Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Драма

Игорь Зенин. - Душа Анастасии

Скачать Игорь Зенин. - Душа Анастасии

      Головоломка

     Но это  еще  не все. В  эти  же  дни, в конце января, у  меня  начались
проблемы  с  интернетом.  Выходя на  свою  книжную  полку,  что  бы  скачать
статистику, я обнаружил, что день ото  дня  там стоят одни и  те  же  цифры.
Написал письмо Администратору сайта.
     Он  ответил:  "Кэш   броузера.  Сделай  страничке  CTRL+Refresh  -  это
пробивает любое кэширование". Я  так и  сделал.  Но помогло это только  один
раз.  Ниже я  опишу,  что  следовало  до  этого.  Пока  о  другом.  С других
компьютеров  цифры шли реальные, но  при  повторном выходе с них повторялось
тоже самое. В очередной раз, выйдя на свою полку, увидев "замершие цифры", я
испытал  тоску. Сильную  тоску. Я вышел на улицу. Несмотря на сильную тоску,
мне было спокойно. До меня дошло -  тоска  наведенная.  Кто-то хочет загнать
таким способом меня  депрессию. Я увидел  высоко в небе  кучерявого брюнета.
Как-то  само собой всплыл в  памяти биовизор на даче 6 июня. Понятно... Лист
А4 - это и есть сводная таблица статистики. Кто  же этот кучерявый брюнет? Я
писал в "Вихрях" про него. Вот это место:

     "В эти дни был опять биовизор. Цитирую дневник:
     "Появляется высокий кучерявый брюнет, что-то  шепчет пожилому блондину,
за  спиной стоит  носатый очкастый  парень,  блондин  (я сразу узнал  своего
сослуживца,  там был  рядом еще  один сослуживец, именно они дали привязку к
этим  событиям) Пожилой  блондин  свирепеет,  и  обращаясь ко мне,  в ярости
говорит: "Вот в чем ты живешь!", или "Вот чем ты живешь!", и показывает лист
бумаги А4, словно копия какого-то документа. После у меня появляется сильное
чувство переживаний, страха.
     Высокий брюнет. Его я видел уже несколько раз.
     Первый раз  во  сне в мае 2001  года. Тогда  он  на  ухо шептал  что-то
толстому полковнику, видимо, "сковороде", и тот ответил: "Зачем? Пусть ходит
вокруг общежития". Это  происходило на площади перед вокзалом,  перед самыми
дверьми входа в метро со стороны пригородных поездов.
     Второй  раз я видел, как  Алеся обнимает  его,  а  он  сидит грустный и
обиженный. Это было в августе (2001  год). Биовизор был со стороны запада (в
те дни меня избил очкастый брюнет около ресторана "Штирлиц").
     В сентябре  (2001 год) я видел  сон. Алеся сидит  на втором  этаже дачи
(именно на даче я начал писать "Ангела", и в  те дни она действительно вышла
замуж)  и говорит: "Я вышла замуж, на улице Кошурникова." При этом, веселая,
раздвигает  ноги,  но  там  вообще  ничего  не  видно.  Со  стороны  на  нее
внимательно смотрит этот кучерявый брюнет".

