Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Фэнтези

Андрей ИЗМАЙЛОВ - ВЕСЬ ИЗ СЕБЯ!

Скачать Андрей ИЗМАЙЛОВ - ВЕСЬ ИЗ СЕБЯ!

    Мареев показал ему на шпингалет. Кириллов обморочно замотал  головой:
нет! Мареев показал, что сейчас как ахнет ледорубом по окну,  хуже  будет.
Кириллов полумертво кивнул и побрел отпирать. Спиральный  телефонный  шнур
поволокся за ним, потом натянулся, натянулся. Шпингалет звякнул.
     Мареев впрыгнул в кабинет. Кириллова упруго отбросило назад, в угол -
и шнур сработал, и... флюиды.
     - Положите на место! - сладострастно отомстил судьбе Мареев.
     Кириллова стала колотить икота, трубку он выронил.
     - Вы знаете, кто я?! - еще отомстил Мареев.
     Матвей старался запихнуть икоту вглубь, меленько  и  часто  затрясся.
Повисла дрожащая слюна.
     - Вы знаете, для чего я здесь?!
     Глаза у Матвея - сплошные зрачки. У страха есть порог. За ним  -  уже
сумасшествие. Кириллов был на этом пороге.
     Мареев сбавил. Азарт растворился. Стало неловко, неуютно, негоже.  Он
повернулся спиной. Дедом-Морозом  был  Мареев!  Дедом-Морозом,  залетевшим
поздравлять двенадцатилетнего  верзилу  и  плетущим  про  Северный  полюс,
Снегурочку. А верзиле - уже десять и диплом победителя  викторины  "Звери,
птицы, люди". Неловко, неуютно, негоже. Но вдвойне, втройне, ВТЫСЯЧЕРНЕ  -
если верзила лупает восхищенными ресницами и... верит!
     И все же фальшрадость  от  Деда-Мороза  ВМИЛЛИОННЕ  переносимей,  чем
фальшужас от Бэда. Ужас, когда железный Матвей бросает  Люську  одну  дома
("Улетел! Самолетом!" - Марееву ли не знать Люськин  голос  и  уровень  ее
внеслужебных отношений с Кирилловым). Ужас, когда  железный  Матвей  сидит
при потушенных огнях в своем  рабочем  кабинете,  надеясь,  что  здесь  не
достанут, и покорно дожидаясь, когда достанут. Ужас, когда ни  рубаху  нет
сил рвануть, если уж пропадать, ни... тюкнуть по темечку, если уж  к  тебе
повернулись спиной.
     Тюкни! Тюкни же!
     Мареев  ждал  этого  избавления.  Лучше  получить   по   темечку   от
сокурсника,  однокашника,  начальника,  чем  наблюдать,   как   сокурсник,
однокашник, начальник, растекается в слюни и сопли.
     Сзади ворохнулось. Мареев  не  выдержал,  обернулся,  чтобы  упредить
удар. Кириллов сидел на полу, ноги не  выдержали.  И  на  удар  Матвея  не
хватило.
     - Откуда?! -  безадресно  ярясь,  заорал  Мареев.  Вцепился  в  ворот
рубашки, приподнял Кириллова.
     - Откуда ты знаешь, кто я?!!! Откуда ты знаешь, для чего я здесь?!!
     - Глблг... Блгб... - Матвей захлебнулся,  проплевывая  сквозь  икоту,
тыкал пальцем куда-то в сторону.
     Мареев отпустил его, шагнул в указанном направлении.
     Стол. Рабочий стол начальника. Верхний ящик.
     - Здесь?!
     - ЛГБГЛГ...
     Он гремяще выдвинул ящик. Листок бумаги внутри. И взрезанный конверт.
Больше ничего...

