Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Детская литература

Анатолий Алексин. - Говорит седьмой этаж.

Скачать Анатолий Алексин. - Говорит седьмой этаж.

БОДОПИШ ЗАСЕДАЕТ

Троекратно повторенное слово "БОДОПИШ" означало сигнал немедленного сбора.
Ленька мог бы и попросту сказать:

"Скорей приходите во двор!" Но это было не так интересно, К тому же он
заметил, что в ответ на такое обычное приглашение ребята не особенно
торопились. Ну, а таинственный сигнал действовал совсем иначе: он заставлял
немедленно срываться с места, забывая обо всем.

Уже через пять минут три члена "Боевого домового пионерского штаба"-
Владик, Тихая Таня и сам Ленька- были в условленном месте - за дровяным
сараем.

Не хватало только Фимы Трошина.

- Всегда он опаздывает! - удивляясь такой странной привычке, пожал плечами
Ленька.

Владик огляделся по сторонам, смешно сморщил маленький курносый носик и
полушепотом, доверительно сообщил:

- Его отец вчера опять того... И так боится, чтобы не увидели: по сторонам
озирается. А я вот увидел! Своими собственными глазами! Уже второй раз!..

Владик всегда и все видел "сам, своими собственными глазами". Просто
удивительно было, как это его глаза всюду поспевали и все умудрялись
разглядеть.

- С пьянством надо бороться! - отрезал Ленька.

Тихая Таня, усевшись на большом круглом камне и низко склонив голову,
читала толстую растрепанную книгу. Услышав о Фимином отце, она тяжело
вздохнула, перевернула страницу и продолжала читать.

Это никого не удивляло, к этому все привыкли. Ленька знал, что Таня, хоть и
погрузилась в книгу, прекрасно все слышит и может в самый неожиданный
момент вставить какое-нибудь неожиданное замечание.

Продолжая читать, она сказала:

- Фимин отец - вовсе не пьяница. Вы ведь знаете, почему он... Мама у них
умерла...

- Так это уж когда было! - возразил Ленька.

- Значит, до сих пор переживает.

- Ладно! Начнем без Фимы,- сказал Ленька и насмешливо взглянул на Владика.-
Ты вот у нас все замечаешь: и кто новые занавески купил, и кому шкаф из
магазина привезли. А это что такое?

Ленька поднял указательный палец, как бы заставляя всех прислушаться к
маршу, гремевшему на весь двор.

Владик удивленно потянул своим носиком, словно "понюхал музыку":

- Это? Оркестр...

- Да! У нас во дворе - музыка, оркестр, а БОДОПИШ ничего не знает? БОДОПИШ!
Хозяин двора! Кто-то репродуктор повесил, откуда-то с чердака пластинки
запускают... А мы только слушаем и удивляемся. Для чего мы тебя в штаб
выбрали, а? Не знаешь? Чтобы ты нам обо всех новостях вовремя докладывал!

- Я и доложу! - всполошился Владик.- И доложу! - Он с опаской оглянулся на
сарай, будто в нем кто-то мог сидеть и подслушивать.- Репродуктор этот
"новенький" вместе с вашим Васей Кругляшкиным устанавливал!

- Какой новенький? Который бандуру таскает? Тихая Таня оторвалась от книги:

- Не бандуру, а виолончель.

- Вот-вот! Я сам видел! Своими собственными глазами!

- Ага, понятно,- сказал Ленька.- Вася, значит, устанавливал, а этот...
который в семнадцатую квартиру въехал... ему помогал?.. Так?

- Да нет,- возразил Владик,- все было наоборот!

- Что - наоборот?

- Вася ему помогал, а тот командовал: тут подвернуть надо, там провод
закрепить... И на столб он сам лазил. И на чердак тоже. Высунулся с чердака
и кричит: "Вася, лови провод! Лови другой!"

- Ну, а Вася?

- Ловил.

- И что же?

- Поймал! - Врешь ты все!

- Вру? Да я своими собственными глазами!.. Он, этот новенький, и яму возле
столба рыл. Я думал, он клад какой-нибудь ищет,- подошел совсем близко и на
самое дно заглянул. Глубокая! Метра два, не меньше. А потом конец железной
проволоки, которая с чердака тянется, в круг свернул и на самое дно бросил.
"Заземление!" - говорит. И так это у него все быстро получалось!..

- У музыканта?! Да у них же руки нежные, белые, пальчики тоненькие... Они
знаешь как за пальчиками своими следят - просто ужас! Сломать боятся или
вывихнуть. Не мог он яму копать.