     Думая об этих биовизорах, я  случайно увидел его. Все ясно.... Вот ты и
появился.... Наконец-то я осмысленно вижу тебя!
     Догадались? Ну, догадайтесь же! Он запланировал наш разрыв с Алесей, он
запланировал попытку  моего убийства  в  августе 2001 года,  он запланировал
свадьбу и беременность Алеси! Он пытался и в этот раз воздействовать на меня
через отключение Интернета!
     Попробую  описать  его   внешность.   Высокий.   Рост   примерно   метр
восемьдесят. Худощав. Но фигура не спортивная. Обычная. Я бы даже сказал бы,
долговязый. Стрижка короткая. Волос  кучерявый  в верхней части головы, а  с
боков коротко обстрижен. Глаза карие. Темно-карие, но не черные. Нос прямой,
без горбинки. С легкой картошкой на конце. На вид - лет 30 или 35.
     Это и  есть  главный жрец. Он способен  менять голос.  Я описывал  свои
разговоры с ним. Если  судить по тембру, ему было лет 45-50. И прорывающееся
изображение не давало всей картины его внешности. Я  видел только  глаза. Но
теперь, не  заметив меня,  он автоматически  снял маску с себя. Снял защиту.
Поэтому я увидел его.
     Идя по морозному вечернему городу,  осмыслив и  вспомнив все, мне стало
смешно. Отключая Интернет, его рабы и он сам, пытались воздействовать на мое
тщеславие.  Они  полагали,  что  я  живу  энергией своих  читателей.  Закрыв
реальную  статистику,  они  рассчитывали, что я лишусь подпитки  и  впаду  в
отчаянье  и  депрессию. Мне действительно  приятно,  когда я вижу,  что меня
читают.  Но чужими силами я  не  живу.  Ведь  заклинали же меня в апреле-мае
прошлого года: "Ты только не возгордись".
     Я рассмеялся.  Жрец,  перепуганный, нервный,  злой,  с  высоты  кричал:
"Сделайте что-нибудь!". Взгляд его  был направлен  на  здание ФСБ. А я шел и
смеялся! Он долго кричал. Вряд ли бы я стал писать подробно о нем...
     Но Анастасия...
     В этот вечер я писал до четырех утра. На  следующий день  мне надо было
ехать по  работе на другой конец города, в  Академгородок. Встал  я вовремя,
но,  вместо  того,  что  бы  быстро  собраться  и  поехать, полез  в  ванну.
Наслаждаясь купанием, я увидел улыбающуюся Анастасию. Она спокойно, с легкой
улыбкой смотрела на  меня. Что-то  стала говорить.  Но я  ничего не понял. В
голове промелькнула  Алеся, ее  родственник,  главный жрец.  Потом она стала
говорить очень быстро,  точно  так же,  как  блондинка с короткими волосами,
которая меня хвалила и давала подарки. При этом Анастасия изменилась в лице,
глаза  стали  холодные и  надменные, рот скривила легкая ухмылка, выражающая
презрение.  Она  с  помощью  болевого сигнала указала  на парк,  находящийся
неподалеку. Я  не понял ничего. Но  при  этом испытал такое возбуждение, что
душа  чуть не выскочила  из  груди.  И, сам  не ожидая от  себя,  я мысленно
закричал: "Анастасия, я не верю  в это!". Но ее уже не было. Осталось только
не понятное ощущение, что, когда я выйду на улицу, что-то произойдет. Толком
не обсохнув, я вышел на улицу. Идя  к метро, я думал об Алеси, родственнике,
главном жреце. И как только я подумал о нем, я почувствовал, что он появился
рядом. Ощущение было настолько  реально, словно  в  шаге от меня  сзади  и с
боку,  идет  живой человек. Сейчас он не  скрывал своего присутствия.  Очень
чисто, словно живой реальный человек, он стал говорить, цитирую дословно:
     -  Понимаешь,  я  ставлю  раком человечество, а Оно  не  просыпается! Я
ставлю   раком  человечество,   а   Оно  не  просыпается!  Я   ставлю  раком
человечество, а Оно не просыпается!
     Одну  и ту же фразу он повторил три раза. Первый раз  мгновенно всплыла
картина взрыва на островах в гостинице (об этом говорили СМИ), вторая  фраза
сопровождалась  массовой трагедией  в европе (был  этот эпизод  в новостях),
третья  -  "Норд-ост".  Но больше  всего меня поразила  его  искренность. Он
говорил с таким  жаром, с  таким  чувством обиды и непонимания,  что у  меня
исчезла вся ненависть к нему. Не было  вообще никаких  эмоций. Я был поражен
его откровением. Шел и думал над его  словами.  Он молчал,  но  был рядом. Я
спустился  в метро,  и,  тупо смотря  в  мраморный  сверкающий  пол станции,
пытался  осмыслить  сказанное.  Жреца я  ощущал,  - он был рядом и ждал моей
реакции.
     - Кто же будит с помощью насилия?
     При этих словах он мгновенно исчез.
     ...Позже  я   соображу,  что  жрец   превосходно  владеет   современным
разговорным русским языком. Но тогда....  Было чувство,  словно  меня кто-то
убил...  Нет,  не кто-то, а я сам себя убил... Господи  боже мой! Ведь  и  я
пытался  будить  Алесю  с  помощью  насилия, когда  послал ей  сообщение  на
пейджер: "Из тебя окончательно сделали зомби. Теперь ты будешь служить своим
невидимым хозяевам. Вряд ли ты  будешь счастлива. С этого дня ты  мне  стала
безразлична".
     Мне   захотелось   завыть.   Завыть  по-настоящему,   заглушая   грохот
подъехавшего поезда метро...
     Теперь  даже  я  сам  понял,  что  Алесе  легко  было  поверить  в  мою
жестокость...

