Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Драма

Анри Бертьен. - Проклятие Раффы.

Скачать Анри Бертьен. - Проклятие Раффы.

   * * *
   ...Тем временем поезд подъехал к какому-то полустанку.
   - Приехали.- Будто извиняясь, разв„л руками монах. Мы вышли на перрон. Из
всего поезда, кроме нас, вышли всего  две  старушки  и  уныло  разбрелись  в
разные стороны. Поезд уш„л. Близился полдень.
   - Вы не передумали?- Улыбнулся монах.
   - Пока нет...- Вздохнул я.- Хотя, признаться честно, мурашки по коже  уже
бегают...
   - А ты не блуди!- Улыбнулась Ал„на.- И не  лги  мне!  Никогда...  Ладно?-
Нерешительно, почти заискивающе, попросила она. Монах вздохнул. В эту минуту
мне показалось, что из всех троих только я один не знаю, чем это кончится...
   * * *
   ...Мы  долго  шли,  петляя  по   прос„лочным   дорогам,   бегущим   между
перелесками. Чтобы сократить путь, монах понемногу вводил нас в курс дела.
   - Текст обращения должен быть краток.- Говорил он.-  Вы  можете  говорить
совершенно произвольно, но должны понимать, что, слушая Вас одну минуту, Бог
Раффа теряет почти сто лет своего времени.
   - А разве он не вне времени?- Решил было проявить свою осведомл„нность я.
   - Слушать нужно было...- Вздохнул старик.- Вне времени только Творец... А
Раффа уже есть результат его труда -  подручный,  созданный  для  управления
мирами... Как, впрочем, и Хаос, и другие... Они не могут  быть  вне  времени
совсем, ибо они просто 'начала'  -  для  наших  миров,  а  не  'начала  всех
начал'...- Старик недовольно пожевал губами.
   - А почему мы обращаемся к Творцу, а не к Раффе?- С некоторым недоумением
спросила Ал„на.
   - Так принято...- Пожал плечами старик.- Смертный ведь  обычно  не  знает
всей иерархии отношений. Но  каждый,  кто  додумался,  что  вселенная  имеет
разумное начало, может... имеет право обратиться к Творцу - непосредственно.
Для этого нужно просто найти  уедин„нное  место  -  чтобы  тебя  можно  было
услышать в хоре других вопиющих - и обратиться.
   - Вслух?- Нерешительно спросила невеста.
   - Можно и вслух,- пожал плечами старик.- Но лучше - мысленно. Воздев  очи
к небу...
   - Зачем?
   - Чтобы обеспечить нужный настрой.- Улыбнулся монах.- Чем отчаяннее,  чем
искренне просьба - тем больше вероятность, что  тебя  услышат.  Чем  чище  и
бескорыстнее она - тем больше вероятность, что е„ исполнят.
   - Любую-любую просьбу?- Недоверчиво округлив  глаза,  по-детски  спросила
Ал„на.
   - Любую...- Улыбнулся дед.- Просить можешь вс„,  что  угодно.  Сделают  -
только то, что сочтут нужным.
   - Из каких соображений?- Поинтересовался я.
   - Из  соображений  высшей  справедливости,  из  соображений  планирования
людских судеб, из многих иных  соображений,  даже  приблизительного  перечня
которых не знаю и я - могу только догадываться...-  разв„л  руками  старик.-
Разумы таких уровней оперируют  понятиями,  принципиально  непостижимыми  на
нашем с вами уровне. Чтобы получить  возможность  их  понять,  нужно  самому
подняться до их уровня - иного пути нет...
   - То есть - стать одним из начал?- Озадаченно предположил я.
   - Примерно...- улыбнулся старик.
   - А там - что, есть ещ„ вакантные места?- Игриво усмехнулась Ал„на.
   - Творец располагает бесконечным множеством миров...-  Уклончиво  ответил
старик.- Но - мы пришли.- Разв„л руками он.-  Вот  он  -  ручей,  вы  можете
испить воды: родник недалеко, и он чист.- Мы тут же  охотно  воспользовались
этим предложением. Должен сказать, что такой вкусной воды я в жизни  никогда
не пил - ни до, ни после...
