Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Фэнтези

Виталий БАБЕНКО - ИГОРЯША "ЗОЛОТАЯ РЫБКА"

Скачать Виталий БАБЕНКО - ИГОРЯША "ЗОЛОТАЯ РЫБКА"

                              Е_Д_И_Н_О_М_Ы_С_Л_И_Е
                                Глава "Е",
             инспирированная эпистолярным пиратом Б. Бруденко

     - Эх, ребята, а  вчера  я  видел,  как  Рим  горел!  -  воодушевленно
рассказывал нам Игоряша-второй.
     Мы  слушали  разинув  рты:  не  каждый  день  удается  поговорить   с
человеком, который гуляет по истории как по парку культуры и отдыха  имени
Горького.
     Мы были в гостях у виртуоза  аллегории  Никиты  Котляренко  -  в  его
крохотной однокомнатной квартире  в  Теплом  Стане.  Когда  наша  компания
собиралась у Никиты, его жене и  сыну  приходилось  спасаться  в  кухонной
клетушке, где и так все место занимали плита, стол и холодильник.
     Комната была забита книгами, книгами и книгами: даже  стенка  "Гейне"
производства ГДР - единственный предмет мебельной  роскоши  -  служила,  в
основной своей части, вместилищем  альбомов  по  искусству  и  поэтических
сборников. Эту стенку Котляренко  купил  у  директора  ресторана  "Богема"
Сидора Ипатьевича Дыбина,  пятидесятилетнего  студента-заочника  торгового
вуза и спекулянта мебелью по совместительству. Никита отдал  за  нее  -  с
переплатой - полторы тысячи рублей, влезши на два года  в  долги,  но  все
равно не мог купить  гарнитур  целиком:  для  приобретения  мягкой  мебели
требовалась  еще  тысяча  рублей,  которую  Никита  мог  достать,   только
продавшись в рабство.
     Итак, в доме Котляренко, реформатора эпоса и революционера узуса,  не
было мягкой мебели, а из жесткой наличествовали всего  лишь  три  стула  и
детское креслице. Раньше, собравшись у него,  мы  рассаживались  прямо  на
полу, расстелив одеяла и поролоновые матрасы. Но с  приходом  Игоряши  все
изменилось. Теперь любой принимал такую  позу,  какую  хотел:  кто  сидел,
развалившись, кто полулежал, кто лежал на животе, подперев голову  руками,
- и это на разных уровнях комнаты, хоть у  потолка:  каждого  поддерживало
персональное спирально-вихревое силовое поле. Надо заметить,  что  Игоряша
расточительно пользовался электромагнитной  энергией,  но  поправить  его,
научить его экономии было некому: биомодули  умели  только  подчиняться  -
правда, в разумных пределах, - а воспитательная функция их  программой  не
предусматривалась. На стабилизацию тринадцати мощных силовых  полей  малой
конфигурации (с внепространственной подпиткой)  шла  энергия  Чебоксарской
ГЭС. Эксплуатационники с ума  сходили,  пытаясь  разгадать,  куда  утекала
такая прорва энергии.
     Мы же ни о чем  подобном  не  подозревали.  Нам  было  очень  удобно.
Силовые подушки нежно пружинили  и  терпко  пахли  озоном,  как  будто  мы
восседали-возлежали на невидимых охапках сена в чистом поле  после  летней
грозы. Мы слушали Игоряшу.
     - ...Но, скажу вам, мужики, ничего интересного в этом пожаре не было.
Вообразите Рим в 68 году нашей эры. Тесный, скученный городишко  диаметром
чуть больше трех километров. Ну, конечно, мрамор, статуи, но все  равно  -
не впечатляет. Нет, языки пламени не  возносились  к  небу  и  обезумевшие
жители  по  улицам  не  метались:  все  знали,  что  Нерон   -   псих,   и
заблаговременно эвакуировались. Над городом  стояла  туча  дыма,  а  Нерон
прыгал на холме и хохотал. Я побывал  в  его  шкуре  и  потому  могу  быть
уверен: он был извращенец и шизофреник. К тому же в свои тридцать  и  один
год этот тип успел основательно  разрушить  печень:  у  меня  адски  болел
правый бок. Вообще с Нероном связано излишне много легенд. Вовсе он не был
самоубийца. И не кричал рабу: "Убей меня!". Раба подкупили враги Нерона  -