     ...Описывая  этот   сюжет   (был   поздний  вечер  следующего  дня),  я
волей-неволей посмотрел на жреца. Он не мигая, с  яростью, смотрел вдаль, на
здание ФСБ. До  боли знакомый,  по  лету, черный  взгляд,  излучающий черный
огонь. Я молчал. Он - тоже. Он  смотрел  на ФСБ, я -  на него. Жрец о чем-то
думал, что-то анализировал...
     - Мы подружимся, - сквозь зубы процедил он.
     - А как же угрызения совести? Или у тебя ее нет?
     Жрец ничего не ответил. Просто испарился...

     Когда я  ехал  из Академгородка, днем, я думал не понятно о  чем....  В
голову влетали разные мысли, но одна из основных была о бывшей жене. Когда я
вылез из маршрутного такси, услышал, как Анастасия спросила:
     - Тебе ее не жалко?
     - Ты спрашиваешь про Алесю?
     Вместо ответа Анастасия спросила с раздражением:
     - Ты о ком сейчас думал?
     - О бывшей жене. Нет, не  жалко, - как  ребенок перед учителем, ответил
я.
     - Она же провалится в ад. Она ничего не поняла.
     -  Ну  и  пусть. Я  не хочу ее видеть. Ни сейчас,  ни  потом.  Не  хочу
встречаться  с ней в следующих жизнях. Я вообще  не хочу  ее видеть никогда.
Разве от моего мнения что-то зависит?
     Анастасия  промолчала,   и  в  ее   эмоциях   я   почувствовал   легкое
разочарование.
     - Анастасия, единственное, за что можно ее благодарить, так это за  то,
что,  благодаря  ней,  я  стал  писать.  Именно  благодаря  той  обстановке,
зверской, садисткой, я продолжил  написание "Отречения", которое остановил в
1986 году. У  меня не было другого  выхода. Либо спиваться и сходить с  ума,
либо - писать книгу.  Больше не за что мне ее благодарить.  Она забрала все,
оставив взамен отчаяние. Вырвав все изнутри. Алеся оставила любовь. Несмотря
ни на что, я благодарен судьбе, Богу, что я люблю ее. Да ведь ты это знаешь,
Анастасия.
     - У вас же была любовь с бывшей женой.
     - Не было любви. Был спектакль.
     - Нет, Игорь, была.  Вспомни, как ее подружки завидовали вам.  Они тебе
сами это говорили.
     - Нет,  Анастасия. Сначала была страсть, непонятная.  Страсть  только с
моей стороны. Сколько раз  я хотел уйти  от нее.  Еще до свадьбы. Потом была
любовь  к  ребенку.  И чем все это кончилось? Меня хватило на  пять  лет.  Я
чувствовал себя бесплатным рабом.  Шаг влево вправо означал побег, прыжок на
месте - провокация.  Она не  прощала ни  одного малейшего промаха, ни  одной
ошибки. Сразу - скандал. Из-за любого пустяка. Из-за  любой мелочи. Я должен
был быть  богом-слугой, а она была как  царица. Она просто меня использовала
как бесплатного раба,  данного ей в бессрочное пользование. Никакой радости.
Разве это любовь? Никакой страсти. Она не выносила, если у меня было хорошее
настроение. Я  ее так  и  называл - убийца  радости.  В  ответ  она молчала,
набирая  и  накапливая обиду. Что бы  потом отмстить при удобном  случае.  И
ребенка  она воспитала в таком духе.  Что ждет моего ребенка? Дочь не видела
радости родителей, она не видела счастье двух самых  близких ей людей - отца
и матери. Как она сможет построить свою личную судьбу, если она воспитана  в
атмосфере  постоянных  ругань?  Я  сколько  уже   писал   об  этом...   даже
элементарной  благодарности не было, за то, что  она смогла  реализовать все
свои мечты - выйти замуж, получить прописку, получить ребенка...
     Я уже никогда не смогу забыть, как нам было хорошо с Алесей. Есть что с
чем сравнивать...
     Сейчас пишу это, и думаю про себя: а зачем Анастасия спрашивала меня об
этом?





 
 
Страница сгенерировалась за 0.0507 сек.