   - За тем кустом ручей делает поворот, и там вода намыла в  глубину  почти
по колено,- бесстрастно продолжал  старик.-  Вам  надлежит  войти  в  ручей,
совлекши с себя одежды, и совершить омовение...- Заметив наше недоумение, он
добавил:- Если вы действительно готовы к браку и жаждете единения и соитий -
вам уже сейчас следует отбросить стыд, ибо он порочен:  стыдно  лишь  делать
зло - вы же ид„те к тому, что считаете благом... Превозмогите свой стыд -  и
увидите, насколько вам станет легче.-  С  доброй  улыбкой  закончил  он,  и,
заметив смущение и растерянность на лице Ал„ны, добавил:- А  я...  на  сво„м
веку уже столько всего повидал... Что можете считать меня... одиноко стоящим
деревом...-  И  он  отвернулся.  Надо  сказать,  что  раздевались  мы  очень
нерешительно. Наши ощущения в  этот  миг  лучше  всего  определить  так:  'и
хочется, и колется'... Дед не поворачивался и молчал. Наконец мы  сообразили
и, встав лицом к лицу, начали раздевать друг друга. Это оказалось лучше.  И,
надо сказать - приятнее. Наконец мы решились идти в воду.
   - Все, все одежды совлеките...- не оборачиваясь, подал голос старик.- Так
же - помогая друг другу...- Видимо, чтобы снова не ждать нас целую вечность,
поспешил добавить он. Эта фраза нас почему-то приободрила,  и  Ал„на  уже  с
готовностью предоставила мне возможность  развязать  е„  купальник,  хотя  и
зарделась при этом... Нет нужды говорить, что было, когда она стащила с меня
плавки...
   - В воду, в воду скорее!- Прикрикнул, не оборачиваясь, старик -  затылком
он видел, что ли? Мы несмело вошли в ледяную воду ручья.
   - Окунитесь, присев,- продолжал старик,- а  затем  пусть  каждый  из  вас
омоет другого своими руками - черпая, когда нужно, пригоршнями воду...-  Это
было выше наших сил. Но старик поторапливал:
   - Быстрее, быстрее - а то  зам„рзнете...  И  удовольствие  превратится  в
сомнительное занятие выбивать зубами барабанную  дробь!-  Мы,  зажмурившись,
окунулись. Места было мало, и под водой я  вдруг  ощутил  рядом  е„  тело  -
нагое, упругое, т„плое... Впервые... Я прижался к  нему,  обнял  -  не  смог
устоять. Ал„на, дрожа - от холода ли? - вцепилась в меня.
   - Не спешите,- вдруг услышали  мы  исполненный  доброжелательности  голос
старика:- для этого у вас ещ„ будет время...- Мы поднялись из воды, встав на
ноги. Вода была действительно ледяной, но сверху это  как-то  не  ощущалось.
Только ноги начали замерзать.
   - Мойтесь, плескайтесь - быстрее, а то зам„рзнете!- Поторапливал  старик.
Мы несмело начали трогать  ладонями  друг  друга.  Стало  теплее...  Заметно
теплее... И вдруг - 'О, небо! Я не переживу такого позора!'- едва не возопил
я: мой член, который упорно стоял, как молодой дубок, с тех самых пор, когда
я начал развязывать купальник Ал„ны,  член,  который  вогнал  е„  в  краску,
выпрыгнув из плавок, когда она их снимала -  вдруг  забился  в  судорогах  и
белая струя обрызгала е„ бедро... Я, не  в  силах  оторваться  от  е„  тела,
обнимая е„, стал сползать в воду, пряча взгляд. Она дрожала от  возбуждения,
прижимая мою голову к своему телу. Опустившись на колени, но так и не  сумев
выпустить Ал„ну из своих объятий, я, продолжая прижимать е„ живот  к  своему
лицу левой рукой, правой стал смывать с не„ сперму...
   - Правильно, правильно...- Вдруг почти  ласково  сказал  старик.-  Только
смывай-то двумя руками: наобниматься  вы  ещ„  успеете...  Не  волнуйтесь  -
ничего страшного не произошло - вс„ в  полном  порядке.  Когда  ваши  соития
станут регулярными - вы уже не будете сливать  семя  на  землю:  оно  должно
попадать во чрево, и этому все очень быстро учатся...- Убаюкивающим  голосом
продолжал он.- Присядь и ты - омой его член проточной водой: и поостынет,  и
чище будет...- Обратился он к Ал„не. Послушно присев, она несмело взяла  мой
член в свою руку. Столь сладостной истомы я в жизни ещ„ не испытывал -  тихо
застонав, я просто сполз в воду.
