сургуче не совпадавшие цифры номера полевой почты мобчасти
батальона на номер штаба корпуса.
    Ну   все!   -   устало  откинулся  на  спинку  кресла   сильно
повеселевший капитан.
    Теперь надо найти солдатика. Из новых, которого Щербина еще  в
лицо не знает
    Я  сейчас  найду  такого,  -  с радостью,  что  может  принять
активное  участие  в таком замечательном деле, вызвался  прапорщик
Зиновьев.
    А Щербина вообще-то допрет, что мы его разыграли
    Пока допрет, семь раз в штаны на...т.
    Ну  потом  он  отыграется, Андрейчик  старлея  до  дембеля  не
увидит
    Это  точно, он приказ получит и месяца три его держать  будет,
а потом скажет, что писарь Хохлюк его не в ту папку заховал.
     Вошел Зиновьев, ведя наголо стриженного рядового солдатика из
последнего осеннего набора.
    Как  фамилия,  из  какой роты? - грозно уставился  на  солдата
капитан.
    Передашь  в  секретную  часть пакет, лучше  передай  писарю  и
сразу смывайся к себе в роту и чтобы никому ни гу-гу! Понял? Сразу
убегай, как передашь.
     Солдат  ушел  в  полном недоумении, а в  техчасти  воцарилась
усталая  тишина. Кедря молча раскачивался на задних ножках  своего
стула,   Андрейчик,  совсем  позабыв  про  понтоны  и  техническую
документацию мечтательно глядел на потолок.
    Пойду,  зайду  к Щербине, как будто нечаянно спрошу,  как  мой
приказ на старлея движется - не утерпел Валера и отправился вон из
кабинета.
     Первое,  что  он  увидел выйдя в коридор  -  это  мелькнувшую
впереди  спину  Щербины,  который почти бегом  пронесся  из  своей
"секретки" в кабинет начальника штаба.
     Возвращаться   снова  в  техчасть  не  хотелось   -   Валерий
отправился на лестницу, где собирались штабные любители покурить.
       Чесание языками под предлогом физиологической необходимости
очередной  раз  отравиться  беломорканалом  -  любимейшее  занятие
младших  штабных  офицеров. На черной  лестнице,  между  первым  и
вторым  этажами, где редко появляется начальство, с утра до вечера
hder  непрерывный процесс выхолащивания последних мозгов  штабного
офицерства.  Ни  на  минуту  не  рассеивается  на  лестнице  сизый
беломорный   дым,  ни  на  секунду  не  утихает   умный   разговор
образованных  и  остроумных  мужчин в зеленых  рубашках.  Меняется
только  состав  компании  -  те кто уже  до  тошноты  накурился  и
рассказал  все,  что  имел  на  сегодня  в  своей  медной  голове,
расходятся  по  кабинетам, а на их место тут же  становятся  новые
курильщики,  готовые сразу включиться в никогда  не  прерывающуюся
беседу.  Набор  обсуждаемых тем небольшой - служба, чьи-то  пьяные
похождения и бабы.
       Процесс  лестничной болтовни - это своеобразный разрешенный
наркотик,  без  которого  не  в силах  обойтись  ни  один  штабной
военнослужащий.  Во  время перекура можно не только  отдохнуть  от
майорской рожи, но что самое главное, можно утвердиться  в  звании
умного  парня,  почувствовать  себя мужчиной,  который  ничуть  не
глупее других.
     На  этот  раз  в  центре толпившихся на площадке  курильщиков
председательствовал прапорщик Колобаев.
    ...  Вобщем послали его тогда в наряд в городскую комендатуру,
и  попал  он  значит старшим патруля на вокзал, - Колобаев  смачно
затянулся и задержав несколько дыхание, стал продолжать рассказ:
    Ну,   вобщем   туда-сюда,  ходют  они  по  вокзалу   с   двумя
    солдатиками  и останавливает он значит это одного  сержанта  -
    одет  не  по сезону или еще чего там подозрительно показалось.