- Копал! Я сам видел: копал! А потом...- Владик оглянулся, подозрительно
обвел взглядом сарай.- А потом я видел, как он из этой своей бандуры... из
виолончели то есть... что-то такое таинственное доставал...

Владик даже понизил голос и еще раз оглянулся на сарай.

- Совсем заврался!- махнул рукой Ленька.- Ну, что он мог оттуда доставать?
Она же внутри пустая, эта виолончель!

- Да нет, он не из нее, конечно, а из черного футляра, в котором ее
таскают. Который еще на такой черный гроб смахивает.

- Гроб с музыкой! - засмеялся Ленька.

- Очень остроумно,- не отрывая глаз от книги, заметила Таня.

- Та-ак... Значит, новенький? Двух месяцев не прошло, как въехал,- и уже
распоряжается! - Ленька отшвырнул ногой кусок кирпича.- Тогда мы объявим
этому репродуктору бойкот! Не будем его слушать!

- Уши затыкать, что ли?- не понял Владик. Тихая Таня подняла на Леньку
удивленные глаза и перевернула страницу:

- А по-моему, надо его использовать, этот репродуктор. Свои передачи
устраивать. Как по настоящему радио!

- Правильно! - подхватил Ленька. И радостно забегал вдоль сарая.- Устроим
свою радиостанцию! Концерты, беседы всякие, передачи для родителей... Я так
и хотел! А потом будем на вопросы радиослушателей отвечать... если сумеем...

Так было всегда. Тихая Таня молчала-молчала, а потом вдруг высказывала
самые дельные предложения, но коротко, в какой-нибудь одной фразе. Ленька
тут же, на лету, подхватывал Танину идею, развивал ее - и через полчаса
всем уже казалось, что это он, Ленька, все придумал. Да и сам он искренне в
это верил.

- Прямо каждый день будем передачи устраивать! - торжествовал Ленька.- И
утром и вечером!..

- Может быть, и ночью тоже? - спокойно поинтересовалась Таня.- Знаешь, так
хорошо будет: все спят, а мы себе говорим, говорим!..

- Ночью нельзя...

- А утром можно? Занятия в школе отменим - так, что ли? Все домашние
задания и книги сразу забросим?

От Таниных слов Ленька всегда, как говорится, приходил в себя, остывал. Так
было и сейчас. Выражение его подвижного, худощавого лица мгновенно
изменилось: восторг уступил место минутной растерянности, а потом -
задумчивости.

- Ну-у... тогда по вечерам будем,- медленно проговорил Ленька. И сразу
вновь оживился:- Это даже лучше! Все с работы приходят, все будут слушать!
Мы докажем! Мы докажем этому несчастному виолончелисту, что повесить
репродуктор на столб - это еще не все! Это - ерунда! А вот передачи
устраивать - другое дело. Пе-ре-да-чи!.. БОДОПИШ всегда что-нибудь
придумает! Правда?

- Еще бы! - торопливо поддакнул Владик.

- "Еще бы"!- передразнил его Ленька.- А самого главного-то ты и не узнал!

- Чего это?

- А того - откуда они пластинки запускают. Не с чердака же, в самом деле!

- На чердак я не лазил...

- И не полезешь: испугаешься!

- Я?.. Я?! Я полезу!- внезапно расхрабрился Владик.

- Ладно уж! Все вместе туда пойдем. А по дороге и Фимку захватим.

Ребята подошли к дому и стали на разные голоса кричать:

- Фимка-а! Фима-а!

В окне, на пятом этаже, показалось бледное небритое лицо:

- Фима сейчас спустится!

- Когда протрезвится, всегда добрый! - процедил Ленька.- Рукой закрывается,
стыдно!..

Фима был невысоким, худеньким пареньком. На его бледном лице в это утро
особенно выделялись большие темные глаза с воспаленными веками.

- Опять ревел? - угрюмо спросил Ленька. Тихая Таня пристально взглянула на
Леньку и твердо, отчетливо произнесла:

- Плакал, ты хочешь сказать?

- Ну, пла-акал...- поправился Ленька.- Какая разница! Он взглянул на окно,
из которого недавно выглядывало небритое лицо, и погрозил кулаком.

- Ты кому? - удивился Фима.

- Кому? Ясно - кому! Отцу твоему! Фима опустил голову и тихо сказал:

- Не смей!





 
 
Страница сгенерировалась за 0.0529 сек.