а их было великое множество, - и слуга-камикадзе всадил императору  меч  в
спину, когда тот бесновался и прыгал на холме. Я удалился из тела  шизоида
за секунду до удара...
     Поясним сразу: Игоряша-второй, пресытившись путешествиями по  земному
шару, начал перемещаться во времени.
     Путешествие во времени - штука хитрая. Оно принципиально возможно, но
требует колоссальных энергетических затрат. Например, бросок в первый  век
нашей эры пожирает столько энергии,  сколько  отдает  наше  Солнце  за  10
миллионов лет. Это  и  понятно:  Земля  вращается  вокруг  Солнца,  Солнце
крутится вместе с Галактикой, а сама  Галактика  несется  в  пространстве,
удаляясь  от  точки  Большого  Взрыва.  Чтобы  перенестись  во   временном
континууме на две тысячи лет назад, надо перенестись и в  пространственном
континууме на умопомрачительное расстояние - в то место,  где  Земля  была
двадцать  веков  назад.  А  ведь  в  совокупности  эти   континуумы   дают
пространственно-временную связность, сиречь пятимерную  сферу,  в  которой
кратчайший путь есть четырехмерная спираль. Словом,  чтобы  не  запутывать
дальше читателя, скажем лишь, что один  только  Игоряша-второй  (а  он  не
единственный путешественник во времени) своими прогулками  по  прошлому  и
будущему  Земли  загубил  четырнадцать  миллионов  звезд  в   ядре   нашей
Галактики. Солнце, разумеется, не понесло никакого ущерба:  Золотые  Рыбки
имеют право распоряжаться энергией лишь тех светил,  которые  не  обладают
планетными системами.
     Кстати, путешествия во времени, вопреки домыслам некоторых фантастов,
не  порождают  парадоксов,  ибо  в  пространственно-временном   континууме
перемещается лишь сознание путешественника, его  психическая  модель.  Она
может внедриться в  любое  существо,  и  таким  образом  видеть,  слышать,
обонять, осязать, чувствовать боль... Временные парадоксы не возникают  по
той причине, что психическая модель лишена обратной связи.  Путешественник
все сознает и ощущает, но не может _в_л_и_я_т_ь_ на события.  Более  того,
то существо, в которое вселилась психическая модель, понятия не имеет, что
служит вместилищем чужого разума. В этом смысле каждый из нас -  идеальный
робот для людей будущего, которые научатся  отправлять  в  путешествие  во
времени свои психические модели через 592 года. Например, Паладин Гриммов,
наставник мифотворчества, до недавнего времени и вообразить  не  мог,  что
его  разум  путешественники  во  времени  использовали   восемь   раз,   а
неукротимый оратор и магистр беллетристики Гак Чуков по сей день не знает,
что в его сознании уже много лет  безвыездно  живет  сикофант-любитель  из
ХХVII Сидор Ипатьевич Дыбин, иждивенец звезды Бетельгейзе...
     Читатель вправе задать вопрос: если временные парадоксы исключены, то
как  можно  верить  истории  с  переносом  из  5-вероятностного   будущего
универсального огнетушителя? Ответ  прост:  это  был  первый  и  последний
эксперимент Игоряши по перемещению во времени материальных тел. Он  удался
лишь потому, что у биомодуля, отвечавшего  за  исполнение  этого  желания,
временно разладился  блок  запретов.  Впрочем,  как  мы  знаем,  парадокс,
грозивший  серьезным  потрясением  брандмайору  Борису  Бурденко,   творцу
Семилиранды, все же не возник.
     - ...Игоряша, а ты Зевса видел? -  спросил  Володя  Набаков,  демиург
гомеостатического верлибра, задумчиво покачиваясь на  силовом  поле  возле
полупритушенной люстры.
     - Конечно, видел, - отвечал Игоряша. - Я много раз беседовал  с  ним,
когда вселялся в лебедя-соблазнителя. Разумеется, за преступление Прометея
я не в ответе: по закону хроностазиса я не имел  возможности  вмешиваться.
Что  касается  Зевса...  Яша,  конечно,  был   умный   мужик,   но   жутко