    Ну сержантик тот туда-сюда заюлил, нету у него, понятное дело,
    документов - в самоволке он, понятное дело. Надо значит его  в
    комендатуру,  но  сержантик этот говорит -  "давайте,  значит,
    товарищ  капитан  поговорим наедине, без этих солдатиков.  Без
    свидетелей значит". Ну, отослал он солдатов своих, сержант ему
    и говорит:
    "Я,  товарищ капитан, служу писарем в штабе округа, попадаться
в  комендатуру  мне  никак  нельзя, отпустите  меня,  значит  это,
товарищ  капитан,  а  за  мною  вам, значит,  никак  не  пропадет.
Говорите  мне  вашу  часть и фамилию, а  я,  если  меня  отпустите
сейчас,  вам  очень хорошее и большое дело сделать  могу".  Ну,  в
общем  отпустил  он того сержантика, пожалел,  что-ли,  и  дело  с
концом.  Прошло недели три, он значит уже и позабыл про  это  дело
совсем. Однако. Бах! Вызывают его значит теперя в штаб бригады. Е-
мае,  что  такое? Приезжает он туда, его к командиру -  туда  сюда
"Что  у  тебя за блат в штабе округа, говорят, -мы на тебя никаких
бумаг с представлениями не посылали, а тебе приказом звание майора
досрочно  пришло".  Тут  до  него,  значит  это  и  доперло,  этот
сержантик,   когда  списки  на  присвоение  званий  командирующему
готовили, допечатал внизу егоную фамилию, так списки на подпись  и
пошли.  А  потом  уже никто конечно переправлять не  стал.  Так  и
получил  он значит майора в двадцать восемь лет, и потом служба  у
него пошла - малина, а не служба. Все, значит, подумали что у него
это,  лапа волосатая в округе, вобщем сейчас полковником в  Москве
служит" -
     Колобаев  закончил,  и  с  видом  легкого  торжества  оглядел
притихших  офицеров.  Каждому вдруг  захотелось  такого  фарта  по
службе  и  услышанный рассказ вызвал у каждого  легкую  зависть  и
восхищение такой блестящей и неожиданной карьерой.
    А  у  нас  такой  случай был, - не давая опомниться  притихшей
osakhje захватил инициативу старший лейтенант Бочаренко.
    Одному  капитану у нас выходило получать майора. Он давно  уже
в капитанах ходил, как наш Кедря вобщем, ну значит послали на него
документы,  ждет  он  приказа из Москвы.  Ждет-ждет,  как  обычно,
приказ месяца три идет, вдруг, тоже - вызывают его в корпус, прямо
к  Брылову.  Заходит  он  в кабинет, а Брылов  ему  ручку  жмет  и
говорит, "поздравляю вас товарищ, с присвоением вам звания генерал-
майора". Тот и охренел совсем. Вобщем в Москве писарь когда бумаги
готовил,  описку  сделал, вместо майор, написал генерал-майор,  ну
бумаги так и пошли на подпись, а потом как министр утвердил, никто
уже ни проверять, ни исправлять не стал конечно".
     Слушатели на лестничной площадке несколько оживились -
     -Ну, это уж брехня!
    Генералов Верховный совет присваивает, а не министр -
    Это уж вранье, ты Бочаренко того, загнул -
    Загнул, загнул, - слегка обидевшись продолжал Бочаренко  -,  а
так  потом  и служил у нас в бригаде генерал-майором.  Ему  еще  и
должность   специальную   сделали,  в  бригаде   ведь   должностей
генеральских   кроме   командирской  нету,  так   ему   специально
определили". -
     Пока  возбужденные фантастическим рассказом  о  сверх-карьере
офицеры  обсуждали между собой может такое быть или нет, к батарее
дымящих  стволов прибавил свою папиросу новый крильщик  -  капитан
Синицын.
    Слышь,   мужики,   у   нас  сейчас  Щербина   Кедрю   колотить
собирается.
     Андрейчик не стал слушать известную ему историю аферы века, и
пошел  в  техчасть  собираться до дому. До  конца  дня  оставалось
пятнадцать минут.




 
 
Страница сгенерировалась за 0.0964 сек.