   - Закати кожу - обнажи головку-то...- Улыбнулся старик.- Не  бойся  -  не
боги горшки обжигают...- Совсем ласково подбодрил он.- И  уж,  тем  более  -
делать детей людям всегда приходится самим...- Разрядил обстановку он. Ал„на
несмело заулыбалась. Мне тоже  стало  легче  -  я  как-то  перестал  считать
происшедшее неудачей. 'Разумеется - при ч„м здесь 'неудачи' - просто слишком
долгое воздержание, вот и вышло самопроизвольное извержение семени,- услышал
я в голове  голос  монаха.-  Это  вс„  совершенно  нормально...'-  Вслух  же
спокойно произн„с:- Как только смоете с себя  вс„  -  вытирайтесь:  нам  уже
пора.- И, подтащив наш  рюкзак  поближе,  бесцеремонно  вынул  из  него  два
больших махровых полотенца и положил сверху. Почувствовав, что замерзаем, мы
наспех обнялись под водой -  инстинктивно;  видимо,  решив,  что  так  будет
больше пользы - для омовения, разумеется... Монах только улыбался.
   - Не забудьте как  следует  омыть  промежность.  Друг  другу.-  Улыбаясь,
подсказывал он. Мы, краснея, не хотели противиться... Наконец, стуча зубами,
мы расхватали полотенца и стали вытираться.
   - Друг друга, друг друга!- С улыбкой подсказывал монах. Член мой,  омытый
нежными Ал„ниными руками, к  тому  времени  уже  принял  прежнее  положение.
Бросив на него короткий взгляд, монах улыбнулся.  'Вишь,  каков...  -  а  ты
боялся...  А  ведь  мог  и  поартачиться  с  полчаса...'-  'услышал'  я  его
комментарий. Тем временем мы закончили растирать раскрасневшиеся тела и  нам
стало жарко. Я откровенно любовался е„ телом, будучи  абсолютно  неспособным
отвести от него взгляд.
   - Не сотвори себе кумира - ни на земле, ни на  небе,  ни  под  земл„й...-
Медленно, с расстановкой произн„с монах.
   - О ч„м это вы?- Поинтересовалась совершенно пунцовая невеста.
   - О том, как  он  на  тебя  смотрит...-  Улыбнулся  старик.-  Плохо  быть
кумиром. Особенно - низв„ргнутым.- Вздохнул он.
   - Надеюсь, нам это не грозит?- Улыбнулся я.
   - Это  вс„  зависит  только  от  вас...-  Уклончиво  ответил  старик.  Он
спокойно, по-хозяйски, вынул из рюкзака наши тапочки и  поставил  на  берегу
ручья:
   -  Ополосните  ноги,  оботрите,  обувайтесь...-  Деловито  бормотал   он,
вытряхивая 'свадебные наряды'.
   - Облачи невесту-то...- Протянул он мне е„ наряд. От вида Ал„ны здесь, на
берегу этого ручья,  в  этой  полупрозрачной  ночной  рубашке  с  кружевами,
надетой на голое тело, можно было  просто  сойти  с  ума.  Монах  с  видимым
удовлетворением оглядел е„:
   - Хороша... Самое время...- Что именно 'самое  время',  он  объяснять  не
стал. Заставив надеть на себя все приготовленные одеяния, он  пов„л  нас  на
близлежащий холм. Мы всходили на  него  довольно  долго  -  минут  двадцать,
наверное. Признаться, именно тогда у меня впервые появилось ко  всему  этому
какое-то... Я бы сказал -  пренебрежительное  отношение.  Представьте:  идут
зачем-то на холм монах с клюкой, полуголая красавица, покрытая скатертью, да
изнывающий от вожделения молодой 'жеребец', укутанный в кусок  материи.  Оба
последних - в домашних тапочках. Бред! К тому же у 'жеребца' член уже  начал
побаливать... с непривычки-то к подобным мероприятиям... Наконец  достигнута
вершина холма. Впереди  -  обрыв.  За  ним  -  огромная  долина,  в  которой
раскинулись  с„ла,  луга,  пашни,   пруд,   небольшая   речушка...   Величие
настораживало: как будто над всем этим  нам  предстояло  воспарить...  Монах
расстелил неподал„ку два коврика:
   - Это для вас... Не рядом - чтобы вы думали о том, что будете говорить, а
не о теле, дышащем рядом...- Мы смущ„нно опустили очи долу.
   - Встаньте каждый посредине своего коврика на колени, лицом к обрыву... а
затем  согнитесь  в  поклоне,  вытянув  руки  как  можно  дальше  впер„д...-
Продолжал старик. Мы выполнили это - нельзя сказать, что  очень  охотно  или
сколько-нибудь серь„зно.- А теперь медленно поднимайте вытянутые  руки  так,
чтобы видеть кончики  пальцев...-  Продолжал  инструктировать  старец.-  Что
чувствуете?- Неожиданно спросил он.