                                 АНАНИМКА
     "потому что я женщина слабая и боюс. Но  скажу  потому  что  не  могу
молчать и выдерживать. Что  была  в  преступной  связи  с  Мареевым  К.А.,
который обманной внешностью заманил, а типерь не знаю кого родится. Потому
что застукала его за сиансом связи, а тогда он сказал: все равно  убью,  а
пока чтобы знала, никакой я не Мареев, а  космический  субъект  и  у  меня
задание. Какое задание он тоже сказал потому что сказал: никому не успеешь
продать, раньше убью.
     Его звать Бэд. И начальник у него Командор. У него поручение  от  ево
начальника, чтобы проникнуть в институт,  втереться  в  доверие,  а  потом
захватить Тринажер потому что с ним можно всеми управлять. Но незаметно  и
никто не заметит, что уже все под властью другой, космической.
     А Кириллова сказал убить. Потому что он заметит и поймет  потому  что
слишком много знает. И  смеялся  так,  что  я  боюс,  потому  что  сказал:
Кириллов ничего не подозревает потому  что  у  меня  внешность  его  друга
Мареева К.А. Но надоело в чужом ходить и осталось Кириллова быстро убить и
тогда Тринажер захватить потому что Командор его торопит.
     И сказал: потом тебя убью, сука, чтоб не заложила.
     Не подписываюс потому что боюс, а волноваться нельзя хотя не знаю что
потом родится от космического субъекта, если раньше не убьет, а  лучше  бы
убил."