недальновидный...
     Ах, как мы  любили  Игоряшины  рассказы!  Он  их  именовал  почему-то
Достижениями, хотя на самом  деле  ему  ничего  не  надо  было  достигать:
перенестись, например, в тело хана Золотой орды Менгу-Тимура, внука Батыя,
и ощутить, с каким чувством он выдает ярлык, освобождающий русскую церковь
от уплаты дани, было для Игоряши таким же пустяком,  как  для  нас  помочь
трешкой соседу, забежавшему поутру с голодным блеском в глазах.
     Игоряша не умел (или не хотел?) приукрашивать,  поэтому  исторические
факты представали перед нами во всей правдивости. Естественно, очень часто
они отличались от тех картин, что нам рисовали документальные источники  и
тем более литературные произведения.
     Возьмем, к примеру, бегство Наполеона. При переправе  через  Березину
он был вынужден воспользоваться хилым, сооруженным наспех плотом и едва не
утонул,  сверзившись  в  воду.  Император  не  умел  плавать.  Его  спасла
маркитантка  польского   происхождения   Элиза   Пшикровская,   вытянувшая
Бонапарта за редкие волосы. Самое замечательное в этой истории то, что муж
Элизы - преждевременно гениальный  физик  Казимир  Пшикровский,  создавший
теорию относительности за сто лет до Эйнштейна и потому никем не  понятый,
ныне совершенно забытый, великий шляхтич  Казимир  Пшикровский,  брошенный
Элизой в России с двумя? малолетними сыновьями, впоследствии обрусевший, -
оказался  прапрадедом  нашего  Пети  Кровского,  известного  в  московских
творческих кругах маэстро стиля. Видимо, генная память сыграла свою  роль,
потому что физик-экспериментатор Петя Кровский в 11-вероятностном  будущем
окажется творцом теории гравитационных  корпускул  -  самого  потрясающего
научного открытия первой четверти 11-вероятностного XXI века.
     ...Вместе с Игоряшей-вторым мы прошли через Азию в образе  Александра
Македонского. Игоряша живописал, как  он  стоял  на  берегу  Инда,  вокруг
толпились измученные, пыльные, потные солдаты, а великий Александр не  мог
ни осознать грандиозности своего похода, ни порадоваться своим свершениям,
потому что у него жутко ныли запущенные  зубы,  живот  пучило  от  дрянной
пищи, а мочился он кровью, мучаясь невыносимой  болью.  Опасаясь  за  свое
мужское достоинство, Александр приказал  пенджабским  мастерам  отлить  из
драгоценного железа загадочный символ длиной 24 фута: македонский царь был
пифагорейцем и в число 24 вкладывал великий  смысл.  По  окончании  работы
мастера были закопаны в землю  живьем.  В  наше  время  железная  колонна,
известная как колонна Чандрагупты, высится на окраине Дели возле  минарета
Кутуб Минар. Одни приписывают  создание  нержавеющей  колонны  пришельцам,
другие считают, что ее отлили в V веке нашей эры в древнеиндийском царстве
гуптов. На самом деле этот шедевр металлургии намного  старше.  Он  служил
мистической цели и должен был спасти Александра Македонского  (Чандру)  от
эрозивного цистита. Увы, древняя Индия - при всей ее медицинской  мудрости
- не знала антибиотиков...
     Много эпох мы посетили с Игоряшей-рассказчиком, много событий  описал
он нам. Глазами  халифа  Омара_I  мы  видели  войска  Арабского  халифата,
отправлявшиеся на битву с византийцами. (Изумительно: у  арабов  на  самом
деле были вполне функциональные ковры-самолеты, использовавшие для подъема
в  воздух  и  передвижения  принцип  антигравитации.  Они  служили   целям
воздушной разведки. Эти ковры ткал один кустарь-самоучка по  имени  Афшар.
Опасаясь, что тайны ткача  попадут  в  руки  сасанидских  шпионов,  Омар_I
повелел  отрубить  Афшару  голову.  С  тех  пор  секрет   ковров-самолетов
считается утерянным.)
     Мы  видели   лабораторию   Агриппы   Неттесгеймского,   где   великий
