Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Фэнтези

Далия ТРУСКИНОВСКАЯ - ЖОНГЛЕР И МАДОННА

Скачать Далия ТРУСКИНОВСКАЯ - ЖОНГЛЕР И МАДОННА

      Иван не хотел смотреть на Майю, потому что сам знал - взгляд  у  него
сейчас просительный. Часы показывали много - и истекали последние минуты в
теплом доме. Иван всегда и везде был гостем, хуже того - уходящим  гостем,
и безумно боялся, что это и будет прочитано в его взгляде.
     - Уже поздно, - сказал он, чтобы не услышать от нее намека на  время.
Но сказал как бы вопросительно. И  по  тому,  как  чуть-чуть  отстранилась
Майя, понял, что действительно нужно уходить.
     С какими-то вежливыми до нелепости словами она вывела его в прихожую.
Он долго вытягивал из рукава  шарф,  потом  проверил,  в  котором  кармане
кошелек. Она молчала.  Она  хорошо  выдержала  эту  роль  благовоспитанной
хозяйки - и на ее лице было  написано,  что  большего  от  нее  требовать,
кажется, нельзя.
     И вдруг она усмехнулась.
     - Ладно, - сказала она. - Чего уж там...
     И чуть-чуть отступила назад, в комнату, как бы приглашая следовать за
собой.
     Иван отлично помнил, как она ночью убегала из цирка, такая обиженная,
с  разболевшимся  зубом.  Помнил  ее  резкие  слова.  Понимал,   что   вся
благожелательность этого вечера - просто маленькая  месть,  урок  невежде.
Но, выходит, обо всем этом следовало немедленно забыть?
     Он пошел следом, стягивая на  ходу  куртку,  а  потом,  стоя  посреди
комнаты, не знал, куда ее девать.  Ясно  было  одно  -  его  почему-то  не
выставили за порог вместе с равнодушно мурлыкающим Мэгги и  освобожденными
от апельсинов руками.
     Майя, хотя и более изящно, оставляла его себе примерно так же, как он
ее - в гримерке. Ситуация вывернулась  наизнанку,  Майя  наслаждалась  ею,
Иван смотрел на Майю и думал, что сейчас надо бы обнять. И что-то сказать,
потому что молчание уж больно затянулось.
     Говорить с женщинами на нежные  темы  он  никогда  не  умел.  Было  в
арсенале несколько фраз - и их вполне хватало.
     - Кусочек секса? - тихо спросил Иван. Фраза была свеженькая,  еще  не
обкатанная, и прозвучала как-то испуганно.
     - Почему бы и нет? - шепотом ответила Майя.
     После чего они-таки обнялись и стали целоваться.
     Потом Майя пошла принять душ, а Иван разложил постель  и  поставил  у
изголовья корзиночку с апельсинами. На пол он  поставил  Мэгги  и  включил
задумчивую павану Орландо Гиббонса. Свет он тоже придумал - принес лампу с
рабочего стола Майи и прикрыл абажур цветастым платком.
     Когда Майя пришла из ванной, Иван,  стоя  спиной  к  двери,  как  раз
возился с этим  самым  платком.  Он  быстро  повернулся,  но  Майя  успела
заметить рваные шрамы на плечах и спине.
     - Что это? Кто тебя так? - даже испугалась она.
     - Было дело... - туманно объяснил Иван и,  во  избежание  расспросов,
поскорее притянул ее к себе.
     Они неторопливо легли и как-то очень спокойно соединились. И это было
похоже на размеренную, безупречную по ритму павану,  которой  потчевал  их
Мэгги.  Иван  ощутил,  как  нарастает  напряжение,  и  отпустил  себя   на
свободу...
     Потом  он  несколько  мгновений   пребывал   в   невесомости.   Резко
приподнявшись на локте, окинул взглядом комнату.  Тело  разрядилось  -  но
азарт еще не нашел выхода! Разгулявшаяся внутри сила просилась на волю.
     Тут Иван заметил апельсины.
     Его как будто сдернуло с постели. Как  был,  схватив  корзиночку,  он
кинулся к окну, где не рисковал задеть люстру, и стал  с  упоением  кидать
четыре, пять, шесть апельсинов, больше не было, он и корзиночку запустил в
работу...
     Иван не чувствовал своего тела, рук, пальцев, веса приходивших  точно
в ладони апельсинов. Все получалось само собой - и  получалось  прекрасно.
Это была такая радость, что куда там до нее постельной...  Он  сейчас  был
победителем почище, чем на манеже.
     - Ничего себе... - сказала  Майя.  Она  сидела,  обхватив  колени,  и
смотрела на него даже без особого удивления, просто с любопытством.
     Иван расхохотался, апельсины сами по очереди влетели в  подставленную
корзиночку.  Вот  теперь  все  было   в   порядке,   он   получил   полное
удовлетворение.
     - Ты что? - спросил он Майю, которая  глядела  как-то  недовольно.  -
Что-то не так?
     - Все так, - ответила она, и Ивану почудились совсем другие  слова  -
"так мне и надо..."
     Он лег, уложил Майю рядом и укутал одеялом. Она отвернулась.
     Иван вздохнул, выключил лампу и Мэгги, закрыл глаза. И все. Поплыл...
Растворился... Тепло и хорошо...
     Майя молчала. И это его вполне устраивало.


     Утро  было  суматошным.  Майя  куда-то  опаздывала,  у  Ивана  горела
репетиция.  Ни  прощального  поцелуя,  ни  договоренности  насчет  будущей
встречи не получилось.
     И в других городах бывали у Ивана время от  времени  короткие  связи,
без признаний и обещаний. Он относился к этому достаточно спокойно. Обычно
инициативу проявляла женщина. Света,  цирковая  бухгалтерша  из  Кемерово,
как-то вечером увязалась за ним в общежитие, да там  и  осталась.  Галина,
которая сломала электросамовар, была дежурной  по  этажу  в  новосибирской
гостинице. Она под каким-то несложным предлогом зашла в номер к Ивану -  и
он не устоял.
     Приезжая в очередной город, он знал,  что  и  тут  не  останется  без
женской ласки.
     И вот Иван впервые за несколько лет сам проявил  инициативу  которая,
как известно, наказуема. И вместо того, что ему действительно  требовалось
- необременительной, чисто телесной связи, чтобы голова и душа  оставались
свободны, - он устроил себе странный подарочек...
     Интересная женщина позволяет заезжему  гастролеру  запереть  себя  на
ночь в гримерке. Потом вроде ведет себя, как положено обиженной женщине из
приличного общества. Но в завершение сама вешается ему на шею...
     Во всем этом было что-то странное, чего Иван не понимал.
     Возле цирка он первым образом налетел на самого себя - и Майя исчезла
из головы. Наконец прислали  из  Москвы  давно  заказанные  фотоафиши,  на
которых он, сверкая  улыбкой,  в  дорогой  импортной  куртке,  жонглировал
снежками на фоне зимнего леса. Вовремя додумались, ехидно прокомментировал
Иван, лето на носу, а они новогодний пейзаж вывесили...





 
 
Страница сгенерировалась за 0.0874 сек.