   - Жуть...- Перед„рнула плечами Ал„на.
   - Брррр...- Вынужден был согласиться я.
   -  Вот  и  прекрасно,  улыбнулся  монах.-  Значит,  вы   оба   -   вполне
'коммуникабельны'. Раз почувствовали  'голос  места'...  Вы  придумали,  что
будете говорить?- Неожиданно быстро спросил он.- Не забудьте, что времени  у
вас - ровно минута. Минуту Раффа будет внимать вам, в миллисекунду обратится
он к Творцу за советом и осмыслит им сказанное; и, наконец, несколько секунд
понадобится  мне,  чтобы  узнать  ответ   Раффы.-   Мы   в   нерешительности
переглянулись. Заметив эти 'переглядки', старик вздохнул:
   - Так я и думал... Ладно, я буду говорить текст - тихо, чтобы не  сбивать
- а вы мысленно повторяйте - слово в слово. При этом, приняв 'позу  моления'
- с воздетыми кверху руками... или - смотрите сами, как вам самим  покажется
удобнее - представляйте себе, что вы на самом деле обращаетесь к  тому,  кто
несоизмеримо выше и сильнее вас - пусть он находится хотя бы и прямо  здесь,
в этом мире...- Мы не возражали. Старец встал между  нами  -  видимо,  чтобы
окончательно лишить нас возможности думать о вождел„нном, а не о Боге  -  и,
положив клюку перед собой, воздел руки к небу.
   - Слушайте...- вскоре тихо сказал он. Мы прислушались.- И  повторяйте...-
добавил он ш„потом. Мы едва не прыснули, вспомнив о том, что  только  что  в
ответ на его 'слушайте' оба ожидали услышать 'откровения свыше'.
   - О, вездесущий  Отче  наш!-  Начал  ровно,  без  надрыва  и  какого-либо
преклонения, но - с известной долей  какой-то  торжественной  искренности  -
говорить монах.
   - О, вездесущий Отче наш!- Молча вторили ему мы, воздев руки к небу.
   -  Обрати  взор  свой  на  взалкавших  счастия  Любви  отпрысков  своих!-
Продолжил монах, едва мы мысленно закончили предыдущую фразу. Я сказал 'едва
мы закончили' - это верно: я почему-то 'слышал' Ал„ну,  а  она  -  меня.  Мы
действительно 'говорили' хором, и, если кто-то запинался - другой  терпеливо
ждал. А монах ждал нас  обоих  -  чтобы,  едва  мы  выговоримся,  предложить
следующую порцию 'обращения'...
   - Защити Любовь нашу от всех, кто вольно или  невольно  может  или  хочет
разрушить е„ и дай нам силы жить в союзе до самой смерти...-  Здесь  мы  уже
начали проникаться серь„зностью момента. Жаль, что мы не могли  видеть  лица
друг друга - каждый был уверен, что в этот момент оба выглядели растеряно. А
потом на глазах каждого вдруг появились сл„зы...
   - Обещаем тебе, Отче, что мы  сами  не  посмеем  согрешить  против  Любви
своей, против взглядов наших сегодняшних, против  добра  и  счастия  в  мире
этом, ибо на чашу весов ставит каждый из нас и свою Судьбу, и  судьбу  своих
детей... Мы знаем, что жд„т всякого,  кто  не  сдержит  слова  своего,  тебе
данного, но не видим для себя сегодня никакой иной судьбы.  Мы  чисты  перед
тобой, Отче, в делах и помыслах наших, и не  грешим  против  совести  своей,
обращаясь к тебе... Миг, когда ты услышишь нас и соединишь навеки, мы  жд„м,
как самый желанный час нашей жизни... Аминь!-  Закончил  монах  и  несколько
секунд стоял, склонив голову, как бы к  чему-то  прислушиваясь,  сделав  нам
предостерегающий жест рукой, чтобы мы не мешали его мыслям. Куда  там  -  до
того ли нам было! Мы забыли  и  о  происшедшем  только  что  у  ручья,  и  о
полунаготе  своей  -  даже  член  мой  безвольно  повис,  как  будто  ничего
интересного для него совсем недавно и не было... Глаза застилали  сл„зы,  не
то - умиления, не то - радости, не то - вообще непонятно, чего...




 
 
Страница сгенерировалась за 0.094 сек.