чернокнижник создал  первое  в  мире  противочумное  снадобье.  Капля  его
излечивала чуму в течении четырех часов, но концентрат  стоил  баснословно
дорого.  Агриппа  ухлопал  на  него  все  свои  сбережения.   Увы,   слуга
чернокнижника из жадности и страха перед болезнью выдул  литровую  реторту
лекарства, обошедшегося Агриппе в 10 тысяч дукатов (34 килограмма золота).
Снадобье было в  такой  концентрации,  что  этой  реторты  хватило  бы  на
излечение 12 миллионов человек.  То  есть  число  жертв  эпидемии  "черной
смерти", разразившейся в Европе в середине XIV века, уменьшилось бы вдвое.
Слуга умер в конвульсиях от тягчайшей интоксикации, а  Агриппа  повредился
разумом и ударился в каббалу.
     В своих путешествиях Игоряша-второй видел множество смертей,  казней,
пыток, сражений и предательских убийств. Со временем он  закалился  и  без
содрогания  созерцал,  например,  картину  Варфоломеевской  ночи   глазами
Генриха Гиза и избиение младенцев глазами Ирода_I Великого.  По  признанию
самого Игоряши, ему было плохо всего один раз, когда он воплотился в 58-го
президента США в 3-вероятностном 2074 году. (Игоряша нам пояснил:  точного
будущего не  существует.  Есть  множество  вероятностных  будущих.  То,  в
котором он очутился на сей раз, в  его  "реестре  грядущих"  значился  под
номером 3.) Президента звали Сидор Ипати Дибин  (Sidor  Ipatey  Dybin).  В
момент Игоряшиного Достижения он стоял на лужайке перед  Белым  домом  под
прозрачным  куполом,  защищавшем  резиденцию  президента  США  от  внешней
атмосферы, и озабоченно вглядывался в небо. Оно было желтого цвета - точно
такое, каким его описывает Курт Воннегут-младший в неопределенном  будущем
в  романе  "Хлопушка":  небо  там  стало  желтого  цвета  из-за  массового
использования аэрозольных дезодорантов. Игоряша-второй подтвердил,  что  к
3-вероятностному 2074 году фреоны-пропелленты действительно поднимутся  до
озонного  слоя,   частично   его   сожрут   и,   подвергшись   воздействию
ультрафиолетового и корпускулярного излучения, разложатся на более простые
летучие соединения хлора. Дышать в атмосфере станет  невозможно.  Растения
погибнут. Ослабление озонного слоя приведет к  росту  раковых  заболеваний
кожи, поэтому над  городами  воздвигнут  защитные  колпаки,  но  даже  под
колпаками будет  стоять  запах,  совершенно  невыносимый  для  психической
модели жителя ХХ века, - аромат овощной? базы, где в  разгар  лета  третий
месяц не работает холодильная установка.
     Когда Игоряша-второй вернулся из 3-вероятностного 2074  года  в  свою
квартиру, в ноздрях у него  все  еще  стояла  омерзительная  вонь.  Спазмы
сотрясали его тело, и Игоряшу вырвало нежнейшим фондю, которое он  отведал
утром у "Максима", прямо на роскошный килим  работы  исфаханских  мастеров
XVIII века...
     Вдруг Игоряша оборвал себя на полуслове, к чему-то прислушался, резко
побледнел и... исчез. Вместе с ним исчезли и наши  удобные  силовые  поля.
Литературообрядец Володя Набаков грохнулся из-под потолка на пол и  сломал
журнальный столик. Толя Каштаркин, тиран версификаторов, слетев со  стены,
разбил  фарфоровую  статуэтку,  изображавшую  декабриста  майора   Михаила
Матвеевича  Свиридова   на   каторге.   Но   больше   всего   не   повезло
гиперболизатору  Никите  Котляренко.  На  него   упал   посереди   комнаты
стокилограммовый Шушуня Майский, пропагандист станкового  письма.  Все,  к
счастью, обошлось,  но  это  и  было  самым  загадочным  в  приключившейся
катавасии. Никто не сломал руку, ногу или ребро. Не было синяков, ни  даже
царапин. А с Ладиком Гриммовым, рындой высокого слова, произошло  и  вовсе
чудодейственное: падение раз и навсегда избавило его от приступов астмы.

 





 
 
Страница сгенерировалась за 0.101 сек.