     У Мареева случился общий спазм - в горле, в животе, в руке. Схватило.
Бумажка захрустела в судорожном кулаке,  теряя  вид  документа  и  обретая
совсем иной вид. Схватило.
     А он-то, Мареев, с Ящиком возился, мудрил. Решал техническую  задачку
по созданию иной сущности. А никакого Ящика  и  не  надо.  Чирк-чирк  -  и
готова иная сущность!
     Мареев насекомо шевелил  пальцами,  вбирая  в  кулак  бумажку.  Потом
разжал. Комок вдохнул воздуха, бесшумно распустил лепестки.  Мареев  снова
придушил "ананимку". Мыслей не  было,  так,  только...  прострелами:  Ада!
Липа! У-у, б-б... бабье!
     - Костик. Ко-о-остик! - протяжно капнул голос  Кириллова  в  пещерной
тишине.
     Мареев сидел с чучельным блеском в глазах, в чучельной неподвижности,
и восприимчивость к внешнему раздражителю тоже чучельная.
     Внешний раздражитель, Кириллов, что-то говорил, то  ли  оправдывался,
то ли обвинял. Лил пыльную воду из графина  в  стакан,  подносил  Марееву,
выхлебывал сам, не  допросившись  реакции.  Опять  оправдывался.  Обвинял.
Убеждал. Разубеждал.
     Пусть Мареев не выходит из себя, а войдет в его положение.  Все-таки,
документ. Ну, дурацкий! И Люська  сразу  заявила:  тут  какой-то  дурацкий
документ. Но ведь документ!
     Надо было его сразу - в корзину. Но ведь документ! И зарегистрировать
положено, тем более, в документе женщина жалуется.  А  Мареев  сейчас  без
жены, один. Мало ли каких глупостей сгоряча мог наделать. Вдруг женщина  и
права? Нет-нет, только  в  той  части,  где  про  сожительство.  Кириллов,
конечно, ни в какого космического субъекта ни на секунду не  поверил!  Тем
более не поверил, что Мареев может его убить... хм! Ни на секунду! Но ведь
документ! И про "захватить Тринажер" - ни на секунду!
     Но пусть Мареев сам вспомнит. Вот  пусть  вспомнит,  пусть  вспомнит!
Ведь пропуск у него отняли? Отняли! И по  34-03  доложили?  Доложили!..  А
Мареев свой тон слышал, когда утром с вахты  Кириллову  звонил?!  А-а,  не
слышал! То-то и оно! А он бы, Мареев, прислушался к себе. Прямо  бандит  с
большой дороги! Как Кириллову прикажешь поступить?! И потом,  что  это  за
заявления?! "Я его дома поймаю! Я его из-под земли достану!" "Надо  успеть
подорвать всю эту контору, к псам собачьим!" Пусть  Мареев  думает,  когда
говорит! Тем более, что обстоятельства совсем не в его пользу. Надо  вести
себя как человек, а  не  как  субъект  какой-нибудь...  космический.  Надо
все-таки себя  контролировать.  Тем  более  контролировать,  что  документ
пришел. Надо же учитывать такие документы. А  Мареев  вместо  того,  чтобы
учитывать, только усугубил: пришел весь из себя... Один к  одному  -  Бэд!
Кириллов все в щелку видел: на Люську напал,  грозил,  деньги  отнял!  Как
после всего этого Кириллову относиться к Марееву!  Как  он  может  его  за
Тренажер пустить?! Тем более и пропуск изъяли. Ведь  не  без  причины  же!
Есть над чем задуматься!  Ответственный-то  кто?  Кириллов!  Он  прекрасно
отдает себе отчет, что анонимка и есть анонимка. Да еще такая дурацкая!  И
вообще можно было ее не регистрировать,  даже  нужно!  Но  Люська  -  что,
Мареев не знает ее?! - сначала все  подряд  регистрирует  и  только  потом
читает. Оперативности ради. А когда прочла,  то...  Но  ведь  Мареев  всем
своим поведением, всем своим видом только и делал, что подтверждал.  Да  и
вот сейчас хотя бы, только что! Какой нормальный человек полезет  в  окно?
Между прочим, это требует отдельного разбора! Ночью в институте совершенно
нечего делать, тем  более  по  канату,  как  заправский  взломщик!  А  тут
документация,  между  прочим!  И  еще  хорошо,  что  Кириллов  в  кабинете
оказался, что вовремя пресек, а то последствия трудно было бы предсказать!
     Пусть Мареев его правильно поймет, но ведь так, ведь так же?! Костик,
сам посуди, ведь так? Не молчи! Ко-остик!
     Чучело Мареева молчало.
     Ада! Липа! Бабьи штучки: "Я напишу, он у меня еще  попляшет!"  Вот  и
поплясал...
     Но Кириллов! Сокурсник, однокашник... Как он мог?!
     - А как я еще мог?! - подгадал в мысль Кириллов. - Как еще, Костик?!
     Да, теперь он - Костик.
     "Ананимка" скорчилась в кулаке и перестала быть документом.  И  он  -
Костик. И Кириллов взывает к здравому смыслу. К  здравому  смыслу  Мареева
Константина Андреевича. И удовлетворенно отмечает, что вовремя пресек... А
если бы с самого начала! Если бы тогда, когда Люська только вскрыла  почту
- лязг ножниц, хруп-хруп! - если бы Кириллов смял документ  в  подтирку...
Здравый смысл!
     Но ведь еще раньше, еще ночью! Скейты. Баба Бася на страже. Соплюхи в
автобусе. И Командор! Командор-то!
     Видимость важнее сути, ибо лучше нет приманки... Чья же строчка?..  А
по видимости, по всей видимости он - Бэд. Весь из себя Бэд. Весь,  целиком
и полностью - из себя, из Мареева. И даже выйди ты весь из себя, все равно
- Бэд, пока существует документ, и  делу  дали  ход...  делу  дали  ход...
делудалиход-делудалиход-делудалиход.
     - ...Непременно придумаем что-нибудь, не переживай!
     Этот?  Этот  придумает!  Уже  напридумывал  под  завязку!   Кириллов,
очистившись  от  скверны  перед  Мареевым  и  от   страха   перед   Бэдом,
засердоболил:
     - Пропуск твой мы, конечно, вернем. Я буквально завтра сделаю  бумагу
в  первый  отдел.  Даже  буквально  сегодня.  Вот  буквально  сейчас...  С
Тренажером, конечно, сложней.  Ты,  конечно,  понимаешь,  что  Гридасов  и
ребята уже втянулись. И будет неудобно,  если  я  волевым  решением  вдруг
скажу им: сворачивайтесь!.. Но у меня есть предложение! У  меня  для  тебя
есть одна работенка,  она  пока  в  начальной  стадии,  но  если  над  ней
покумекать хорошенько, то...
     Кириллов  был  облегченно  говорлив,  облегченно  оптимистичен.  И  -
облегченно великодушен.
     Мареев встал, поторкался в дверь кабинета: наружу! наружу!  Дверь  не
пускала. Никак.
     - Костик, подожди! У меня же машина. Я ее там поставил, за  корпусом.
Подожди, у меня ключи. Сейчас вместе поедем. Люська ждет!  У  меня  там  в
холодильнике есть...
     Мареев влез на подоконник и, не прикидывая высоты, сиганул в темень.
     Ступни  ошпарились  об  асфальт.  Зубы  чакнули.  Мареев  выпрямился.
Больно, но не очень. Терпимо.  Машинально  дернул  за  висящий  канат,  не
услышал сливного  звука  и,  продолжив  ассоциацию,  расправил  скомканную
бумажку. Бывший документ с входящим номером.





 
 
Страница сгенерировалась за 0.0395 сек.